[Аниме это жизнь]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » [Аниме это жизнь] » Блич » Тоширо/Карин


Тоширо/Карин

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

Фанфики по пейрингу Тоширо/Карин

увеличить

0

2

Название:"Притяжение"
Автор:Chikitoka
Категория/Рейтинг:PG
Жанр: ER
Пары/Персонажи: - Хицугая/Карин
Статус: - не законченно.Пока
Дисклеймер: - все права принадлежат Кубо Тите
От автора: тапки я ловить умею, так что давайте комментарии

С тех пор, как Тоширо познакомился с младшей сестрой Ичиго, она ему понравилась, его всё больше тянуло к ней.«Почему? Почему именно к ней меня так тянет? Что в ней такого? Я же синигами, а она просто человек» -думал он держа в руке цветок и изредко поглядывая на часы.«Опаздывает…»-подумал и его взгляд устремился в небо.«Наверное она уже не придёт.»Тоширо уже собирался уходить, как неожиданно на его плечё опустилась рука.
Хицугая медленно повернул голову и увидел чёрноволосую девушку улыбающаяся ему.
- Прости, я опоздала,- сказала девушка не переставая улыбаться.
- Да ладно!,- ответил он подымаясь с скамейки.
- Это мне?,- взгляд девушки устремился на левую руку капитана.
А…? Да. Держи,- он протянул ей цветок.
- Спасибо!
И с этими словами она обняла его. Тоширо покраснел и тоже обнял её. Он бы так стоял вечно лишь бы не отпускать её. Кстате Куросаки тоже была неровнодушна к Тоширо. Она каждый день в школе только и думала о нём.И вот её мечта сбылась, она рядом с ним, да ещё и обнимается. Казалось она была счастлива. И Тоширо тоже. Но их счастье нарушил крик маленькой девочки за которой гнался пустой. Куросаки ринулась ей на помощь.
- Карин!,- крикнул капитан вылезая из гигая.
- Не волнуйся! Я отвлеку пустого, а ты разруби ему голову.
- Стой! Это опасно.
- Я же сказала не волнуйся.
Карин неожиданно остановилась.
- Эй, рыбья божка!,- крикнула Куросаки.
Пустой уже позабыв о девочке приближался к ней.
- Беги!,- крикнула она девочке.
Яркий свет ослепил Куросаки и пустой воспользовавшийся моментом отбросил её в сторону. Карин ударилась головой о столб и потеряла сознание.
А тем временем капитан 10 отряда сражается с пустым. Когда он уже наконец его победил. Он влез в гигай и подбежал к Куросаки. Она до сих пор была без сознания. Хицугая взял её на руки и положил на скамейку. Через несколько минут Карин пришла в себя.
- Идиотка!!! Я же сказал, что это опасно.
- Ну извиняюсь. В следующий раз буду осторожна.
- Ты с ума сошла? Следующего раза не будет. Я не хочу чтобы с тобой ещё что-то случилось.
- Тоширо…
Он наклонился к ней и что-то прошептал. От этих слов Карин засияла невероятным счастьем. Она приподнялась и поцеловала его в губы.


Тоширо оторвался от её губ, проводя рукой по чёрным, как ночь, волосам.
- Уже поздно, – сказал он вставая с скамейки.
- Мы ведь завтра увидимся? – спросила Карин, взяв его за руку.
- Да. Конечно.
Тоширо улыбнулся ей и поцеловал её на прощание в щёчку. Куросаки медленно пошла в сторону дома. Тоширо провожал её взглядом. Когда Карин почти зашла за угол, она услышала голос Тоширо.
- Карин! – крикнул капитан.
- Что? – с интересом спросила Куросаки.
- Будь осторожна. Ладно?
Карин улыбнулась ему в ответ.
Всю дорогу она думала: "Неужели это правда. Неужели он и вправду сказал мне это". Вскоре Карин подходила к дому. «Ну, вот я и дома. Опять этот чокнутый папаша будет на голове ходить. А Ичи дома нет, я и так знаю. Он с Рукией где-то ходит» Как только Карин зашла в дом, у порога встречал её отец.
- КАРИН!!! Ты хоть знаешь, который час? – спросил рассерженный отец.
- Что ты так орёшь? Юдзу разбудишь.
- Ты так и не ответила на мой вопрос? – уже снизив тон, спросил он.
- Хм…Тренировка затянулась… - промямлила Карин.
- До 3-х часов ночи?
- Ну да. Сначала тренер опоздал на 2 часа, а потом? когда тренировка закончилась, мы с друзьями решили поиграть в футбол. Вот и заигрались.
- Вот как. Чтоб такого больше не было. В следующий раз я посажу тебя под домашний арест.
- Хорошо.
« Хорошо, что он был в плохом настроении, а то бы ходил на голове. Меня это бесит.» Как только Карин закончила с едой, она отнесла тарелку на кухню и пошла в свою комнату. Там она плюхнулась на кровать и думала о завтрашней встрече.
- Интересно, куда он меня завтра пригласит? – спросила сама себя Карин.
И тут на её телефон пришла смс-ка от Тоширо. «Привет, надеюсь ты не спишь, но если да, прости, что разбудил. Я хотел сказать, что завтра в 2 часа дня я жду тебя на том же месте, где мы были сегодня. Я должен сказать тебе кое-что очень важное»
- Интересно, что он хочешь сказать?
С этими словами она опять легла на кровать.
- Ладно, завтра узнаю.
И Куросаки погрузилась в глубокий сон.
Тем временем капитан 10-го отряда сидел на крыше одного из домов и внимательно рассматривал смс-ку, которая пришла из общества душ 20 минут назад.
- Они меня вызывают обратно в общество душ. На месяц, а может и на 2. А может вообще на год или навсегда. Как я скажу ей это?
Эти мысли не давали ему покоя. Вскоре взошло солнце и думать уже было некогда. Появлялись пустые. Когда Тоширо с ними сражался, Карин сидела в школе и ждала, когда уже закончится урок. Ведь это был последний урок. А после него она отправится на встречу с Тоширо. И вот, наконец, урок закончился. Она быстро собрала сумку и побежала на то место, где они собирались встретиться. Когда она пришла на то место, Тоширо был уже там. Он сидел на скамейке и держал в руке телефон. Карин подошла и села рядом с ним.
- Привет, – сказала она, улыбаясь – так что ты там хотел мне сказать?
- Ну… - начал он – Понимаешь… я должен… сегодня вернее сейчас. Уйти в общество душ.
- Но… почему сейчас?
- Вчера мне пришёл приказ о возвращении в общество душ. Я и назначил тебе эту встречу, чтобы попрощаться.
- Тоширо, я не хочу, чтоб ты уходил.
- Я тоже не хочу оставлять тебя. Но что делать? Приказ есть приказ.
- Ты ведь вернёшься? – спросила Карин, закрывая лицо руками, не показывая своих слёз.
Она ведь никогда не плакала после того случая когда умерла её мама.
- Да. Обещаю.
Он приблизился к ней чуть ближе и поцеловал в губы. Через 2 минуты у Тоширо запищал телефон. Капитан, отрываясь от девушки, достал его.
- Мне пора.
- Не уходи, – Умоляла Карин.
- Прости…
- Тоширо…
Он в последний раз поцеловал её и ушёл в общество душ.
- Тоширо, – садясь на скамейку и закрывая лицо руками, горько заплакала Карин.

А тем временем в обществе душ.
- Капитан, вы вернулись.
- Отстань Мацумото. Я в плохом настроении.
- А? Капитан?
Хитцугая ничего не ответил и пошёл в свою комнату. Всю ночь он не смыкал глаз. Он думал о Карин. Думал как бы побыстрее вернуться к ней. Чтобы она больше не плакала, чтобы она больше не была одна.
- Карин... – прошептал её имя юный капитан.
И по его щеке скатилась слезинка.

0

3

Продолжение фанфика « Притяжение »
Название: Возвращение Тоширо
Автор: tina-will
Категория/Рейтинг: PG
Жанр: ER
Персонажи: - Хитцугая/Карин, Матцумото, Ичиго, Юдзу.
Статус: - законченно
Предупреждение: - продолжение фанфика « Притяжение »
Дисклеймер: - все права принадлежат Кубо Тите
От автора:  - с честью ловлю тапки, гордо прикрываясь своей сестрой)))

Глава 1.Уход.

В Сейретере, в самый обычный ни в чём не примечательный день в офисе 10-ого отряда раздался голос молодого капитана.
- МАТЦУМОТО!!!
- Капитан, что вы так кричите?
- Я кричу, это я кричу?
- Капитан успокойтесь…
- Матцумото!!! Объясни мне, почему в моём офисе опять бардак?
- Ну, это…, - начала Рангику.
Тоширо молчал и скрестив руки на груди смотрел на неё со злостью.
- Когда вы ушли спать, мне стало так скучно, что я решила выпить саке.
- Надеюсь одна? – с ужасом спросил капитан.
- Ну,… я же сказала, что мне было скучно.
- Только не говори, что ты пригласила сюда Киру и Шухея?
- Э.… Ну да!
« Нет!!! И они были в моём офисе? Кошмар!!! »
- Теперь понятно, почему здесь такой бардак, - сказал уже спокойным голосом Тоширо.
- Капитан, я всё уберу. Только не увольняйте меня.
- Ладно, Матцумото. Но чтоб завтра этого мусора не было.
- Хорошо капитан.
« Как обычно, каждое утро одно и то же. Уже год прошёл, когда я в последний раз видел её. Хоть у меня и есть её номер, у меня нет слов, чтоб начать разговор. Я просто хочу увидеть её, увидеть её чёрные, как ночь глаза », - думал капитан, сидя за столом и смотря в окно.
На Рангику он сейчас вообще не обращал внимания. Он думал о ней. Думал о Карин. И тут в окно влетела бабочка и села на палец Рангику.
« Срочное собрание капитанов. Прошу я виться ВСЕХ капитанов. » - Раздался в комнате голос.
Тоширо ничего ни сказав, молча, встал и отправился на собрание.

- Как вы уже знаете, на мир живых стало нападать много пустых, - начал Ямамото.
- Нам надо одного из капитанов отправить в мир живых, - продолжил Ямамото.
- Хитцугая! – сказал он.
- Да.
- Отправляйся.
- Есть.
И Хитцугая вышел из большого зала и отправился в мир живых.

Глава 2. Забытая надежда.

- Карин, Карин. Вставай, - закричала Юдзу, вбегая в комнату Карин.
- А? Чё, ты так орёшь? Щас же только 6:30, - ответила Карин.
- Ты забыла? Мы сегодня идём на мамину могилу, - начала Юдзу.
- Ой, прости, а Ичи уже встал? – спросила Карин, поднимаясь с кровати.
- Да, он сейчас сидит внизу и смотрит телевизор.
- Понятно, - сказала Карин, опустив голову и почесав затылок.
И вдруг снизу послышался голос брата.
- КАРИН!!! Меня это уже всё достало. Сколько можно спать??? А ну живо вставай.
- Я УЖЕ ВСТАЛА, - крикнула Карин из своей комнаты.
- Карин, я пойду вниз подогрею тебе завтрак, а то, наверное, он уже остыл, - сказала Юдзу, направляясь к выходу.
Карин ничего не ответила, лишь кивнула головой и направилась к дверце шкафа.
«Год. Прошёл уже целый год. Этот идиот сказал, что скоро вернётся. В последнее время я только о нём и думаю. Всё хватит. Я должна выкинуть его из головы», - думала она, пока собиралась.
Вскоре она была уже готова и быстро спустилась вниз и села за стол. Подвинув себе тарелку, посмотрела на брата. Ичиго всё ещё смотрел телевизор. Положив еду в рот, она сказала.
- Ичи, а где этот чокнутый папаша?
- Уехал, - сказал Ичиго, не отрываясь от телевизора.
- Куда? – удивлённым голосом сказала Карин.
- Не знаю, сказал, что в другой город.
- Ура, отдых, - крикнула Карин на весь дом.
- Хватит орать. Отдыхать ты можешь и потом, а сейчас быстро ешь и пошли.
- Почему ты так торопишься?
- Потому что у меня очень важная встреча, и я не хочу на неё опоздать.
Карин ничего не сказав, доедала завтрак. Когда она опустошила тарелку, встала из-за стола.
- Я готова, пошли, - сказала Карин и направилась к выходу.
- Ну, наконец-то, - сказал Ичиго, вставая с дивана и тоже направляясь к выходу.
Наконец они вышли из дома и направились к маминой могиле.
Через 2 часа Ичиго посмотрел на часы.
- Ксо! Я опаздываю, - закричал он.
И Ичиго быстро побежал к выходу.
- Куда это он? – спросила Юдзу.
- Не знаю, сказал, что у него какая-то встреча, - ответила Карин.
- С кем?
- Не знаю, пошли домой.
- Ага, - кивнула Юдзу.
Вскоре они уже приближались к дому, как вдруг Карин почувствовала знакомую реяцу.
«Неужели это…» Карин ринулась на то место, где, она в последний раз видела Тоширо.
- Карин, ты куда? – крикнула ей в след Юдзу.
- Мне надо кое-что сделать. Иди домой, я скоро приду.
- Что это со всеми? Все куда-то бегут, - сказала тихим голосом Юдзу и направилась в сторону дома.
А тем временем Карин уже была на том месте. Она стояла, опустив голову. Когда она подняла голову, она увидела беловолосого парня стоящего к ней спиной.

Глава 3. Долгожданная встреча.

Парень медленно повернулся.
- Привет, - с невероятной широкой улыбкой сказал он.
Карин ничего не сказав, побежала к нему и ударила его со всей силы кулаком по лицу. Тоширо упал на землю и в шоке смотрел на неё.
- ТЫ ПРИДУРОК! Почему ты так долго был в обществе душ? Целый год… Тебя не было целый год. Ты же сказал, что скоро вернёшься, - говорила Карин со злобным взглядом.
- Чё, ты так взбесилась? – сказал капитан, поднимаясь с земли.
- Я взбесилась? Это я взбесилась? – сказала Карин намереваясь ударить Тоширо снова.
Но капитан остановил её руку.
- Прости…
- Что? – удивлённо спросила Карин.
- Прости…
Карин смотрела на него таким злобным взглядом, что было такое ощущение, что у неё пар из ушей пойдёт. Она вспомнила, что у неё есть вторая рука и снова собиралась ударить Тоширо. Капитан успел остановить её руку.
- Отпусти, - сказала Карин
- Почему ты так себя ведёшь?
Карин ничего не сказала, лишь отвела взгляд в сторону.
- Карин…
- Прости Тоширо… Просто тебя, так долго не было, что я даже почти забыла тебя.
Хитцугая сначала не мог поверить её словам, но потом он улыбнулся и обнял Карин.
- Ну, ты же всё-таки пришла, - сказал Тоширо.
- Да.… Прости.
- Тебе не зачем извиняться, - шепнул ей на ухо Тоширо.
И поцеловал Карин в губы. Карин стояла, обняв его за шею. Она не хотела отпускать его. Она думала, что он опять уйдёт, и тут они увидели, как небо разрывается и оттуда выходит Менос. Тоширо вылез из гигая и встал напротив Карин.
- Не бойся, - сказал капитан.
- С чего мне вдруг бояться, я, между прочим, сама могу за себя постоять, - надула щёки Карин.
- Не можешь, – усмехнулся Тоширо.
- Могу, - настаивала Карин.
- НЕТ!!! – продолжал капитан.
- ДА!!!
Карин замахнулась рукой, чтобы ударить его по лицу.
- Мне всё равно, – сказал капитан, останавливая её руку.
- Тоширо…
Капитан рванулся с места и побежал к Меносу.

Глава 4. Схватка.

Через некоторое время капитан уже стоял напротив Меноса. Вытащив катану, он широко улыбнулся. Он ждал нападения Меноса. Менос ни теряв, ни минуты набросился на капитана. Тоширо уклонился от удара и отрубил ему руку. Кровь Меноса брызнула на лицо капитана. Менос атаковал его снова и снова, но тут Менос использовал Серо.
- Медлишь, - сказал Тоширо.
И использовав шинпо, он уже был над головой Меноса. Тоширо отвлёкся лишь на секунду, а Менос воспользовавшийся моментом отбросил его в сторону. Тоширо отлетел в дерево. Менос думал, сто уже победил. Однако…
Он не знал истинную силу капитана 10- ого отряда. Он не знал, на что способен Тоширо, когда хочет защитить любимого для себя человека. И поэтому, когда Менос собирался нанести последний удар, Тоширо широко улыбнулся.
- Снизойди с Ледяных небес. ХЬЁ - РЕН - МАРОО!!! – произнёс Хитцугая.
И Менос покрылся льдом. Через секунду он рассыпался на мелкие кусочки льда. Хитцугая убрав катану, побежал в сторону Карин.

Глава 5. Заключительная. «При свете ночных фонарей»

Когда Хитцугая добежал до того места, где ждала его Карин, то увидел ее, сидевшей на скамейке, закрыв лицо руками. Он подошёл и сел рядом с ней. Капитан положил руку на плечо девушки, отчего та, резко обернувшись, посмотрела на него.
- Ты ранен! – ужаснулась Карин от увиденного зрелища.
- Ничего страшного. Главное, что с тобой всё в порядке, - спокойно ответил на её слова парень.
- Тоширо…, - прошептала она имя молодого капитана.
Тот лишь улыбнулся:
- Я всегда буду тебя защищать.
Карин дотронулась до его окровавленного лица. Она смотрела в его глаза и не могла отвести взгляда. Куросаки радовалась каждой минуте, проведённой вместе с ним. Вдруг она закрыла глаза и отвернулась от возлюбленного.
- Тебе, наверное, пора? – с грустью в голосе спросила Карин.
Тоширо, повернув её лицо к себе, широко улыбнулся.
- А ты хочешь, чтобы я ушёл? – насмешливо спросил он.
- Нет. Просто ты всегда уходишь…
- Успокойся. Я пробуду здесь ещё очень много времени. И пока я буду здесь, я буду тебя защищать.
- Идиот!!! Я же сказала, что могу и сама за себя постоять. И мне не нужен охранник вроде тебя!
- Я тебе не охранник! Я буду тебя защищать, потому что я так хочу!
- А о себе ты подумал? – спросила Карин.
Парень улыбнулся и слегка дотронулся до её губ своими.
- Глупая ты, - рассмеялся Тоширо.
- Сам дурак, - буркнула в ответ Куросаки.
Капитан в долгу не остался:
- От дуры слышу, - с насмешкой произнёс он.
Карин показала ему язык и обидчиво отвернулась.
- Остынь!
Девушка улыбнулась и посмотрела на парня.
- Слушай, раз у тебя так много времени, сыграем в футбол? - скрестив руки на груди, предложила Куросаки.
- Давай, я не против, - улыбнулся тот.
Ночью, при свете фонарей, двое влюблённых сидели на той самой скамейке и целовались, так и не начав игру в футбол.

0

4

Автор:okamura
Бета: я в поисках^^
Название:А за окном шел дождь..
Аниме:блич
Жанр:романтика, виньетка, драббл?!
Пейринг:Карин/Тоусиро
От автора: не знаю, как вам, но мне нравится пейринг этих героев^^надеюсь, у меня получилось что-то стоющее, а не снова бред)

А за окном шел дождь...
Темные тучи затянули всё небо, не давая солнечному свету пробиться и осветить пропитанную влагой землю. На улице не было ни души, лишь изредка случайный прохожий короткими перебежками добирался до дома.
Сидя на подоконнике, девочка слушала шум падающих капель. Каждая из них долетала до земли с разным звучанием, с разной скоростью, сливаясь друг с другом в единую мелодию осени. Так успокаивающе, но от чего-то и так грустно...
Она винила в своем состоянии отменившийся матч со старшеклассниками, убеждая себя, что это вовсе не из-за какого-то мелкого шинигами с бирюзовыми глазами. Но как она не старалась отогнать такие мысли прочь, образ седого мальчишки всплывал в её памяти под песню дождя. Всё тот же белый хаори развевающийся на ветру, та же катана с полукруглым месяцем на цепи, тот же взволнованный голос...
Может потому ей не избавиться от воспоминаний того дня, что когда на школьном футбольном поле он защищал её от пустого, небо внезапно стало серым - таким же, как и сейчас. Может, он снова сражается...
Со словами «Взбодрись! Что это с тобой?», обращенными к самой себе, она хлопнула по коленкам, но так и продолжала сидеть на месте, направив взгляд на полную луж улочку.
Прозрачные капельки, искажающие всё находящееся снаружи, словно кривое зеркало, медленно стекали вниз по оконному стеклу.
Так красиво...Она этого никогда не замечала.
От дыхания девочки стекло помутнело, будто бы снаружи клубился густой туман. Она стала выводить узоры, только не кистью, как художник, а своим пальчиком, поддаваясь какому-то порыву. Пока рождался, как покажется другим, бессмысленный рисунок, её щеки налились краской, становилось жарко и лишь прикосновение к холодному окну спасало её и приносило огромное удовольствие.
-Карин!- послышался тихий тоненький голосок с кухни, вытащивший девочку из мира фантазий. Её сестренка уже приготовила ужин, надо было идти..
Словно после сна, она потрясла головой, приходя в себя, и снова почувствовала себя бодрой.
-Иду, Юзу!- ответила она, бегом спускаясь по лестнице. На её лице опять появилась улыбка.
Запихнув свои мысли о Тоусиро в самый дальний ящик, она сделала вид, что ничего и не было, заставив себя думать, что проспала все эти минуты состояния глупой влюбленной девчонки.
И только небо знает, о чем она продолжает мечтать, сохраняя тайну нарисованного на стекле ромба с большой цифрой десять внутри.
А за окном шел дождь...

0

5

название:--------
Автор: неизвестен
Пейринг: Тоширо/Карин

Луна. Яркие звездочки сверкали ввышине. Карин лежала на крыше дома, всматриваясь в небо. Еще одна или две минуты и будет ровно два года с тех пор, когда она видела его в последний раз. Ледяного капитана с белыми, как снег волосами и бюрюзовыми глазами.. И как девушка ни старалась, она не могла забыть Хитсугаю тайчо. В душе отцветала медная красавица осень. Глубоко вздохнув, Карин закрыла клаза, стараясь остановить резкий поток воспоминаний.
- Ты здесь? - доболи знакомый хрипловатый голос разбил ночную тишину, заставив сердце девушки болезненно сжаться. И как она не почувствовала его реяцу? Открыв глаза, Карин увидела того самого, родного и такого холодного капитана. А он почти не изменился, разве что вырос и "первоклашкой" его назвать несколько затруднительно.
- Здесь, - тихим шепотом ответила Карин.
Тоширо сел рядом, внимательно всматриваясь в такие знакомые черты.
- Тебя долго не было.
- Прости меня за это...
- Я скучала, - произнесла она, поджав губы, будто признавалась в слабости.
- Прости меня и за это...
Тоширо упорно смотрел под ноги, не поднимая глаз. Сейчас ему было больно. Бевушка протянула руку и схватилась за его ладонь. Слегка привстав, она подкатилась под бок к Тоширо и замерла там. Капитан только вздохнул, погладив Карин по голове.
- Прости меня, - вновь произнес ледяной капитан.
- За что?
- За все. За то, что не появлялся, за то, что сделал больно, за то, что люблю тебя.
- Прощаю... и знаешь... я тоже тебя люблю. Только пожалуйста, ответь мне на вопрос: Кто тебя надоумил за все подрят просить прощения?
Хитсугая Тоширо сморщился, будто проглатил лимон, но все же ответил:
- Рангику...и Хинамори. Они сказали, что девушки любят когда перед ними извиняются...

Всходило солнце. На крыше спали парень и девушка, держась за руки. А на соседнем доме сидел черноволосый мужчина и в бинокль наблюдал за этой парочкой.
- Кажется у моей малышки появился парень. Черт! А ведь я этого так не хотел!!!!

0

6

Название: Новенькая
Автор: Hikarino Aki
Бета: ~Min~
Пейринг: Тоширо/Карин, БякоРен (или РеноБяк, что в данном конкретном случае каждый додумывает для себя), упоминаются Ичиго/Рукия, Гин/Рангику и Шуухей/Кира.
Рейтинг: невинный... хотя нет, PG-13. За наличие в кадре Матсумото и намеки...
Жанр: флафф. Самый флаффный флафф, который я когда-либо писала (кроме Нарутятины, которую никто никогда не увидит)
Дисклеймер: Кубо Тайто-сама, мона одолжить? плииииииииз...
Предупреждения: 1. не умею и не люблю писать длинные фики, ибо у меня они получаются жутко сопливыми Т_Т Поэтому данная весчь написана кусками, между которыми предполагается обычная жизнь среднестатистически­х и не очень шинигамов. 2. Большинство героев местами ООС, но, надеюсь, не везде. Особенно ООС-ный Ичиго ^__^ 3. На Тошокане сказали – Мери-Сью… в принципе, согласна, но вроде она не есть основа сюжета…
Кидаться тапками можно и нужно, только помидоры я не любит...
:p­s: Действие происходит через много-много лет после аниме, то есть АУ. Навеяно фиками любимых авторов, если найдете схожести – клянусь, я не специально... В скобках – примечания автора. Сноски в конце документа.

- Ичиго, перестань! Ты уже всем примелькался! Прекрати ходить по комнате – так ты ей только помешаешь! Твое неконтролируемое волнение чувствуется за милю! – Рукия с раздражением смотрела на рыжую шевелюру шинигами в белом хаори с цифрой «5» на спине, который ходил под дверью экзаменационного зала, как голодный тигр вокруг норы жертвы.
- Ничего не могу поделать! Я волнуюсь – мне это чувство не чуждо, в отличие от некоторых! – огрызнулся Ичиго.
- Было бы о чем волноваться! Она лучшая студентка выпуска! Ей эти экзамены сдать, как тебе нарваться на драку с Ренджи, – голос Рукии был абсолютно спокоен, но сидела она, подобрав ноги на стул и обхватив их руками – тоже волновалась.
Спорить с Ичиго в таком состоянии было бесполезно, и она продолжила наблюдать за метанием хаори из стороны в сторону. Прошла уже половина экзамена, и в комнате ожидания сидели родственники и друзья тех, кто сегодня сдавал выпускной экзамен в Академии Шинигами. Конечно, они все волновались. Но, в отличие от Ичиго, колебания их реятсу никому не мешали – ее либо было слишком мало, либо она вся находилась под контролем. Ичи, хоть ты и научился контролю, но волнение все еще сметает его напрочь.
Приоткрылась боковая дверь и из комнаты выглянул один из наблюдателей. Это был Рикичи – ныне третий офицер шестого отряда. Глубоко вздохнул, как будто набираясь храбрости, и подошел к Рукии и Ичиго:
- Куросаки-фукутайчо, будьте так любезны увести отсюда Го-бан-тай тайчо – еще немного и более слабые шинигами начнут терять сознание от давления реятсу. Я уже молчу о студентах…
- Я уже пыталась, - потупилась Рукия, на плече которой действительно был повязан шеврон лейтенанта пятого отряда. – Но он просто уперся и…
- Неужели ничего нельзя сделать? – на лице Рикичи застыло отчаяние. – Вы же ему жена – повлияйте на него как-нибудь.
- Боюсь, сейчас его можно увести отсюда только силой. И моей силы тут явно недостаточно. Я даже заморозить его пыталась… безрезультатно…
Внезапно дверь в комнату экзаменаторов открылась. Только трое из находящихся сейчас в комнате ожидания человек не понаслышке знали, что означают сдвинутые к переносице брови Кучики Бьякуи. Двое из них побелели от страха. Ичиго же не обращал на вышедшего ни малейшего внимания, пока тот не схватил его за воротник косоде. Через мгновение не было слышно даже отголоска реятсу двух капитанов, как не было и их самих.
- Н-нии-сама… - глаза Рукии заняли все лицо. Рикичи простоял в ступоре с полминуты, затем вернулся в зал. Остаток экзамена прошел в спокойствии.

***

- Какого черта?! – Ичиго просто излучал ярость и непонимание происходящего. Только что они с Рукией, Бьякуей и Ренджи вернулись от Ямамото-сотайчо со списками новеньких в своих отрядах. – Какого черта она делает в ТВОЕМ отряде, Бьякуя?!
- Ичиго, не ори, – подал голос Ренджи. – На экзаменационном листе есть графа для номера отряда, в который хотел бы попасть студент после выпуска. Конечно, не все попадают туда, куда хотят, но она – лучшая студентка выпуска. На её листе был указан шестой отряд и мы тоже находимся в недоумении, почему не пятый.
- Я не с тобой разговариваю, Ренджи, – они находились в поместье Кучики, где, собственно, жили Бьякуя и, временно, Ичиго с Рукией (их дом в очередной раз пострадал при попытке Зараки Кенпачи сразиться с Ичиго). Ичиго нависал над столом, за которым сидел как всегда невозмутимый глава клана Кучики, и даже не оглядывался на стоящих сзади Рукию и Ренджи. – Я уверен, что он все прекрасно знает. Бьякуя…
Годы, проведенные под одним небом с Куросаки, не проходят даром даже для Кучики Бьякуи – он начал выходить из себя. Поэтому глубоко вздохнул, поднял глаза на Ичиго и своим фирменным «от Кучики Бьякуи специально для Куросаки Ичиго» тоном сказал:
- Позвольте заметить, Го-бан-тай тайчо, что этот вопрос Вам лучше задать лично своей сестре, а не мне – она не соизволила спросить моего мнения по поводу своего присутствия в моем отряде, несмотря на элементарное воспитание… хотя, какое воспитание с таким отцом и братом.
- Ну, все… - Ичиго потянул из-за пояса тонкий меч с черной гардой – он давно уже научился прятать шикай. Бьякуя спокойно продолжал смотреть на происходящее без малейшей реакции – такие вспышки со стороны зятя случались раз в неделю обязательно. Как же разительно Ичиго отличался от предыдущего капитана пятого, которого он же и убил больше пятидесяти лет назад…
- Ичи-нии, успокойся и выслушай меня, – раздался голос. Все обернулись (ну, кроме Бьякуи – он сидел лицом к двери) – в проеме между открытыми сёдзи стояла среднего роста девушка лет шестнадцати с темно-серыми глазами и прямыми черными волосами. Она подошла к Ичиго и посмотрела ему в глаза. – Я хочу служить в шестом отряде. По крайней мере, пока. Это раз. Твое мнение на этот счет меня абсолютно не интересует. Это два. И если ты сейчас поднимешь меч на моего капитана, то первым твоим соперником буду я, а вторым, думаю, Абараи-фукутайчо; и только если ты выживешь, в чем я не сомневаюсь, и будешь еще в состоянии драться, что вызывает сомнения, тогда ты, возможно, сможешь с ним сразиться. Это три… Хотя нет – сначала ты получишь промывку мозгов от своей жены. И не смей мешаться на моей дороге. Все понял?
Тишина…
Широко открытыми глазами на девушку смотрел даже Бьякуя. Хотя он очень быстро вернул на лицо холодную маску. Через несколько минут Ичиго пришел в себя, сел на стул у стола Бьякуи, облокотился локтем о собственно стол и задумался. Подумав, он глубоко вздохнул и повернулся к сестре:
- Не всё. Одного не понял: Карин, почему ты хочешь работать с этим… этим… ммм… - почувствовал упершийся в спину напряженный взгляд тёмно-синих глаз, – с Кучики-тайчо? – сказал, будто выплюнул.
- У меня на то свои причины. Основная – та же, по которой я жила в Руконгай, училась в Академии полный курс, и теперь буду жить в общей казарме с остальными офицерами – я не хочу находиться под твоим присмотром и покровительством, и шестой отряд – единственное место, где ты меня не достанешь. Пойми наконец, Ичи-нии, я давно не ребенок и способна решать за себя сама.
- И всё?
- Нет, но остальные причины тебя не касаются, – после этих слов Ичиго долго и пристально смотрел на свою сестру. Затем обреченно вздохнул, встал и развернулся.
- Ты очень изменилась, Карин...
- Не изменилась – просто выросла.
- Да?.. Ясно… Пойдем, Рукия. Пока, Бьякуя, Ренджи… Карин. – он вышел. Рукия поклонилась брату, улыбнулась Карин и вылетела следом. В комнате еще некоторое время было тихо. Затем Карин поклонилась старшим офицерам и, не поднимая головы, сказала:
- Надеюсь, я не стану обузой ни Вам, ни отряду, Кучики-тайчо, Абараи-фукутайчо.
- Если Ваши оценки соответствуют Вашим навыкам, то мы сработаемся. Вы свободны, Куросаки-даи-го-секи.
- Есть, – Карин вышла и закрыла за собой дверь. Ренджи обернулся к капитану.
- Кучики-тайчо, вы уверены? При жизни она очень напоминала характером Ичиго.
- Куросаки обладает сильным характером, Ренджи, и если его сестра действительно на него похожа, то станет очень хорошей шинигами и гордостью своего отряда, – Бьякуя говорил, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза, поэтому не видел шока на лице своего лейтенанта. – Я только надеюсь, что годы вдали от брата сделали её более сдержанной и приучили к порядку и субординации. Судя по услышанному и увиденному только что, я прав… - он открыл глаза и посмотрел на Ренджи, – а значит, можно не слишком опасаться её присутствия в отряде... Рабочий день закончен. Можешь идти, Ренджи, – лейтенант, поколебавшись, вышел, а капитан еще долго сидел и улыбался своим мыслям: он был доволен развитием событий.

***

Ренджи выглянул из кабинета:
- Рикичи, найди Карин и зайдите сюда – нужно разнести отчеты по отрядам.
- Да, Ренджи-сан.
Рикичи засматривался на новенькую с того самого дня, как она появилась в отряде две недели назад – красивая, целеустремленная, сильная… она бы, наверное, могла напомнить Кучики-тайчо, если бы не живой пытливый взгляд и постоянная жажда движения. Собственно, это и привлекало к ней все внимание офицеров – как можно в офисе рядом с кабинетом капитана все время находиться в движении и не вызвать его НЕУДОВОЛЬСТВИЕ. Именно так, большими буквами, потому что неудовольствие Кучики Бьякуи означало, как минимум, убивающий на месте взгляд из проема раздвинутых седзи. Она как будто ненавязчиво привнесла немного жизни в казармы шестого отряда. Но самого Рикичи в ней привлекало другое – она никогда искренне не улыбалась и не смеялась. Так, для поддержания дружественной атмосферы. Странно, ведь она – сестра Куросаки Ичиго, капитана пятого отряда, в чьей семье и отряде постоянно звучал смех. А когда появлялся сам капитан пятого, она вообще менялась на глазах – смотрела на него сердито, говорила на повышенных тонах… но при этом где-то в глубине серых глаз была радость. «Странная. Но какая же притягательная» - думал Рикичи. И отчаянно искал возможности побыть рядом. Поэтому разносить документы для него стало любимым занятием. Вообще-то, обычно два офицера делили между собой отряды по их размещению от шестого и разносили документы в разные стороны. Но выяснилось, что Карин совсем не знакома с устройством Готей-13… и Рикичи получил почетную миссию стать гидом до полного ознакомления новенькой с территорией. Вот и сейчас они взяли стопки бумаг в кабинете капитана и отправились к территории второго отряда. По мере встреч с шинигами других отрядов Рикичи рассказывал ей истории этих отрядов и что в них примечательного. В такие моменты девушка оживлялась и слушала с искренним интересом. Вчера они уже побывали в четвертом, пятом и восьмом отрядах.
На дороге впереди появилась среднего роста белая фигура и остановилась поговорить с капитаном Уноханой. Рикичи замер.
- Карин-сан, давайте пойдем другим путем.
- Почему? Так же ближе.
- Там капитан десятого…
- И что?
- Ну… просто… понимаете, Карин-сан…
- Зови меня просто Карин.
- А?
- Я говорю, просто Карин – мне как-то неловко. Так что там с капитаном десятого? Он монстр?
- Нет, но… у меня от его взгляда мурашки по коже… - как же не хотелось признаваться в своей слабости. «Теперь она будет считать меня трусом… ааа! Надо спасать ситуацию!» - правда, не у меня одного. Его все слегка побаиваются.
- Почему? Я не могу его разглядеть, но вроде в нем нет ничего, напоминающего Зараки-тайчо или Куротсучи-тайчо... Что в нем такого страшного?
- Сам не знаю. Да и никто не знает. Просто от его взгляда как будто льдом сковывает.
- Да ладно, не съест же он нас! К тому же, он занят – просто пройдем незаметно…
- Так-то оно так… но нам еще к нему в отряд сегодня идти – не хочу лишний раз с ним встречаться, – если бы у Рикичи сейчас были свободны руки, он бы, наверное, почесал затылок. Но руки были заняты, и он просто покраснел и умоляюще посмотрел на спутницу. Карин вздохнула и улыбнулась. Как маленькому ребенку, который боится зайти в кладовку.
- Ладно, что с тобой поделаешь. Пойдем вокруг…
Потратив лишние полчаса на то, чтоб добраться до территории второго отряда, они отдали, наконец, бумаги капитану и отправились в третий. Здесь все прошло быстро – капитан Ичимару как всегда с улыбкой принял бумаги, спросил, как дела в семействе Кучики-Куросаки... «Как будто сам ну ничего совсем не знает, будто не заходит раз в неделю за Рангику-сан, которая приходит к Рукии в гости посплетничать о замужней жизни» – думала Карин, вежливо отвечая на вопросы и прощаясь.
- Ладно, что там у нас осталось? – спросила она, выйдя с территории третьего отряда.
- Десятый… – тяжело вздохнул Рикичи.
- Что, все совсем плохо?
- Не то что бы… но все же, Хитсугая-тайчо сильно напрягает…
- Хитсугая? – Карин вздернула брови, но Рикичи было стыдно смотреть ей в глаза, и он этого не увидел.
- Ну да, Хитсугая Тоширо, самый молодой капитан за всю историю Сейрейтей, такая себе миниатюрная копия Кучики-тайчо, только вместо маски холодного безразличия на его лице постоянная озабоченность и недовольство. Наверное, просто сложно иметь столько обязанностей в его возрасте, но он сам этого добивался… так что…
- Хочешь, я сама схожу? – перебила его девушка.
- ...К-к-как… сама?.. – юноша ошеломленно поднял голову.
- Так сама, – Карин пожала плечами. – Идти все равно надо, а меня он заморозить еще не успел. Вдруг пронесет?
Рикичи замер:
- Что, совсем не страшно?
- Нет. Скажу тебе по секрету, после пережитых еще при жизни игр папочки с Ичи-нии мне уже ничего не страшно.
- Ичи-нии?.. Это Куросаки-тайчо что ли?
- Ну да. Ладно, давай документы, я пойду – раньше начнем, раньше закончим… - с этими словами она взяла бумаги и уверенно пошла вперед, оставив озадаченного Рикичи стоять у ворот третьего отряда. Затем обернулась. – Ну хоть до отряда-то ты меня проведешь? Я там еще не была. – она издевалась. Рикичи бросился за ней и стал показывать дорогу.

- Документы отдавать только капитану, – наставлял Рикичи. Они стояли у ворот десятого отряда. - Матсумото-фукутайчо обязательно их потеряет. И еще он очень ценит вежливость… но тебе в этом плане ничего объяснять не надо. В принципе, все… Точно с тобой не ходить?..
- Точно. Рано или поздно мне все равно одной это делать придется. Ладно, я пошла, – она развернулась и через мгновение исчезла за воротами.

***

Войдя в здание, Карин оказалась в длинном коридоре. Вокруг было тихо и ни души.
Так… - Карин осмотрелась, – Рикичи сказал, что кабинет капитана и лейтенанта в конце коридора. Хм… Будем искать, – и пошла вперед. В конце коридора и правда оказалась дверь с табличкой [Дзю-бан-тай фукутайчо Матсумото Рангику]. А вот двери с именем капитана не было. – Странно. Ну ладно, спрошу у Рангику-сан, - Карин открыла тихонько дверь и заглянула в комнату. Никого. Так же тихо вошла и прокашлялась. – Матсумото-фукутайчо-сан? – нет ответа. – Эй?! Матсумото-сан? – на рабочем столе разместились стопки бумаг высотой в половину комнаты. Может, она заснула? Или просто не слышит? Девушка подошла ближе к столу. – Есть кто живой?
- Смотря, что надо, – прозвучал сердитый голос из-за бумаг. Карин подскочила от неожиданности. Голос продолжил: - Если пригласить Матсумото на очередную пьянку или по личному делу, то ждите до вечера – она опять куда-то слиняла с самого утра и вряд ли появится до окончания рабочего дня, – голос был несколько усталый, но отдаленно знакомый.
- Нет, я просто хотела узнать, где у вас кабинет капитана – я из шестого отряда. Кучики-тайчо просил передать документы, и я…
- Новенькая в Готей-13? Минуточку… - послышался звук двигающегося стула и через несколько секунд из-за стопок бумаг на столе вышел парень чуть выше среднего роста с торчащими во все стороны белоснежными волосами и глазами цвета морской волны. Эти глаза Карин не забыла бы никогда в жизни. Но кое-что все же удивило её в старом знакомом – раньше ей не нужно было поднимать голову, чтобы посмотреть ему в глаза…
- Т-тоширо?.. – шок выбил все годами заучивавшиеся правила этикета, но недоуменный взгляд капитана десятого отряда сразу вернул все на места. – Простите, Хитсугая-тайчо! – она согнулась в низком поклоне. Затем подняла голову. – Отчеты о проделанной работе от Кучики-тайчо! – протянула папку.
- Да, спасибо… - он взял документы, но продолжал пристально изучать «посыльного». Карин начала краснеть, что было ей вообще-то не свойственно. – Простите, мы с Вами знакомы? Вы так запросто назвали меня по имени…
Карин потупилась и начала разглядывать свои варадзи[1].
- Простите, Хитсугая-тайчо… это случайно вырвалось… просто ты… Вы… так изменились…
- То есть мы знакомы.
- Ну… да, были когда-то… знакомы… - поправила девушка.
- Почему тогда я Вас не узнаю?
- Больше полувека прошло… я выросла, отрастила волосы… умерла… - снова покраснела. – Ну, то есть, мы познакомились, когда я еще жива была. С тех пор и до моей смерти прошло пять лет, поэтому я несколько... повзрослела, что ли... И потом еще здесь пятьдесят лет… тоже не прошли незаметно… - она успокоилась и подняла на него озорные глаза. – Простите, я же не представилась. Пятый офицер шестого отряда, Куросаки Карин.
Наверное, войди сейчас в кабинет Матсумото или кто еще, они бы долго мучили четвертый отряд, чтобы их проверили на наличие галлюцинаций. Потому что даже в самых страшных снах никто не видел, чтобы глаза уважаемого капитана десятого отряда Готей-13 Хитсугаи Тоширо напоминали блюдца и челюсть висела где-то в районе коленей. И уж тем более они бы пережили шок, увидев вышеозначенного капитана, махнувшего рукой и с приказом «Жди здесь!» умчавшегося из кабинета. Но никто не вошел и не увидел, поэтому в состояние ступора впала только сама виновница событий. Карин стояла бы на месте даже без приказа – ей ведь тоже не приходилось никогда видеть какое-либо выражение на лице Тоширо, кроме обычного скучающе-озадаченного.
Капитан вернулся через пять минут, неся в руках довольно увесистую папку. Смел со стола отчеты и, положив папку на их место, открыл. Карин удивленно ахнула – с верхнего листа белой бумаги на неё смотрело лицо. Её собственное лицо, только в возрасте одиннадцати лет. Тоширо аккуратно достал карандашный рисунок и разместил изображением к себе рядом с лицом стоящей девушки.
- И правда... похожа. Как это я не узнал? Наверное, все дело в прическе, – Он обошел девушку кругом. – Ты выросла.
- Ты меня помнишь?
- Конечно, – голос и выражение лица стали обычными, – это был единственный раз с момента моей смерти, когда я с кем-то играл в футбол. Я бы такое никогда не забыл. Просто не ожидал увидеть тебя здесь. Так ты – та самая новенькая в отряде у Кучики, которая сразу после академии получила звание пятого офицера? Я слышал об этом, но никто не называл имени. Это своего рода рекорд – пока тебя опережает в истории только Хисаги Шуухей, капитан девятого... он получил должность еще во время обучения.
- А ты очень хорошо рисуешь, – Карин его не слушала – перебирала рисунки в папке. – Ты всех знакомых портреты рисуешь?
- Нет… Только тех, кто оставил о себе память... и исчез из моей жизни...

***

- Аааа! Почему так долго? – Рикичи ждал под воротами уже полчаса, а Карин все не появлялась. – Может, она заблудилась? Но там же прямой коридор. Или чем-то обидела Хитсугаю-тайчо? Да нет, он отлично держит себя в руках, а она хорошо воспитана... Что же произошло, почему её до сих пор нет?.. Так, надо идти за ней... не трусь, Рикичи. Ты мужчина или как?
Переборов, наконец, свой страх, Рикичи шагнул на территорию столь нелюбимого им десятого отряда. И сразу же остановился – из двери офиса выпорхнула, по-другому и не скажешь, его спутница. На её лице сияла улыбка. Не та, которую Рикичи видел каждый день – натянутая и безжизненная; не та, которой она улыбалась семье – немного уставшая и грустная. Другая. Улыбка человека, который вдруг обнаружил давно пропавшую, но очень ценную для него вещь, которая несла в себе какие-либо приятные воспоминания. Искренняя. Даже где-то счастливая. Не успел он подумать, что же такого случилось, как за Карин вышел... «Нет, не может быть... С чего бы это капитану десятого отряда провожать посыльного лично? Да еще и с чем-то, подозрительно напоминающим улыбку, хоть и слегка натянутую с непривычки, на лице». Впрочем, может, Рикичи показалось? Потому что, когда он закрыл и снова открыл глаза, то капитан десятого смотрел на него со своим обычным замораживающим кровь выражением на лице. А Карин все так же улыбалась, только теперь чуть более спокойно. А затем она сделала вещь, заставившую капитана Хитсугаю угрожающе сдвинуть брови, а Рикичи повергшую в состояние самого глубокого ступора в его жизни – подняла руку, потрепала Хитсугаю по волосам, затем шутливо поклонилась и, крикнув «Еще увидимся, Тоширо!», умчалась в направлении родного отряда, на ходу окликнув Рикичи, который уже на автопилоте последовал за ней.
Карин остановилась только у ворот шестого отряда и с улыбкой повернулась к своему спутнику.
- Нэ, Рикичи... – он вскинул на нее все еще слегка расфокусированный взгляд. – Если тебе не хочется встречаться с капитаном десятого, то все поручения к нему можешь передавать через меня. Он для меня никакой угрозы не представляет.
- Да... я заметил... – Рикичи медленно приходил в себя. – Ано... Карин... а как так получилось?.. Ну, что он тебя и провожать до двери вышел... и вообще...
Карин взъерошила волосы и смущенно улыбнулась.
- А, это... ну... ты только никому не говори, ладно? – Рикичи согласно кивнул. – Понимаешь, мы с ним когда-то были знакомы, даже, можно сказать, дружили... Когда я еще жива была...
Похоже, в голове третьего офицера шестого отряда слова «Хитсугая Тоширо» и «дружить» не способны были ужиться в одном предложении, и это отразилось на его лице, потому что Карин посмотрела на него с укоризной.
- Он, между прочим, тоже человек. А значит, у него тоже есть чувства, привязанности и так далее. Между прочим, если бы их не было, то он давно убил бы Матсумото-сан или в лучшем случае отправил бы в отряд подальше от себя – он же так не любит неаккуратность. Но она все еще при нем, целая и невредимая и, что самое главное, при всех своих несносных привычках. Просто привязываться ко всем вокруг с нашим образом жизни опасно для психики – мы же шинигами, а значит, ходим по краю бездны, – она погрустнела, и Рикичи сразу стало стыдно за себя и всех, кто плохо говорил о шинигами вроде Хитсугаи-тайчо или Кучики-тайчо, о том, что они бесчувственны. Подумать только, она появилась в Готей-13 всего две недели назад, а уже сумела провести полный анализ его жителей. Она что, на психолога училась?
Они вошли в ворота отряда и отправились доложить лейтенанту о проделанной работе.

***

- Привет, Ренджи! – громкий оклик отвлек лейтенанта шестого отряда от заполнения квартальных отчетов. В принципе, он был не прочь отвлечься – голова болела нестерпимо – но доделать работу нужно сегодня, иначе Кучики его просто угробит.
- Блин, Матсумото, - Ренджи оперся на руку и посмотрел на собеседницу, которая успела усесться на краю его стола (учитывая габариты лейтенанта десятого отряда, край, как вы понимаете, понятие растяжимое ^_^), – как так получается, что все лейтенанты сутками работают, а ты даже не чешешься? Или Хитсугая тебе совсем не указ? К тому же, ты, вроде, наказана была. Чего это ты снова гуляешь?
- Это ты об отчетах, что ли?
- Ну да, а о чем же еще?
- Ты что, правда, не знаешь? Совсем за своими не смотришь?
- В смысле?
- И правда, не знаешь... меня пока освободили от отчетностей, потому что нашелся человек, справляющийся с ними лучше.
- Да ну? Кто-то согласился выполнять твою работу, и ты до сих пор остаешься лейтенантом? Что же это за святая невинность? И при чем тут мои?
- Притом, что эта так называемая «святая невинность» - твой пятый офицер. Потому я еще лейтенант – она ведь не из нашего отряда и ей рекомендации от своего капитана нужны. Да и не стремится она вроде...
- Пятый?.. Карин что ли?
- Ну да, – Рангику взяла из вазочки перед Ренджи яблоко и начала его грызть. – Она уже с месяц как Хитсугае-тайчо с отчетами помогает, пока я отлыниваю. Я сначала удивлялась – чего это он так резко перестал мне о них напоминать – неужели надоело и решил сам все делать... стыдно как-то стало, пришла в офис, а там сестренка Ичиговская сидит, что-то пишет и с тайчо щебечет.
- Щебечет? Это что значит? То, что я думаю?
- Я тоже сначала на нее глянула и подумала, что охмуряет нашу ледышку. Порадовалась за него – давно пора. А потом прислушалась... и просто в шок впала...
- Чего молчишь? Давай договаривай уже – интересно же!
- Уверен? Не слишком приятные для тебя речи...
- ??? Уверен! Что она может такого сказать? Не компромат же сливала чужому капитану?..
- Нет, не компромат... «Кучики-тайчо то, Кучики-тайчо это!». И «он такой сильный», и «умный», и все такое... такие дифирамбы, что просто закачаешься. Вроде твоих в самом начале этого губительного чувства. Только у нее шансов больше – по вполне понятным причинам пола, воспитания и так далее.
Ренджи побледнел.
- Да ну тебя! С чего бы это Карин на Кучики-тайчо зариться? У них же разница какая огромная!
- У тебя с ним тоже разница. И что? В этом мире разница – понятие шаткое и размытое... К тому же, у них это может быть семейное – влюбляться в Кучики. Или влюблять Кучики в себя...
- Слушай, Матсумото, иди ты знаешь куда со своими домыслами!.. Я тебе не верю! И вообще – ты мне работать мешаешь…
- Я как лучше хотела, – надула губки Рангику, – предупредить пришла, а ты... задница ты, Ренджи. Забимаровская.
Матсумото спрыгнула со стола и ушла в направлении третьего отряда, оставив Ренджи мучительно размышлять. Подумав, Ренджи решил, что все это - глупости и домыслы взбалмошной Рангику и задвинул все подозрения на задворки памяти.

***

- Кучики-тайчо! – звонкий голос оборвал размышления Ренджи, шедшего как обычно на два шага позади капитана с очередной летучки, – Извините, можно с Вами поговорить? – девушка потупилась и покраснела, что сразу насторожило лейтенанта. Затем добавила, бросив на него взгляд: - Наедине...

***

Карин сидела на ступеньках офиса и полировала катану. Был обеденный перерыв, и она иногда поднимала с пола стоящую рядом чашку с чаем и подносила к губам. Из-за спины показалась длинная тень и остановилась рядом. Пришедший не скрывал реятсу и Карин не стала поднимать головы, чтобы узнать нежданного собеседника. Он просто тихо стоял рядом несколько минут, но эта тишина была наполнена тяжелым ожиданием и нерешительностью. Кто бы мог подумать, что ОН когда-нибудь будет чувствовать нерешительность и страх заговорить с сестрой Куросаки… Девушка вздохнула и решила таки прервать тишину первой:
- Вы хотели о чем-то поговорить, Ренджи-сан?
- Я?.. да... хотел...
- Я слушаю.
- Нааа, Карин... я хотел спросить... Кучики-тайчо... ты... просто... ну...
- Что Кучики-тайчо?
- Ну, в общем... – набрал воздуха и выпалил: - между тобой и Кучики-тайчо что-то есть?..
Девушка подавилась чаем и закашлялась.
- Что-то? В каком смысле «что-то»? «Что-то» с ним у каждого знакомого есть.
- Карин, не придуривайся! – Ренджи на нервах быстро сорвался. – Вот уже почти месяц, как ты каждый вечер к нему домой приходишь, и допоздна у него в комнате свет горит, и музыка играет, и снаружи видно, как девушка танцует! Именно это я имею в виду под словом «что-то»! Ты его охмуряешь?!
- ............. – минута ступора, еще одна – истерического смеха. Но Карин успокоилась так же резко, как и рассмеялась. - Упаси Ками-сама! Нет, Кучики-тайчо, конечно, очень сильный, и умный, и все такое... – она опустила голову, чтобы Ренджи не видел, как она улыбается, – но! Есть два фактора, по которым мы не могли бы быть вместе, даже если бы мне этого хотелось. Первый: разница в возрасте, воспитании, вкусах. Слишком уж большая для меня разница. Второй: у Кучики-тайчо уже есть любимый человек, просто тайчо никак не решится признаться... Конечно, эти факторы преодолимы... но опять же, они имели бы место, если бы я влюбилась в него. Но это не так. Доволен? – она перешла на «ты», но шокированный Абараи этого даже не заметил.
- Есть любимый человек? Но... но... кто? – со страданием в голосе выдавил он. – Кто?
Карин отложила катану и встала. Когда она повернулась, Ренджи остолбенел – на него смотрело лицо Ичиго в обрамлении черных волос, такой сердитый взгляд был на лице Карин.
- Ренджи, ты ИДИОТ! – сказала она и Абараи лишний раз убедился в их с Ичиго родстве. Хотя черные волосы и фамильярное обращение придавали ей сходство скорее с Рукией, что только усугубляло положение. – Если ты до сих пор не заметил, то пойди и спроси у него САМ! Придурок! – девушка развернулась, на ходу подхватила свой меч и скрылась, оставив лейтенанта в состоянии глубокого ступора.

***

- Извини, Ренджи, ничем не могу помочь, – Ичиго встал со ступенек и отряхнул хакама. – Я вообще не люблю лезть в личную жизнь людей – некрасиво это. А лезть в личную жизнь Бьякуи еще и опасно для жизни. Я у себя еще суицидальных наклонностей не обнаружил.
- И Рукия ничего не знает... странно все это, не находишь? Ну, что он об этом только твоей сестре сказал.
- Не думаю, что это специально. Карин с детства была чувствительна к чужим проблемам, чувства и эмоции угадывала по первому взгляду. Может, она ему сказала, что заметила и... Как ни странно, пожив с ним под одной крышей, я понял, что Кучики Бьякуя все еще остается человеком и ему тоже иногда нужен собеседник, которому можно доверять. А Карин можно – она ни разу еще не выдала ни одной доверенной ей тайны. Так что сам понимаешь... Ладно, я пойду – Рукия просила ей кое-что купить... – он развернулся к воротам со стороны Руконгай и собрался уходить.
- Ано... Извините, – к казармам пятого отряда от внутренних ворот бежал Рикичи. – Подождите, пожалуйста!
Ичиго посмотрел на Ренджи, а Ренджи мысленно напрягся, ожидая срочного вызова – иначе что бы здесь делать третьему офицеру шестого отряда? Тем временем Рикичи подбежал к ним и остановился отдышаться. Ренджи встал и сурово посмотрел на своего протеже-фаната.
- Что случилось, Рикичи? Меня что, и на обеде на ковер могут вызвать?
- Нет, Ренджи-сан, Кучики-тайчо обедает с сестрой, – лицо Ичиго при этих словах вытянулось. Рикичи продолжил: – А я пришел к Куросаки-тайчо... – тут юноша отчаянно покраснел и уперся взглядом в ступеньки перед собой.
- Ко мне? Зачем? Чего Кучики от меня-то надо?
- Нет-нет, я... эт-то... п-по личному в-вопросу...
Ренджи и Ичиго вдвоем с интересом уставились на мальчишку, который сжался и покраснел так, будто собирался просить рассказать ему о разнице между мальчиками и девочками.
- Личному? Ну, задавай свой личный вопрос...
- Я... это... ну...
- Перестань запинаться, подними голову и говори, – повелительным голосом сказал Абараи. – Ты позоришь честь шестого отряда.
- Отстань, Ренджи. У парня с девушкой проблемы, а ты тут о чести отряда, – Ичиго присел на корточки и заглянул в глаза Рикичи.
- С девушкой? – Ренджи тоже присел. – Чё, правда?
- А... ага... – выдавил из себя мальчик.
- А почему ты ко мне пришел? Я вроде не дамский угодник, советов не дам... Лучше к Ичимару сходи – он себе ВО КАКУЮ жену нашел. Он расскажет...
- Н-н-н-нет, я не за тем... то есть... не совсем...
- А зачем? – Ренджи, видимо, решил сегодня подтвердить звание Короля Обезьян.
- Н-н-ну, я... эт-то... хотел спросить... к-к-какие цветы нравятся В-в-в-вашей с-с-с-сестре?..
- Чего? – не понял Ичиго.
- Какие цветы нравятся Вашей сестре?..
Ренджи сел на пол от неожиданности:
- Ты чё, в Карин втюрился? – Рикичи кивнул.
Ичиго, резко посерьезнев, встал и прислонился спиной к колонне, поддерживавшей крышу над крыльцом. Он долго молчал, смотря куда-то в пространство, потом тихо заговорил. Рикичи поднял глаза.
- Прости, Рикичи, но Карин тебе не достанется.
- Да?..
- Эй, Ичиго, ты что?! Чем тебе мой третий офицер не угодил?
- Дело вовсе не в нем, – голос рыжего шинигами и его лицо были как никогда серьезны и задумчивы. – И я лично предпочел бы его в качестве зятя, чем... Но я больше не могу повлиять на Карин...
- А почему ты так уверен, что она откажет? – Ренджи непонимающе уставился на друга. Рикичи поник, но продолжал молча слушать.
- Просто она... это длинная и давняя история.
- Давняя?
- Да, еще прижизненная.
- Нуууу, знаешь ли! С тех пор много воды утекло. Кто ж после смерти продолжает мечтать о том, что было при жизни...
- Ты не понял, Ренджи. Слушай, Рикичи, и думай... Это было пятьдесят лет назад. Хотя нет, началось все еще до полномасштабной войны с Арранкарами. Духовная сила Карин тогда как раз выросла до уровня, чтобы видеть пустых и шинигами. Я тогда заметил, что она как-то... повзрослела, что ли... но не придал значения. Потом война. Я несколько отстранился от семьи и даже не заметил, как она перестала играть в футбол, бросила команду... сказала, что ей это больше не интересно, а сама тайком бегала на их матчи. Потом начала тренироваться у Канонджи. Однажды она сильно простудилась на одной из тренировок. Пролежала три дня в бреду... Её еще лихорадило, но она встала и пошла на очередной матч. И попала под грузовик с какой-то техникой... Подумать только, я смог защитить их с Юзу от самых сильных Пустых, и не уследил за тем, как она переходит дорогу. Ирония судьбы... Поэтому я согласился жить здесь и стать капитаном – мне давно предлагали, и Рукия... В общем, отец попросил меня присматривать за Карин здесь и обещал следить за Юзу... я согласился... – он замолчал.
- И? При чем здесь Рикичи?
- Заткнись, Ренджи, я еще не закончил. Попав в четвертый район Руконгай, она продолжала усиленно тренироваться, чтобы вступить в Академию и отвергала любую мою помощь. Закончила Академию на общих началах и пошла в отряд к Бьякуе... И все это ради одного человека, чтобы заслужить его уважение.
- Какого человека? – Рикичи все же открыл рот.
- Когда она лежала в бреду лихорадки, то звала не меня, не маму, не Юзу. Я тогда подумал, что просто совпадение, наверное, какой-то мальчик с таким же именем. Ведь они даже не должны быть знакомы – он никогда официально не бывал у нас дома и не упоминал о знакомстве с моей семьей. Только сейчас, наблюдая за ней здесь, я понял, что ошибался. И постоянно вспоминаю, как она лежала в лихорадке и еле слышно звала... его... – Ичиго перевел взгляд в небо и еле слышно воспроизвел: - «Тоширо... Тоширо...»...
Глаза Ренджи просто полезли на лоб, а челюсть впору было ловить. Как ни странно, Рикичи просто грустно улыбнулся, тихо сказал: «Понятно» - шмыгнул носом и убежал куда-то. Ичиго грустно смотрел ему вслед.
- Дааааа, - пришел в себя Ренджи. – Ни фига ж себе...
- Ренджи, извини, что я так резко. Но мне кажется, что лучше так, чем питать пустые надежды...
- Да ладно, переживет.
- Да? А ты?
- Что я?
- Переживешь? Неизвестность.
- Не, сегодня вечером пойду выяснять отношения...
- Ясно, – Ичиго помолчал, потом на лице появилась широкая улыбка. – Ренджи, мрамор или гранит?
- В смысле? – Ренджи испуганно уставился на рыжего.
- В прямом смысле. Какое тебе надгробие сделать? Ты же мне друг, все-таки. Даже лучший. Не могу же я не позаботиться о достойной могиле героически погибшему от Сенбонзакуры другу.
- Иди ты! Придурок... – Ренджи встал и пошел в сторону ворот, предварительно отвесив капитану пятого отряда подзатыльник. Еще долго за спиной он слышал смех, и только выходя за ворота, совсем уже тихо прозвучавшее: «Удачи, Ренджи!..»

***

Здание отряда медленно пустело – все разбредались по своим делам. Ренджи сидел за столом и ждал, когда освободится его капитан. Раньше он засиживался допоздна, но со времени посиделок, как их назвал лейтенант, с Карин он начал собираться раньше. Вот и сегодня, где-то через час после того, как офис опустел, Кучики Бьякуя встал из-за стола и направился к выходу. У двери кабинета остановился – выход в коридор ему преграждал лейтенант, опершийся широкой спиной о седзи.
- Ренджи?
- Простите, тайчо, вы не уделите мне пару минут? – удивительно, как он смог связать столько слов, когда от волнения стучало в висках.
- Конечно, Ренджи, только недолго, – Кучики стал у другой стены. Свет включать не стал ни один. – О чем ты хочешь поговорить?
«Вообще-то я не говорить хочу... но на то, чего я хочу, мне нужно твое разрешение... и я, похоже, его никогда не получу» - подумал лейтенант, но вслух сказал другое:
- Тайчо, мне сказали, что у Вас есть любимый человек... это правда?
- ... Ты считаешь, что я стану перед тобой отчитываться в своей личной жизни, Ренджи? – голос был как всегда спокоен.
- Нет, что Вы, тайчо... я просто хотел бы знать... просто хотел знать её имя, и все...
- Почему ты решил, что это женщина, Ренджи?
- А разве... нет? – почему это ТАК больно?
- Если бы это была женщина, я бы не стал скрывать, а просто женился бы. Как думаешь?
- Д-да... наверное... тогда тем более... кто?..
- Тем более?
- Если бы женщина, я бы понял, но так... хочу знать имя человека, которому проиграл, – Ренджи решительно посмотрел в глаза капитану через темную комнату. Выражение этих глаз не изменилось, но одна бровь медленно поползла вверх.
- Проиграл? Что проиграл?
- Ваше сердце, тайчо, – никакой реакции. – Я люблю Вас... уже очень давно. Но я боялся признаться – ведь это ненормально одному мужчине любить и желать другого. Такого никогда не примут в высшем обществе, к которому Вы принадлежите... И я хочу знать, ради кого Вы готовы преступить это правило. Я имею такое право?
Бьякуя долго вдумчиво и изучающе смотрел на своего лейтенанта, склонив голову набок и бессознательно легонько постукивая себя пальцем по носу. Затем глубоко вздохнул.
- Я не обязан отвечать тебе... – Ренджи обреченно опустил голову. – Но... – опять сверлит капитана глазами, – есть один способ для тебя узнать. Только он не для слабых.
- Я слушаю, тайчо.
- Знаешь, я тоже боюсь ему признаться... потому, что боюсь отказа. Но, если я красиво и правильно признаюсь, то мои шансы могут возрасти. Как думаете, фукутайчо?
- Вряд ли. Ведь если он не любит, то никакие слова здесь не помогут... я это сам только что доказал...
- По крайней мере, я не хотел бы опозориться тем, что стану заикаться. Независимо от исхода, я хотел бы сохранить лицо.
- И к чему Вы ведете, тайчо? – несмотря на всеобщее мнение, Ренджи не был тупым. Просто так складывались обстоятельства. А сейчас он уже начал понимать намерения капитана. Понимать и бояться – ведь он не сможет отказаться услышать заветные слова, даже если после них последует имя его более удачливого соперника. И это имя будет терзать его еще очень, ОЧЕНЬ долго.
- Думаю, ты понял, Ренджи. Поэтому я сказал, что этот путь не для слабых. Итак, согласен ли ты быть для меня тренировочным манекеном, Абараи-фукутайчо?
Ренджи сжал кулаки и зубы. К глазам подступали непрошенные слезы. Точнее, не совсем слезы – плакать Абараи не умел, но при сухих глазах все равно срывался голос и тряслись руки.
- Согласен, – и сердце ухнуло куда-то вниз, готовое разорваться в ближайшие минуты.
- Хорошо, – Бьякуя оттолкнулся от стены и подошел к Ренджи почти вплотную. Провел рукой по щеке, снял заколку с волос и зарылся в упавшие пряди пальцами. Тело Ренджи реагировало само, он еле сдерживался: все силы уходили на то, чтобы находиться в некоем подобии сознания. Тем временем Кучики приподнялся на цыпочки и выдохнул прямо в губы юноши: - Я люблю тебя... Абараи Ренджи...
Ренджи вскинул глаза на капитана (нет, я помню, что Ренджи выше на 8 см, но на Кучики он всегда смотрел как будто снизу), думая, что разгоряченное воображение шутит с ним шутки.
- Простите, тайчо... что вы сказали?.. Я, кажется, ослышался...
- Нет, Ренджи, ты не ослышался, - Бьякуя еще ближе притянул лицо своего высокого лейтенанта и повторил: - Я люблю... тебя... очень давно, – и поцеловал, свободной рукой проведя по коже под косоде. Ренджи ахнул в поцелуй и прижал крепче так давно желанное тело.

- Пойдем, Ренджи. Нам многое нужно наверстать, – пятнадцать минут спустя Бьякуя отстранился и потянул Ренджи за рукав из офиса на улицу, в сторону особняка Кучики. Как хорошо, что все произошло именно сегодня – Ичиго и Рукия останутся ночевать в третьем отряде, ведь сегодня 10 сентября - день рождения Ичимару...

***

- Бьякуя...
- Мммм?..
- И все же, что у тебя за дела с Карин были?.. – они нежились в постели под лучами восходящего солнца и Ренджи перебирал руками черные шелковистые волосы дремлющего на его груди любовника. Бьякуя даже глаза открывать не стал.
- Ты скоро все узнаешь – не торопи события, это сюрприз, – спустя пять минут он все же открыл глаза и вздохнул. – Пора вставать, Ренджи – мне надо быть на собрании капитанов. Обязательно.

***

-...И последний вопрос на повестке, – командующий Ямамото прочистил горло. – По просьбе Сан-бан-тай тайчо Ичимару Гина хочу сообщить Вам, что лейтенант Матсумото вынуждена покинуть ряды Готей-13 и взять декретный отпуск. – Ичимару не скрывал радостной улыбки, остальные пытались сделать «морду топориком». Ямамото невозмутимо продолжал: - По этой причине необходимо назначить в десятый отряд нового лейтенанта. Капитан Хитсугая, есть ли у Вас на примете достойные кандидаты?
Капитан десятого отряда поднял голову и выступил вперед.
- Да, Ямамото-сотайчо, но прежде чем объявить кандидатуру, я вынужден поговорить с капитаном её отряда, поскольку она не состоит в моем отряде.
- Простите, сотайчо, в моем отряде есть офицер, наверняка наиболее подходящий на эту должность, – Кучики Бьякуя тоже сделал шаг вперед.
- И чем же этот Ваш офицер превосходит других, Кучики-тайчо? – прозвучал насмешливый голос Укитаке. – Неужели вы настолько не сработались, что даже готовы оказать протекцию, в которой так долго отказывали другой заслуживавшей того особе?
- Я признал свою ошибку, Укитаке-тайчо, - голос Бьякуи был холоднее льда Хьоринмару. – И указанный офицер ныне служит лейтенантом. Что же касается нынешнего назначения, то я считаю, что офицер, достигший материализации занпакто, достоин занять место лейтенанта.
- И что же это за офицер? Мы обязаны провести экзамен способностей такого таланта.
- Пятый офицер шестого отряда Куросаки Карин достигла материализации занпакто через пять месяцев после вступления в ряды Готей-13. Учитывая оценки в Академии, я считаю её достойным кандидатом на место лейтенанта Матсумото. Назначьте место и время испытания.
Вокруг зашептались. Все косились на капитана пятого отряда, который и сам выглядел не менее удивленным. Хитсугая ошеломленно смотрел на Кучики.
- Что ж, - прервал шепоток Ямамото, – готова ли означенный офицер пройти испытание немедля?
- Вполне, сотайчо. Она ждет за дверью, вместе с моим лейтенантом. Я приведу её, – и Кучики двинулся к двери.
Минуту спустя он вернулся, ведя за собой всех лейтенантов и своего пятого офицера. Капитаны и лейтенанты, переглядываясь, прошли за Ямамото на площадку для экзаменов по кидо.
- Каков тип и способности вашего занпакто, Куросаки-даи-го-секи? – заняла место экзаменатора Исе Нанао.
- Кидо тип. Создает мощный звуковой импульс, разрушающий духовное тело противника.
- Освободите занпакто, Куросаки-даи-го-секи, и продемонстрируйте его возможности.
Карин достала из ножен меч с гардой-полумесяцем и приложила к вытянутой вперед руке.
- Пой, Юи! – повернула руку. Часть лезвия растворилась, образовав ответвление. Подошла к стене, с силой воткнула лезвие в стену. – Tsuchi no Kashou![2] – стена разлетелась на мелкие кусочки в радиусе пяти метров. – Действует исключительно на твердые тела, не обладающие душой. Требует непосредственного контакта с целью. Далее. – Девушка повернулась к мишени и стала в боевую стойку, подняв меч над головой в горизонтальном положении. В повороте резко опустила: - Kaze no Kashou![3] – мишень лежит на земле кучкой пыли. Карин обернулась к экзаменаторам. – Действует, как и первая, но не требует контакта. Есть еще Третья Песнь, Tsumibito no Kashou[4], предназначенная для разрушения духовного тела живого существа – пустого, арранкара, шинигами и тому подобное. Может использоваться как в контакте, так и на расстоянии.
Наблюдатели обсуждали увиденное. Более всех был удивлен Ичиго – он стоял и просто смотрел на младшую сестру. Командующий Ямамото поднял руку, все замолчали и он обратился к экзаменуемой.
- Ваш капитан сообщил нам, что Вы достигли материализации...
- Да.
- Капитан Кучики, извольте привести пример успешно проведенной материализации, чтобы мы могли сравнить уровень.
Бьякуя вышел на середину площадки и достал меч. Разместил его в положении лезвием вниз и позвал:
- Сенбонзакура...
Меч засветился белым светом и рядом с Кучики выросла тень девушки в светло-розовом кимоно со светлыми волосами до пят и большими голубыми глазами. Она обвела всех присутствующих мутным взглядом и обернулась к Карин, которая уже успела начать призыв:
- По стечению обстоятельств, мой призыв очень похож на призыв Кучики-тайчо, – она закрыла глаза и глубоко вздохнула. – Юи...
На этот раз прошло несколько минут, прежде чем меч засветился золотом и рядом с Карин возникла девушка. Она тоже была в кимоно, только золотисто-желтом, и её волосы были до пояса и черными до синевы. В руках она держала сямисэн[5]. Увиденное поразило всех, только Кучики Бьякуя стоял невозмутимо, умело пряча в глазах смешинки и невольную гордость за своего офицера. К нему подошел Ренджи и стал рядом:
- Это и был сюрприз?
- Да. Дело в том, что мой и Карин духовные мечи приходятся друг другу сестрами. Поэтому она приходила ко мне за помощью в материализации.
- Нда... сюрприз-инфаркт... я чуть от мук ревности не сдох, а они материализацию, оказывается, осваивали.
- Кстати, она сказала мне, что ты видел тени в окне и слышал музыку. Ты что, следил за мной?
- Да. Мне сказали, что она на тебя запала, и я решил проверить...
- Играла Юи, а танцевала Сенбонзакура... древнее утонченное развлечение обеспеченных людей – гейши... Дурак ты, Ренджи – ревновать к ребенку...
- Угу, дурак. И за что ты меня любишь?..
- Сам не знаю...

***

- ...Итак, - Ямамото стоял за высокой трибуной в окружении капитанов, лейтенантов и полных составов десятого и шестого отрядов. – Готей-13 приветствует лейтенанта десятого отряда Куросаки Карин!
Десятый отряд разразился приветственными криками. Капитан Хитсугая сам повязал на плечо Карин лейтенантский шеврон. Шестой отряд горестно вздыхал.

***

- Йо, Тоширо!
- Капитан Хитсугая!
- Да, да... Я по поводу Карин... Как она, освоилась?
- Спроси её сам.
- Она мне не скажет – всегда хочет казаться сильной и никогда не просит о помощи.
- Освоилась. Еще что-нибудь?
- Да. Если что – обращайся. У нее сложный характер.
- У меня тоже не подарок.
- Ну да... Ты это... береги её...
- Куросаки, я еще не настолько «заледенел», как вы выражаетесь, чтобы подвергать лишней опасности свою девушку. Все, ты мне мешаешь работать, уходи, – и дверь захлопнулась, не позволяя задать последний вопрос. Хотя Го-бан-тай тайчо был слишком удивлен услышанным, чтобы задавать вопросы. Позже он придет в себя и начнет выяснять подробности, но будет остановлен сестрой, заявившей, что «ЭТО НЕ ТВОЕ ДЕЛО!».

***

- Нэ, Тоширо...
- Да?
- А откуда ты тогда знал, что я новенькая в Готей?
- А, это... Просто все более или менее знакомые с состоянием моего отряда знают, что капитан десятого давно и прочно обосновался в кабинете лейтенанта – выполняет её работу... даже кабинета своего у меня нет – так с самого начала было. Но теперь, я полагаю, все изменится...
- А я так и не против, чтобы мы в одном кабинете работали...
- Нет. Это негативно скажется на качестве и скорости выполнения работы.
- Почему?
- Ты меня отвлекать будешь. Вот как сейчас, например...
- Так сейчас же обеденный перерыв... сейчас можно.
- В любом случае, я буду работать в той пристройке, - он указал на дверь напротив входной, – а пока её освободят от лишнего мусора, который оставила на память о себе Матсумото, я останусь здесь.
- Угу.
- Странная ты все-таки...
- Почему?
- Нашла о чем говорить, сидя у меня на коленях...
- Нуууу, надо же хоть иногда отвлекаться... от более приятного времяпрепровождения...

***

- Рикичи, ты идешь?
- Да, уже выхожу!
- Мы же опоздаем на начало!
- Ничего, Ханатаро нам места подержит!
- Аааа, Рикичи, ты такой неорганизованный! Даже Абараи-фукутайчо уже ушел!
- Он не ушел – его Кучики-тайчо за шиворот тащил полуодетого! Он по дороге одевался!
- И за что я тебя так люблю?!
- Не знаю, Томойо! Просто так?
- Дурак ты. Блин, опаздывать на первый в истории Сейрейтей футбольный матч, да еще когда играют Хитсугая-тайчо, Куросаки-тайчо и обе Куросаки-фукутайчо.
- Мы успеем! – Рикичи вышел из казарм и, взяв за руку девочку с короткой стрижкой в форме спец. подразделения Кидо, направился в сторону холма Сокьоку, на котором поставили временный стадион.
- Нэ, Рикичи... ты рад за них?
- А? Конечно, рад. Наконец и на территории десятого отряда звучит смех. А нам достаточно одной улыбки Кучики-тайчо. Теперь он часто улыбается и это тоже её заслуга.
- Получается, семейство Куросаки принесло в Сейрейтей счастье?.. Ведь если бы не Куросаки-тайчо, то Ичимару-тайчо казнили бы... и не посмотрели бы, что он нас о нападении предупредил, и сам с Арранкарами сражался. Его бы казнили, апеллируя к тому, что он не Готей-13 предупредил, а только Матсумото-сан, и сражался он только чтобы защитить её...
- Но Куросаки-тайчо тогда наорал на всех: «Он же не тупой, чтобы не понимать тогда, что Рангику-сан всем расскажет! Ну и что, если он не за Готей дрался, а за свою женщину?! Главное, что мы победили только благодаря ему! И вы его казните? И после этого будете еще называть себя справедливым судом? Черта с два!»
- Да, эту историю даже нам во всех подробностях рассказали...
- А еще, я тут подумал: его сестра помогла разобраться в себе Кучики-тайчо и Абараи-фукутайчо, так?
- Так.
- Но ведь если бы не он, то им бы пришлось скрываться или выслушивать прилюдно обвинение на дисциплинарном слушанье... как Хисаги-тайчо и Кире-фукутайчо...
- А, да, я там была. Он слушал, слушал, а потом встал и говорит: «Какое вы имеете право лезть в их личную жизнь? С кем хотят, с теми пусть и спят – между прочим, дело свободного выбора. И никакой это не плохой пример – спать с парнем, только чтобы быть похожим на кумира, ни один не сможет. Нужна врожденная склонность – это давно уже медицина доказала». И так при этом выглядел... красный, как помидор.
- Получается, именно ему мы обязаны счастливым концом истории...

Примечания:
1. Варадзи – японские плетеные сандалии, в которых ходят шинигами в “Bleach”
2. Песнь Земли
3. Песнь Ветра
4. Песнь Грешника
5. Сямисэн – японская трехструнная гитара

0

7

Автор: Бандюга
Название: Я всегда рядом.
Бета: Deriara d’Sien
Пейринг: Тоширо/Карин (основной), Карин/Сайто (свой персонаж) может и другие появятся.
Персонажи: все из Блич и плюс свои
Рейтинг: PG
Жанр: Романтика и ещё что-нибудь (по ходу дела разберусь ^_^)
Состояние: В процессе…
Дисклеймер: всё ваше, Кубо Тайто
Предупреждение: Пишу впервые.
Размещение: Только с нашего, с Автором и Бетой, разрешения ^_^

Глава 1

На улице вовсю хозяйничало весенние солнце, дул приятный ветерок, лепестки сакуры плавно слетали с деревьев и в воздухе парил сладкий запах дикой вишни. За всей этой красотой из школьного окна задумчиво наблюдала темноглазая девушка. Её чёрные волосы, длинною чуть ниже лопаток, свободно спадали на плечи, красиво обрамляя мягкий овал, почти совершенного, лица. Шёл, по мнению девушки, самый нудный урок на планете, а время, как назло, тянулось мучительно долго, казалось, что секундная стрелка на часах еле-еле продвигалась. Учитель что-то упорно объяснял своим ученикам, однако им было всё равно, что там их преподаватель рассказывал и писал на доске. Они занимались каждый своими делами и затихали лишь когда учитель делал замечание, но затем снова брались за старое. Наконец, прозвенел спасительный звонок, и ребята, сломя голову, выбежали из класса, в коридорах образовалось столпотворение.
-Карин-чан! Карин-чан, подожди!
-Юзу? Ты что тут делаешь?
-Я…хотела сказать…что сегодня приду поздно…я после школы иду сразу к подруге в гости,- объяснила запыхавшаяся сестренка.- Ты почему телефон свой отключила?
-Надо было!- отрезала Карин. Ей совсем не хотелось рассказывать младшей о своих проблемах.. Светловолосая прищурилась, но допрашивать сестру не стала.
-Ладно, я пошла. А то на урок опоздаю,- Юзу собиралась уходить, но голос сестры заставил притормозить.
-Погоди, ты папашу предупредила?
-Да,- с улыбкой проговорила младшая.- Я ему ещё на той перемене позвонила. Кстати, сегодня он придет поздно, в больнице много дел. И Ичи-нии тоже задержится в институте. Так что дом в твоем распоряжении. Ну всё, я побежала. Пока!
-Пока.
"Отлично! Хоть один вечер проведу в тишине!"- с такой мыслью Карин пошла в класс, настроение заметно поднялось. Впереди ждал спокойный вечер: никто не будет пытаться впихнуть в неё как можно больше еды, никто не будет заставлять делать уроки, подкалывать или шутить тупыми шуточками, а, самое главное, она не будет слышать это пиликающее удостоверение Ичиго. Которое, в последние время, всё чаще пищал. Карин не раз ловила себя на мысли, что следует утопить это удостоверение в унитазе или долбануть её кувалдой, но как-то всё руки не доходили.
Впереди девушку ждали два урока, а потом беззаботный вечер. Однако Куросаки не догадывалась, какой сюрприз ей уготовила судьба, вернее какую встречу.

Глава 2

- Я дома. - Карин с наслаждением сбросила рюкзак на пол, и, переодевшись в комнате, спустилась на кухню, в поисках съестного.
Разогрев еду, она уселась за стол и включила, наконец, телефон, неторопливо уплетая суп. Всё это время, сотовый без умолка пиликал, напоминая, что хозяйке пришло немало сообщений. Пообедав, Карин помыла посуду и плюхнулась на диван, решив расслабиться за просмотром телевизора. Некоторое время она методично щелкала пультом в поисках чего-нибудь интересного.
Наконец, остановившись на понравившейся программе, перевела взгляд на телефон: 32 новых сообщений и 15 пропущенных звонков. Она знала, что все эти сообщения и звонки от одного и того же человека. Пролистав СМС, даже не вчитываясь в написанное, девушка положила телефон возле себя и переключилась на экран телевизора. Ничего интересного, банальные сообщения, типа:
«Доброе утро, солнце! Как спалось?»
.....
«Что делаешь? Почему не отвечаешь?»
......
«Ты до сих пор в обиде на меня? Ответь мне! Я жду!»
.......
«Не злись на меня. Когда включишь телефон - дай мне знать! Я очень хочу с тобой поговорить!» и т.д. Но Карин не ответила назойливому абоненту. Надо будет - сам позвонит. Куросаки смотрела какую-то комедию, но смеяться совсем не хотелось.
Девушка неохотно вернулась в тот день, когда познакомилась с надоедливым поклонником.

***
В тот день был матч среди подростков по футболу между двумя школами. Но Карин не участвовала в игре, она давно уже не играет с друзьями в матчах. Ей пришлось отказаться от своего увлечения. Причиной тому послужило то, что в школе нет смешанных команд, и Куросаки не могла играть вместе со своими друзьями. Девушке предлагали войти в женскую сборную, но она отказалась. И с того времени сидит на скамейке болельщиков.
Вот и сегодня, Карин вместе со своими подругами-одноклассницами пришла болеть за свою команду. Игра была напряженной, шёл второй тайм, а счёт не менялся, трибуны сидели, затаив дыхание, лишь кое-где были слышны редкие комментарии и разговоры. И к одним из этих болтунов относились подруги Куросаки. Они обсуждали парней из команды противника:
-Ой, смотри какой красавец!
-Ага, симпатяга!
-Вы про парня с пятым номером?
-Конечно, а тут больше нет таких красавцев!
-Он, конечно же, лапочка, но вон те тоже не плохи.
-Ну, пойдет. Нет, всё же пятый лучше.
-Карин, а ты чего молчишь?
-Ты что? Карин только футбол интересует, а не парни!- мягко ответила блондинка,- Карин, ну не молчи, ты что думаешь?
-Неплохо играет. Между прочим, этот ваш красавчик, может нам гол забить, если наши не перестанут плестись как черепахи!- ответила Куросаки, не отрываясь от игры.
-Ну вот, а я о чём!- проговорила блондинка и продолжила любоваться парнем.
И, как Карин и сказала, это случилось: “красавец” забил гол. Трибуны оживились: крики радости, гул и свисты слышались со стороны болельщиков противника. Раздался финальный свисток - время вышло. Команда из её школы продула. Карин расстроилась, она надеялась, что её команда одержит победу, ведь они так готовились. «Жаль… Хотя, этого стоило ждать. Тот парень слишком хорошо играл!- сокрушалась Куросаки, и тут, она внезапно улыбнулась, - хотя, до Него ему ещё очень и очень далеко!» Из мыслей её вытащила подруга:
-Карин, ну ты идешь? Все собрались. Или ты из-за проигрыша забыла, что мы после игры договаривались пойти в кафе?
-Да, я помню. Пошлите.
В кафе было шумно: игроки и болельщики бурно обсуждали игру.
-Мы всё таки молодцы, держались до последнего.
-Да, это верно.
-Если бы не тот гол, то все было бы отлично.
-Мдаа… Сайто сильный противник.
-Как его зовут?- девушки оживились.
-Сайто. Я слышал, он вообще профи.
-Это и так понятно.
-А ещё такой красавчик.
-Ой, вы как всегда в своём репертуаре!
-А вам то что?
-Между прочим, это “предательство” называется.
-Всё вы не так поняли! Как всегда!
-Мы же за вас болели! А он нам просто понравился!
-Ага, мы так и подумали!
-Слышь ты…
-Давайте ещё и поругаемся!
-Карин права. Незачем портит друг другу настроение…
Ребята громко переговаривались и не заметили, как в кафетерий вошла толпа ребят. Они вели себя тише, хотя, на их месте, другие шумели бы вовсю.
-Какие люди!- крикнул на весь зал парень, стоящий возле Карин. Все на мгновение затихли и посмотрели в сторону двери,- Пришли праздновать победу?
-Типа того,- ответил парень из другой команды,- отличная была игра.
-Да, но если бы не ты, Сайто, было бы лучше,- пошутил парень из школы Куросаки.
-Ещё отыграетесь,- улыбнулся Сайто.
-А то! Это мы так не оставим! Что встали то? Присоединяйтесь к нам.
-Мы только за!
Шумихи в кафе прибавилось. Ребята наперебой рассказывали об игре. Подруг же Карин - больше заинтересовал Сайто. Только Куросаки стояла в сторонке и разговаривала по телефону. Нажав на кнопку сброса, она подошла к друзьям и сказала, что ей надо идти в больницу, помочь отцу.
-Жалко, что уходишь.
-Но мне, правда, пора.
-Не забудь. Завтра идём в клуб,- напомнил ей друг из класса.
-Я помню. Всем пока.
-Созвонимся. Пока.
-Пока, Карин.
Девушка вышла из кафе и пошла в сторону больницы.
-Карин, погоди.- Куросаки обернулась, к ней бежал тот “красавец”.
«Что ему надо?»,- промелькнула мысль у девушки.
-Тебя же Карин зовут?
-Ну да.
-А меня Сайто. Приятно познакомиться,- продолжал улыбаться парень.
-А, да,- только и ответила Карин. Она осмотрела парня с ног до головы и остановилась на глазах. «Глаза, как у Него. Но что-то в них не так... чего-то не хватает»,- думала девушка, а перед мысленным взором уже появился молодой капитан из Готей 13. «Второй раз за день о Нём вспомнила…неспроста…»
-… живу около больницы. Ну, так можно?- что-то говорил Сайто.
-А? Что? Прости, я прослушала.
-Ну, я предложил тебя проводить. Нам в одну сторону. Не против?- слегка краснея, произнёс парень.
Карин, было всё равно, но из вежливости - согласилась.
По пути они разговорились: Сайто выяснил, что Карин была великолепной футболисткой. А Карин узнала, что Сайто частенько её видел, когда она шла в больницу, но всё не решался подойти. Наконец, дойдя до больницы, они попрощались. Уже уходя, Сайто напоследок крикнул, что надеется на встречу завтра, в клубе.
На следующий вечер они, действительно, встретились на дискотеке. Народа было необычайно много. Танцевали долго, а когда пришло время идти домой, Сайто снова предложил проводить, и она не отказалась. Дойдя до её дома, парень, смущаясь, попросил у Куросаки номер телефона. Карин, немного подумав, дала ему номер. И после этого началось: переписки, звонки, прогулки. Через неделю Сайто предложил ей стать его девушкой. Карин согласилась, так как ей казалось, что ей нравится темноволосый парень.
Куросаки улыбнулась воспоминаниям. Тогда было хорошо. Они были вместе почти год, что для неё было не свойственно, ведь Карин ни с кем так долго не встречалась. Но, через мгновение, лицо девушки изменилось, оно стало злое и неприязненное. Карин вспомнила, почему так зла на Сайто. Причиной тому был один случай на этой неделе.
В последние время он ей начинал надоедать, его манера общения, ослиное упрямство. Возможно, это из-за непривычно долгого общения с одним парнем. Но это ещё цветочки, по сравнению с тем, что Карин увидела недавно. Однажды, после похода в больницу к отцу, девушка заметила недалеко от здания знакомый силуэт. Куросаки надеялась, что ошибается, потому что её парень стоял в обнимку с какой-то девушкой. Хотя, он её частенько раздражал, но мысль о том, что он мог ей изменить, была для неё весьма неприятной. Карин подошла поближе и поняла, что не ошиблась: это был Сайто. Девушка хотела подойти и врезать ему от души, но, подумав, не стала. «Хм, а так даже лучше. Быстрее с ним порву. Вот и причина!»- решила Куросаки и вошла в больницу. После того дня, Сайто вёл себя как обычно, как-будто ничего и не было. Такое поведение ещё больше злило Карин. Но девушка держала себя в руках, не хватало ещё на этого козла нервы тратить.
Из раздумий девушку вывел телефонный звонок. Трудно было не догадаться, кто это был. Карин долго не брала трубку, но затем, всё же ответила.
-Ну, наконец-то! Здравствуй, дорогая! Почему не отвечала на мои звонки и смс?- послышался в трубке звонкий голос.
-А ты не догадываешься?- сухо ответила Карин вопросом на вопрос.
-Давно ты знаешь?
-О, значит, ты давно гуляешь за моей спиной?- от спокойного тона и след простыл.
-Нет, постой. Я недавно…
-Недавно? Давай хоть сейчас не будешь меня обманывать! Если захотел расстаться, так сразу бы и сказал! К чему весь этот театр?- Куросаки злилась и не могла понять почему. Она же хотела расстаться с ним. «Я что…ревную? Бред!»
На другом конце провода воцарилось долгое молчание.
-Чего замолчал? Слов нет или язык проглотил?
-Ты ревнуешь,- по голосу было понятно, что парень такому факту рад.
-Что? А больше ты ничего не хочешь? Ты совсем спятил? - злости Карин не было предела.
-Погоди, послушай! Я тебе всё объясню.
-Ну, давай, начинай!
-Просто, в последнее время, ты как-то с неохотой со мной гуляла, разговаривала,- начал парень,
-Ну, я и подумал… может стоит тебя подразнить…
-Подразнить? Я тебе собака что ли?
-Нет, я в другом смысле, я хотел, чтобы ты заревновала!- повышая голос, сказал Сайто.
-Ну, молодец! Ты своего добился!- на несколько секунд Карин замолчала.- Мы расстаёмся! Я не хочу с тобой больше встречаться!
-Что? Это же шутка?- занервничал парень. Такого поворота он не ожидал.
-Нет, я серьёзно!- по голосу стало ясно, что Куросаки не шутит.
-Давай встретимся и…
-Нет!- отрезала Карин.- Я не хочу тебя видеть!
-Ладно, я дурак! Я перегнул палку…
-Верно!
-...но не надо делать поспешных выводов. Ты же знаешь, как я тебя люблю.
-Если бы любил, такого бы не устраивал!
-Я не хочу тебя потерять!
-Поздно! Раньше надо было думать!- тут Карин осеклась, знакомое чувство охватило с ног до головы. «Это Его реацу. Опять? Слишком часто Он спускается на грунт.
-Алло? Карин, не молчи!
-Прощай!- Карин раздраженно нажала сброс. В этот момент в дверь позвонили. Когда Куросаки открыла её - застыла на месте. На пороге дома стоял капитан 10 отряда.

Глава 3

- Тоширо?
- Карин, я прав? А Ичиго дома? (Ичиго, наконец, научился прятать свою реяцу.- прим. от автора)
- Его нет. Но, ты проходи, Ичи-нии скоро вернется.
Хитсугайя уже собирался отказаться, но передумал. Пропустив гостя вперед, Куросаки закрыла дверь.
- Может чаю?- предложила Карин
- Не откажусь.- Тоширо сел за стол и неожиданно для себя проговорил.- Ты изменилась…внешне.
- Ну конечно. Это у вас 5 лет проходят не заметно, а у нас они весьма видимы. Хотя… и ты немного повзрослел. - Заметила Карин,
«И больше не похож на первоклашку» внутренне улыбнувшись, подумала Карин, но вслух не сказала. Вспомнила его реакцию на такие вещи. Прошло столько лет, а она всё это помнила. Накрыв стол для чаепития, девушка поставила перед парнем чашку малинного чая и сама села за стол.
- А зачем тебе понадобился брат?
- Так…. Не важно.
- Не хочешь говорить – ну и не надо,- по-детски обиделась Карин.
- Тебе всё равно это не интересно.
- А может, будет интересно?
- Вряд ли. Тем более об этом запрещено разглашать, - отмазался капитан.
- Скажешь тоже.
- А вот что ты делаешь дома? Я думал, ты всё так же в футбол гоняешь с утра до вечера.
- Гоняю, но редко,- тихо ответила Карин, давая понять, что не хочет сейчас об этом говорить.
Тоширо намек понял и не стал лезть в душу, выпытывая причины. На кухне повисло молчание, но вскоре оно было прервано: прозвенел сотовой девушки. Карин посмотрела на дисплей и, нажав сброс, раздраженно подумала: «Достал уже! Когда он отстанет?»
- Карин?- вывел девушку из раздумий парень.- Всё в порядке?
- Нет, всё отлично!- ответила Куросаки всё так же стоя возле дивана с телефоном.- Тебе всё равно будет это не интересно,- передразнивая его, ответила Карин.
Капитан не ответил, вернувшись к вдумчивому поглощению чая, он о чём-то задумался. Из прихожей послышался звук, открывающейся входной двери.
- Я дома! О, так у нас гости!- бодро поприветствовал Ичиго.- А я тебя ищу повсюду, Тоширо.
- Для тебя капитан Хитсугайя!- Тоширо, как всегда, раздраженно поправил Ичиго.
Карин не стала дальше слушать и отправилась к себе в комнату, засунув телефон в карман.
Войдя в комнату, она плюхнулась на кровать «Так странно…столько лет прошло, а он почти не изменился…. Всё такой же холодный» - думала девушка. В раздумьях она провалялась до семи вечера, потом вернулись Юзу и папаша, и все начали ужинать. Не хватало лишь Ичиго, он он сказал, что пошел гулять. Карин не надо было объяснять, на какую ”прогулку” отправился её брат.

Глава 4

Утро. Новый день. Дорога в школу. Тишина. Но и ей приходит конец.
- Доброе утро, Карин.
Куросаки останавилась, и к ней подбежали две её подруги из класса.
- Доброе утро.
- Ты всё-таки это сделала! Я не могу поверить! – Юки бросилась с места в карьер, вперив любопытный взгляд в виновницу события.
- Ты уже знаешь? - удивилась Карин. «Надо же, так все уже узнали?»
- А то! Новости тут быстро разлетаются.
- Вы о чём? - не поняла Люси
- Так ты не знаешь? Карин бросила Сайто! – взбудоражено пояснила блондинка, чуть ли не подпрыгивая на месте от переполнявших её эмоций.
- Что?! - Люси изумленно распахнула глаза, неверяще рассматривая Карин, - Ну ты даешь, Карин-тян! Я бы не смогла бросить такого симпатягу!
- Этот ”симпатяга” меня достал! А ещё он такое устроил…- Куросаки вкратце изложила вчерашний разговор между нею и её экс-бойфрендом.
- Вот козёл! А с виду не скажешь, что мозгов не хватает, - возмущенно отреагировала брюнетка.
- С ума сойти! Нет, ну придумают же эти парни! – Юки лишь ошарашено хлопала глазами.
- Вот-вот. Ну и черт с ним.
Дальше подруги шли до школы, обсуждая парней и то, какие они придурки. День прошел как обычно, уроки, перемена, столовая…. Многие соклассницы Карин продолжали, то и дело, обсуждать тему по поводу её расставания на переменах. Наконец, уроки закончились, и Куросаки с облегчением поспешила домой. Пообедав дома, Карин решила прогуляться. Бездумно бредя по переплетениям полупустынных улиц, Куросаки и не заметила, как оказалась на холме, откуда лучше всего видно небо.
Девушка сидела на перилах, рассматривая золотисто-красное закатное небо и розовые облака, не спеша проплывающие над головой. «Он был прав, отсюда, действительно, открывается красивый вид…. И навевает воспоминания».
- Карин?
От неожиданности девушка вздрогнула, повернувшись, она увидела парня с небрежно растрепанными белоснежными волосами. Хитсугайя стоял на верхней ступеньке лестницы.
- Ты что тут делаешь? – хотя Тоширо и спросил это, но по тону парня было заметно, что он не удивлен этой встрече, казалось, он знал, что Карин здесь.
- Я шла домой. А каким ветром тебя занесло сюда?
- Вообще-то я тут частенько бываю. Раз ты идешь домой…я мог бы тебя проводить. Мне нужно поговорить с Ичиго, - замялся капитан, почему-то отводя в сторону свой взгляд.
- Я не против, - улыбнулась в ответ девушка.
Они долго шли, молча – никто из них не решался начать разговор. В голову никак не приходили темы для разговора, хотя так хотелось поговорить, пусть даже ни о чём.
- А ты надолго сюда спустился? - нарушила молчание девушка, первой фразой, пришедшей в голову.
- Что, я тебе уже так надоел?
- Нет, дело не в этом. Я просто спросила, - быстро проговорила девушка.
- Пока не закончу дела, - со вздохом ответил капитан.
- И в этих делах участвует брат, - после минутного молчания ответила Карин, рассматривая проплывающие над головой облака.
- Ну, вроде того. Это в его интересах тоже.
- Ясно, - с некой грустью ответила девушка. – Ну, вот мы и пришли. Зайдешь?
- Нет, я тут Ичиго подожду.
- Ну как хочешь, - после этих слов Карин зашла в дом. – Я дома. Ичиго, тебя Тоширо на крыльце ждёт.
- Ага, понял. Я сейчас вернусь, Юзу.
- Что-то случилось, Тоширо? – Ичиго недоуменно хмурил брови, разглядывая задумавшегося капитана.
- Нет, я просто зашёл напомнить тебе о завтрашней встрече. Не опоздай. Урахара не будет долго ждать.
- Ну…. я помню, - в непонимании ответил парень, - Ты уже говорил, и не раз. Тоширо, ты здоров?
- Я просто делаю своё дело! Ладно, я пошел. До завтра. - Тоширо рассеянно попрощался и направился в сторону магазина.
- Пока…
«Что-то с ним не то. В последние годы он сам не свой! А о последнем месяце я вообще промолчу».
Всё это время Карин стояла возле окна своей спальни и смотрела на парней, разговаривающих около крыльца, а точнее, на седовласого капитана.
Юная Куросаки уже знала, что неравнодушна к этому серьезному и холодному парню. Но она никому не раскроет свой секрет. Было трудно признаться в этом даже себе.
Карин проводила его взглядом, пока он не исчез из виду, и спустилась на кухню, ужинать.

0

8

Название: И красные розы цветут на снегу...
Автор: RaiMaoRen
Фэндом: Bleach
Персонажи: Тоши/Карин
Рейтинг: G
Жанры: Джен, Философия, Романтика
Предупреждения: OOC
Размер: Драббл
Статус: закончен
Музыка: Robert Plant - Alison Krauss - Trampled Rose

***
Ветер, наперегонки с твоим взглядом, ласкает багровые бутоны в свете угасающего солнца.
Там, откуда ты пришел, таких цветов не бывает.
Там, откуда ты пришел, живут забывшие о цветах.
***

***
Мгновение, тихий стон – на выдохе – и мир потускнел…
Всего
лишь один упущенный шанс, одна уязвимая точка – и в сознание врывается
такое знакомое ощущение металла, рассекающего твою плоть… Но сейчас все
по-новому: лезвие – тоньше, острее; боль – обжигает беспощадно, слепо;
слабость – разжимает пальцы, выпуская из рук ощущение силы.
Боль пронзает разум, сердце, душу – не оставляя шанса на надежду.

Туман застилает образы своих и чужих, оставляя лишь очертания отчаянного сражения, откуда ты ушел.

Тяжелый вдох – через силу, через боль, через кровь.
Пошатнулся – и все что позади осталось парить в неведении над городом, которого нет.
Падение – и взгляд безвольно утопает в небе, удивительно ясном и светлом сегодня.

Выдох-стон.
Шум ветра в ушах заслоняет все звуки.
Стремительное падение – и рука будто вытянута к небу, к свету, к жизни…

Кружась в едва ощутимых порывах ветра над тобой проносятся розовые лепестки, будто маня тебя своей свободой.

Голоса. Голоса, кричащие и шепчущие по-разному, но одно: твое имя.

А ты не отзываешься. Ты не слышишь, не чувствуешь и не желаешь.
Ты лишь любуешься бархатными осколками чьих-то сердец, гонимыми ветром в объятия заката.

Ветер. Закат. Розы. Непрошеные мысли.
Жизнь:
стремительная, как ветер, уносящий аромат розы; испытания и беды:
ранящие, зачастую, до крови, как острые шипы; любовь: нежная и
совершенная, как лепестки благородного цветка – мир так сложен и
одновременно так прост...

Ты слишком хорошо и слишком поздно понял этот мир.
Они
не замечают, но сторонний взгляд способен увидеть, как тысячи людей
связаны — словно красной нитью судьбы — множеством нежных лепестков,
овевающих своим ароматом их души и мысли.

Розы.
Всегда – любовь.
Розы.
Всегда – жизнь.
Розы.
Они везде в этом мире.

Цветок: притягивающий взгляд, пленяющий сердца – и этот цветок теперь расцветает рядом – кровавыми бутонами на твоем Снегу…

Самый отчаянный крик – твое имя из ее души.
Холодные пальцы на твоей щеке, и горячие капли – росой на розы.

Ты смотришь в ее пепельные глаза, полные боли, и понимаешь, что розы, правящие этой вселенной, овладели и тобой.
Это
– порядок, заведенный самим временем и он идеален. Настолько идеален,
что даже ты попал в его течение: оно увлекает, парит и меняет тебя в
себе, подчинив своим законам – самому суровому из них. Ты побежден и
пленен этим Миром, но вместе с тем одарен его мудростью: твердое сердце,
чья-то искренняя улыбка и всего одна роза – все, что нужно, чтобы
пройти даже путь из острых шипов.

Дрожащие пальцы, отчаянный шепот и горячие слезы – опаляют лицо.
«Глупая…» — еле слышно. Остатки сил, чтобы улыбнуться. — «…это пустяк».

Твоя Роза.
Плачет.
Твоя Роза.
Любит.
Твоя Роза.
Твоя Карин.

***
Ты снова поднимаешь глаза в небо.
Где-то там – место, откуда ты пришел.

В мире, в котором никто не любил розы, кто-то навсегда остался одиноким.

0

9

Название: Плач небес
Автор: HailyDark
Бета: Сама себе бета
Пейринг: Тоширо/Карин
Дисклеймер: Кубо Тайто
Жанр: Драма, романтика(?)
Рейтинг: G
Размер: Мини
Размещение: Запрещено
Статус: Окончен
Предупреждения: наверное ООС все-таки есть
От автора: Идея фика пришла ночью и писала я тоже ночью. Вот и вышел этот бред)))

Дождь... Мелкие капли тихо стучат по крышам домов, словно играя какую-то, известную лишь им, мелодию. И в этой таинственной музыке, по вечерним улицам города, шел, не замечая редких прохожих, невысокий парень с абсолютно седыми волосами. На его лице не отражалось ни одной эмоции, но его бирюзовые глаза были наполнены болью и грустью. Он ни на что не обращал внимание: ни куда идет, ни на странные взгляды, которые бросали на него люди, пока, неожиданно для себя, не остановился.
Подняв глаза, он увидел, что ноги привели его за город. Это место находилось неподалеку от реки, и отсюда хорошо просматривалось небо, правда сейчас скрытое за тучами.
- Навевает воспоминания... - произнес парень, откидывая голову назад и чувствуя, как холодные капли стекают по его лицу.
Это место очень важно для него... Ведь именно здесь он встретил Ее. Он хорошо помнит ее большие, цвета ночного неба, глаза, ее улыбку, когда она увидела как он поймал мяч, ее нахмуренные брови, когда он отказался играть с ними в футбол. Он так же помнит свою злость к старшеклассникам, из-за которых она поранилась и свое согласие участвовать в соревновании. Он еще не понимал, что двигало им тогда: от чего появлялось желание находиться рядом с ней, ловить ее улыбки, жадно вслушиваться в слова, которые она говорит своим чудесным голосом, стремление ее защищать... Только потеряв что-то мы ощущаем насколько оно дорого нам. И только потеряв ее, он понял что это за чувство. Любовь. Просто любовь.
Он никогда не верил в любовь с первого взгляда. Когда он слышал про нее, на его лице появлялась насмешка. Он считал эту любовь выдумкой для глупцов. Пока не встретил ее... Она перевернула все его взгляды на жизнь только одной своей улыбкой.
Но ее уже нет... Она мертва...
- Почему? - прошептал парень, - Почему судьба так несправедлива? - он уже почти кричал.
В ответ была тишина, нарушаемая лишь звуками разбивающихся о лужи капель.
- Почему? - снова шепот, - Ведь я даже не успел сказать что люблю тебя...
По его щеке скатилась слезинка, но тут же смешалась с дождем. Небо тоже оплакивало ту, что сумела растопить ледяное сердце.

0

10

Название: Алкоголь зло или все к лучшему
Автор: Kseo-chan
Бета: ВисеГор
Фэндом: Bleach
Персонажи: Карин, Тоширо, и все остальные
Рейтинг: R
Жанры: Гет, Романтика
Размер: планируется Миди
Статус: в процессе написания
Описание: Вечеринки даже с друзьями не всегда приводят к хорошим последствиям, а может быть это все к лучшему?!
Публикация на других ресурсах: Где угодно, но с этой шапкой и пришлите, пожалуйста, ссылку
Примечания автора: Я писала этот фанф по манге, аниме сюда даже не надо впутывать, поэтому у меня Карин и Тоширо не знают друг друга.

Глава первая. Сон.

«Сны… Это наше подсознание посылает нам то, что мы действительно хотим видеть».
Так было написано в одной книги по психологии, и именно это и вспомнила Карин, когда проснулась под утро. Она тихо осознавала, что точно она видела. Понимание, что сейчас раннее утро и что в доме все ещё спят, пока не закралось в её голову.
«Н-даа, приснится же такое, никогда его не забудешь!» — думала Карин, продолжая лежать в кровати. Решив убежать от ещё не ушедших из головы картинок в душ, она с вздохом поднялась с кровати.
Но даже вода не могла убрать красивое белое платье из её воспоминаний, а также мужскую спину в костюме, стоявшем перед алтарем. Она шла по проходу под руку со своим отцом, и ощущения ЕЁ свадьбы были даже очень реальными, более того она чувствовала, что очень счастлива, а человек стоящий перед священником был для неё самым дорогим и желанным. Карин осознавала, что безгранично и безмерно его любила и хотела бы навсегда защитить его от всего, что только есть в этом мире
плохого и опасного. Сон был, настолько ощущаем, что и любопытство было реальным. Ведь как бы сильно она не любила его, она не знала кто это! А так хотелось знать. Именно в тот момент, когда он повернулся, она вдруг резко проснулась от непонятных ощущений страха.
Ведь как бы ни было велико любопытство Карин, она боялась это знать. Поэтому её подсознание по быстрому «выпихнуло» её из сна и приказало не задумываться об этом. Но как обычно «мудрый глас логики и спокойствия» был проигнорирован, и закинут в дальний угол мозга.
А Карин в этот момент стояла под душем и тупо мокла, просто стояла в ступоре. А что вы хотите от восемнадцатилетней девчонки, которая учится в последнем классе старшей школы и совсем не думает, не то что о браке, а даже о парне?
«Ещё пара таких снов и мне пора заказывать лечебницу! В последнее время такой бред снится! Страшно спать становится».
Да, ей действительно снятся странные сны, часто снится, что она стала шинигами как брат и отец. Отец! Как она была рада видеть его улыбку и гордость за свою дочь во сне. Сейчас он в Обществе Душ, стал капитаном пятого отряда и очень редко появляется дома. Последний раз он был три месяца назад и то по заданию. Как же она по нему скучала, просто ужас.
«А раньше всегда хотела избавиться побыстрее, какая ирония!» — подумала Карин.
Она и Юзу уже давно узнали и Обществе и об своих прекрасных генах. Юзу со временем также хорошо стала видеть духов и пустых, как и сестра. После окончания решила поступать на медицинский и продолжить дело отца в их клинике. Стала встречаться с Джинтой, они часто заглядывали к Урахаре, так и познакомились. Для Карин он был хорошим другом. Также она подружилась с Йороучи, Ренджи, Икаку, Юмичикой и Рангику.
Хотя с последними троими общаться было опасно не столь для жизни, сколько для печени, поэтому Карин старалась обходить их стороной, если они появлялись здесь в праздники. Но, к сожалению, это не всегда удавалось, и Ичиго приходилось уносить свою пьяную сестренку. Также у Карин была ещё одна причина, по которой ей нельзя было пить: она становилась немного не управляемой и творила всё, что благополучно скрывал мозг, пока она была трезвой. Именно поэтому Ичиго частенько после переноса сестренки в дом Куросаки был в царапинах, укусах, синяках и ссадинах. Также она была знакома с Бьякуей, Сой Фонг, лейтенантами второго, четвертого и двенадцатого отрядов, а также с двумя из эспады: Гримджоу и Улькиоррой (Земля оказывается круглая!). Обо всех остальных она знала по рассказам.
Сестры также знали и о войне с Айзеном, и о том, что сделали их недалекие, во всех смыслах, родственнички. Вспоминая разговор с отцом и братом после всего этого бедлама, Карин вышла из ванной. Снизу на кухне был слышан шум – это означало, что Юзу уже начала готовить завтрак. Выйдя из ванной, она столкнулось с Ичиго, тот был весь всклоченный и не выспавшийся. А это значит, что он будет ворчать дольше и противнее обычного, и как обычно она попала точно в цель.
— А еще дольше не могла?! Я уж думал, что ты… — начал, было, он.
— Утонула там, — закончила за него Карин «как обычно предсказуем» и решила подразнить Ичи. — Знала, что ты под дверью стоишь, поэтому и сидела там так долго. Я ещё сжалилась, между прочим. Могла просидеть там ещё пол часика.
Ичиго как обычно взорвался и начал говорить все, что о ней думает, и как обычно часть, привирая, часть приукрашая. Но все-таки часть про буйно-помешанных пьяных идиоток, которые царапаются и кусаются, как ненормальные, ударили точно в цель. И судя по хитрой рожи братца, он знал куда бить. Как и ожидалась, Карин взорвалась. Ситуацию спасла Рукия, которая вышла из спальни Ичи и приказным тоном перебила новую тираду брата.
— Ты, хмуро-рыжее чудо, а ну хватит истерить и отстань от сестры. Учти у тебя всего пятнадцать минут на все.
И, конечно же, слова жены подействовали на Ичиго быстрее всего, получать пинок от любимой ни он, ни его пятая точка не хотели, поэтом в ванну он убежал, практически уходя в шунпо.
Проследив за ним взглядом, Рукия повернулась к Карин.
— Кстати, завтра Общество устраивает вечеринку, там наверно только главнокомандующего Ямомото не будет, а так все. Но не это важно, нас всех тоже пригласили, поэтому будь осторожна с Мацумото, ну и с остальными тоже аккуратней будь.
— Н-да, делема. И хочется, и колется. Попробую быть осторожнее.
— Ну-ну, только ты не забудь, что от Рангику не убежишь, а от пьяной даже не уползешь.
С таким напутствием Карин ушла к себе, но слова Рукии и ссора с братом отвлекла её от воспоминаний с отцом. Вскоре её позвала Юзу завтракать.
— Карин, а что ты сегодня будешь делать? – спросила Рукия.
— Не знаю, только об этом думала, сейчас последние дни каникул, заняться вообще нечем, всю фантазию уже исчерпала.
— Может быть, тогда ты пойдешь со мной и Юзу по магазинам. Мы хотим купить платья к вечеринке, да и тебе не помешало бы тоже.
— Да! Ты права, когда пойдем.
— Думаю чрез пару часов! Как все дела закончим.
— Хорошо, а я пойду пока во двор.

Глава вторая. Прогулка.

Карин не очень любила ходить по магазинам, но в компании самых близких людей это было довольно весело, хоть она и чувствовала себя как выжитый лимон, но была счастлива. Ведь именно благодаря ей они купили такие замечательные платья.
К пяти часам уставшие и голодные девушки зашли в любимый ресторанчик не далеко от их дома. Они были так голодны, что не произнесли ни слова, не считая заказа официанту, пока не доели все до последней крошки. За чаем, они стали обсуждать покупки и их сегодняшнюю прогулку.
— Знаете, никогда бы не подумала, что в этом не приметном магазинчике, такие модные и красивые вещи. – Сказала Рукия.
— Ага, — подхватила Юзу. – Я вообще удивилась, когда Карин потащила нас туда. На вид маленький, а внутри он очень большой. И там можно найти любые вещи, какие захочешь, да и цены очень даже приемлемые. И как ты его только увидела, сестричка, за всеми этими вывесками?
— Наверно потому что он как раз и неприметный. От всех этих гламурных и ярких вывесок, если честно тошнило. Я искала что-то простое и милое, что ли. – Задумавшись, произнесла Карин.
— Но я так рада, что мы туда зашли, это платье просто восхитительно – проговорила Рукия, и её глаза заблестели фанатичным блеском. Карин тихо вздохнула. Она, конечно, любила жену брата, да они и сблизились очень сильно, но её рисунков и одержимости кроликами не понимала и иногда даже боялась.
«Мне даже немного жаль Ичи-нии» — подумали Карин и Юзу одновременно, как-никак родственники.
Вы спросите причем тут Чаппи? Все очень просто, в магазине, в который всех затащила Карин, каждая нашла себе платье. И именно там, Рукия нашла красивое темно-синее платье простого покроя. На груди был вышит кролик, хотя если бы его не было, оно бы было не таким милым.
У Юзу же — это было бежевое платье с широким поясом, без бретелек, по краям лифа и подола шла красивая вязь, вышитая золотыми и коричневыми нитями.
С Карин все обстояло довольно серьезнее. Она не очень любила платья, да и одевала его один единственный раз – два года назад на свадьбу брата. После того как она увидела себя в платье, Карин прокляла эти вещи и сказала, что больше никогда не наденет ничего подобного. Почему? Все очень просто, в отличие от Юзу, которая к пятнадцати годам полностью сформировалась в физическом плане, Карин ещё в шестнадцать, хоть и была спортивной, но угловатой. Сейчас же она была великолепно сложена округлые формы, тонкая талия, длинные ноги. Лицо не уступало молодому телу. Пухлые губы, аккуратный носик, большие и глубокие глаза. Волосы падали тяжелой и красивой волной почти до пояса.
«А я, оказывается, могу быть привлекательной!» — думала Карин. Как уже говорилось, личная жизнь и парни не были для неё приоритетом, поэтому она даже не замечала, как на неё смотрят парни из её класса и футбольного клуба.
Несмотря ни на что было выбрано платье и для Карин, точнее она сама выбрала его. Девушка боялась довериться этим двум «гарпиям гламура» — как про себя назвала их Карин. Но она выбрала довольно милое и красивое платье. Светло серого цвета, на ладонь выше колена, на тоненьких лямочках, под грудь, где шла черная атласная лента. Оно было до того простым, что вызывало восхищение всех. Даже продавец был удивлен такой находкой в собственном магазине. Потом они пошли за обувью и украшениями и, в конце концов, оказались в этом ресторанчике.
— Ох, я забыла, мне же надо зайти к Урохаре и забрать последние присланные вещи – вдруг вспомнила Рукия.
— Я пойду с тобой, все равно мы сегодня хотели встретиться с Джинтой. – Сказала Юзу. – Сестренка ты с нами?
— Нет, я наверно домой, а потом прогуляюсь по парку. Давайте сюда пакеты, я их унесу домой.
— Ты уверена?
— Да! Рукия, тут до дома-то всего ничего.
— Ну ладно, сестренка, не скучай! – Крикнула на прощанье Юзу, махнув рукой.
— Пока!
Дойдя до дома, Карин положила все пакеты, кроме своих, в гостиной и поднялась в свою комнату. Быстро приняв душ, смыв всю последнюю усталость от магазинов, на ходу делая высокий хвост, она подошла к шкафу. Постояв перед ним минут пять, решила одеть для прогулки короткие шортики серого цвета и черную майку, ведь на улице было жарковато, но девушка решила захватить короткий камзол, потому что через час другой станет прохладно.
Захватив с собой МР3-плеер, она пошла гулять по городу. Изначально она хотела пойти в парк, но после решила обойти его, а потом погулять в нем самом. Радуясь, что взяла с собой куртку, она быстро её надела. В такую погоду у Карин всегда мерзли руки и шея, а вот ноги мерзли очень редко.
Идя по парку, она поняла, что очень сильно хочет сесть, увидев в шестидесяти метрах от неё скамейку, она, было, отправилась к ней, но тут ей стало плохо. Голова кружилось, её начало немного подташнивать, а сознание потихоньку ускользало. «Здесь был пустой! – Подумала девушка, держась из последних сил. — Его уже нет, но духовая сила его была настолько большой, что даже до сих пор давит на меня» Последнее, что она запомнила, был приближающийся асфальт и крепкие руки на талии.

Глава третья. Встреча.

Очнулась Карин быстро, от того что кто-то положил её на холодную поверхность скамейки и убрал со лба волосы. Но открывать глаза она как-то не спешила, не приятный осадок от реяцу ещё не прошел, и она потихоньку восстанавливала дыхание.
Решив, что валятся бревном, дольше не имеет смысла, Карин открыла глаза. Посмотрев вверх, увидела закатное небо. «Скоро станет совсем темно» — быстро подумала она. Повернув голову, девушка увидела спину парня, который стоял и просто смотрел на небо. «Что ж мне так на спины везет? – подумала Карин, вспоминая свой сон, — а кстати, спинка-то похожа, блин, не туда мысли повело».
Почувствовав её взгляд, он обернулся. Вихры седых волос, бирюзовые глаза, безразличное и немного холодное выражение лица. «Мне кажется, или я его где-то встречала. Ух, как же голова болит. Давно у меня приступов не было!»
— Ты в порядке? – спросил парень. – Ты чуть не упала, я вовремя успел тебя подхватить.
— Да, спасибо. Со мной все в порядке, правда немного голова кружится, но это пройдет минут через пять максимум.
— Хорошо, тогда я, наверное, пойду, у меня есть еще дела.
И тут в подтверждение его слов у него запищал мобильник, Карин хотела что-то добавить, но её мобильник тоже стал надрываться.
— Карин, ты где? Ты знаешь, сколько сейчас времени? Я вообще-то беспокоюсь. – Орал динамик голосом сестры в тридцати сантиметрах от уха.
— Юзу, пожалуйста не кричи ты так, голова сейчас взорвется. Я скоро буду дома – а про себя добавила «надеюсь».
— Хорошо, но приходи скорее. Я без тебя ужинать не сяду и им не дам!
— Ладно, иду-иду.
«Иногда это реально бесит» — думала Карин.
Через полчаса с горем пополам она, наконец, добралась до дома. Зайдя домой первое что она увидела – офигевший вид брата.
— Что случилось? У тебя вид хуже, чем у утопленницы. – Брат хоть и делал хмурый вид, но было видно, что беспокоится.
— Да, в парке реяцу пустого почувствовала, и стало плохо. – Сползая по стеночке, сказала Карин.
— Снова? Ведь твои приступы прекратились примерно полтора года назад. Неужели повторяется. – Забеспокоилась Рукия.
— Нет, просто его духовая сила было очень огромной для меня, после пробежки целого дня по магазином, да ещё и спала плохо. – Тихо прошелестела девушка. – Мне просто надо поесть и выспаться, завтра все будет в порядке. Не волнуйся, братик.
— Хорошо, но если завтра ты будешь чувствовать себя плохо, ты никуда не пойдешь. Поняла?
— Если завтра моё самочувствие не улучшится, то я сама не захочу идти туда, где будет пьяная Мацумото. Я ж от неё живой не уйду. Уж лучше дома повалятся, чем отдавать себя на растерзание этой… — дальше было немного сложно подобрать слова.
— Отлично. А сейчас иди ешь и спать. – Произнес брат и совсем тихо добавил, так, что его слышала только Рукия. – Не заставляй меня волноваться о тебе еще больше, сестренка.
— Не волнуйся, она сильная. Вспомни, чья она дочь и сестра и перестать себя терзать. – Успокоила Ичиго Рукия.
— Я помню. И именно поэтому, я очень сильно волнуюсь. Может отец и умный человек (хотя с этим можно поспорить), но я-то безбашенный во всех смыслах этого слова и сферах деятельности.
— Да ты прав, но за это я тебя и люблю! – и, поцеловав мужа, она пошла в кухню.
— Да, живя с одними женщинами, становишься более мягким, что ли. Может стоить завести детей, наконец. – Пробормотал Ичи и, услышав разговоры о сегодняшних покупках, добавил – если да, то у меня будут, только сыновья! – и поплелся на кухню.

Глава четвертая. Вечер, ночь, утро.

Вечер прошел быстро, ну для Карин во всяком случае. Ела она, не спеша, и слушала веселую болтовню Юзу.
— Братик, а где будет проходить вечеринка. Джинта молчал хуже партизана, так ничего и не сказал.
— Я конечно готов сказать, если меня только не убьют. – Сказал Ичи, осторожно косясь на жену.
— Да говори уже, — вздохнула та.
— Я всего, конечно, не знаю, но они как-то умудрились заказать банкетный зал в отеле нашего города. Скорее всего, ходили эти трое пьяницы. От них ведь не убежишь и не скроешься! – заметил Ичиго.
Девушки представили, как это могло выглядеть, и чуть и не рассмеялись в голос: мужская часть персонала не сводит жадных глаз с Мацумото, женская с Юмичики. И все дружно боятся Мадараме.
— Ого, далековато тебе потом обратно меня тащить, братец, — заметила Карин.
— Обломайся! – и под удивленные взгляды сестер добавил, — они ещё пол отеля сняли, поэтому ночуем там.
— Зашибись, твои страдания будут уменьшены.
— Кто знает, может быть их вообще не будет.
— Почему? – девушек задали вопрос.
— Тебя отец донесет. Пусть он с тобой хоть раз помучается!
— Ну, ты совсем отца не жалеешь – заметила Рукия, пытаясь сдержать смех.
— Так вот какого вы обо мне мнения оказывается, совсем не любите, — деланно обиделась Карин.
— Да, ладно сестренка, не обижайся. – Но Юзу сразу же стало немного серьёзнее. – Не нравится мне твой вид, так что иди-ка ты спать.
— Ладно, спокойной ночи!
— Споки ноки, сестренка.
— Приятных снов.
«Приятные сны? Это было бы не плохо. Главное что бы ничего шинигамского и свадебного не приснилось!» К её огромному сожалению приснилось и то, и другое. Ну, почти. Этот сон отличался тем, что Карин видела себя со стороны. Она сидела в форме шинигами под деревом в незнакомом месте, вокруг были дома и стены из белого камня. Она знала, что не одна, кто-то обнимал её сзади, тихо качая в руках и шепча простые бессмысленные, но нужные слова. Карин не видела лица, оно было размыто, да и саму фигуру скрывала тень от дерева. Но девушка знала, что это был тот, кто спасал её в прошлых снах, тот, кто ждал её перед алтарем. Такой родной, нежный, безгранично любимый и незнакомый одновременно.
«Кто же ты?»
Ей хотелось кричать, знать, увидеть, ощутить его. Сейчас она завидовала себе той, что счастлива, улыбалась ему. Она видела, как её лицо во сне изменилось, сначала удивление и потрясение, потом нежность и радость. Увидев блеск на пальце, она поняла, что означали эмоции Карин «из сна».
«Это было предложение. Он сделал мне предложение…»
Да кто же ты такой??!! – последнюю фразу она вскричала и поняла, что лежит в своей кровати. А по щекам текут слезы. Слезы отчаянья – от неизвестности, и слезы радости: «Он сказал, что любит. Сказал, что будет защищать. Сделал предложение. Но КТО?
Карин посмотрела на часы, они показывали только начало третьего ночи. По-быстрому сходив на кухню и выпив сока, она поднялась обратно в комнату. Подошла к окну и тихо произнесла:
— Кто же ты? Я так хочу это знать!
Как только она снова легла в кровать, Карин уснула мертвым сном, и ей уже больше ничего не снилось.
Утро выдалось солнечным и хорошим. Проснувшись в десять, девушка поняла, что она просто великолепно себя чувствует.
— Давно я так не высыпалась – сказала Карин сама себе. Даже последствия сна не очень сильно на неё повлияли, и настроение было вполне хорошим.
Сходив по-быстрому в душ, она спустилась вниз. Там была только Юзу.
— А где все? – удивленно спросила Карин, оглядывая кухню.
— Рано утром пришла Ран-тян и забрала Рукию, сказала, что вернёт её позже, наверное, к обеду.
— А Ичи-нии?
— За ним пришел Ренджи, Икаку и Юмичики. Утащили гулять по городу, а чуть позже встречать капитанов и всех остальных кто еще не приехал.
— Ясно, — сказала Карин, удивляясь, как эти четверо её не разбудили, и жалобно попросила. – Юзу, покорми меня!!!
-Конечно, покормлю, куда я денусь.
— Спасибо, сестричка, ты просто супер, я тебя люблю.
Рукия, как и предполагалось, вернулось к обеду, а Ичиго за три часа до вечеринки. У него был очень странный вид: Ухмыляющийся и уставший одновременно.
— Ичи-нии, я могу понять, почему ты устал. Но почему у тебя такой ехидный вид? – Мило спросила его Карин.
— Мне кстати тоже интересно – тут же вставила Рукия.
— И то, и другое у меня из-за Ренджи. Мы сегодня до того как пойти встречать капитанов ходили кругами, практически вокруг дома Арисавы. А после встречи с капитанами вокруг секции карате, где занимается все та же госпожа Арисава. – Удовлетворенно вытянулся на диване, Ичиго засмеялся и добавил. – Самое смешное, что Тацке сама ходит то около магазина Урохары, то вокруг поляны, на которую часто ходит Абарай.
— Да, они ведут себя, как дети, — заметила Рукия. А Карин подумала, что эти двое вообще жили несколько лет в одной комнате, но «тупили» до самого конца.

Глава пятая. Вторая встреча.

К семи часам вечера почти все были готовы. Девушки одевались долго, и Ичиго уже стал жалеть, что так рано переоделся в костюм. Но был рад, что решил не одевать галстук. Вдруг он услышал шаги на лестнице. По ней спускалась красивая черноволосая девушка в легком сером платье, в руках у неё была красивая черная кофта.
— К-к-карин???!!! – Кое-как выговорил Ичи.
— Братик, не делай такое выражение лица, — вмешалась Юзу.
— Действительно. – Подхватила Рукия. — Твоя сестра девушка и имеет право выглядеть красиво! Или ты так не считаешь?
-Да, нет. Просто видеть Карин в платье – это чудо.
— Спасибо. Ты обо мне очень хорошего мнения, братец. – С иронией заметила девушка.
— Ладно, не стой столбом. – Стала подгонять мужа Рукия. — Мы уже опаздываем.
Но они успели как раз вовремя. Здесь были все: бывшие и действующие шинигами, бывшие одноклассники Ичи, которые были посвящены в тайну, двое Шиба, вайзарды и даже кое-кто из Эспады. Карин удивленно оглядывалась, примечая самые интересные моменты. Вот Ишида, косясь в сторону Маюри, тихо беседует с Нему, как будто промежду прочим. Чад разговаривает с капитанами Кьераку и Укитаке, от этого зрелища Карин призадумалась. Ну что может быть общего между ними? Ренджи стоял в уголке и тихо пил сок, косясь на Тацке, которая спокойно разговаривала с Орихиме, на другом конце зала. Рядом с Иноуэ стоял Кватро Эспады. На его лице было написано безразличие, но руки по-хозяйски лежали на талии спутницы. Гримджоу наоборот смеялся на весь зал, стоя рядом с Икаку, Юмичики и Кейго. Шухей и Кира пытались удержать Гина, который хотел убить каждого кто заходил в зал. Причина проста: всех встречала Мацумото, а это означало крепкие объятья. Рангику просто душила людей в своих… ээм, ну вы поняли. Ревность штука страшная. Рукия и Ичиго пошли поздороваться с Бьякуей, который стоял вместе с Сой Фонг. А Юзу высматривала Джинту.
— Юзу, если ты ищешь своего парня, то он уже пять минут как за твоей спиной! – Подколола сестру Карин, и кое-как сдержала смех, когда увидела её лицо.
— Привет! – Поздоровался парень. – Карин, я украду у тебя Юзу.
— Да, конечно. Только где Урохара?
— Он должен быть в том конце зала, вместе с Йороучи-сан и Тесаем. – Махнув в неопределенном направлении парень.
Поблагодарив Джинту, она направилась искать хозяина магазина. Карин хотела узнать, почему её приступы снова начали проявляться. Она чувствовала себя свободным человеком целых полтора года, а теперь все началось заново. Наконец, цель была достигнута.
— Урохара-сан, Урохара-сан. – Вскрикнула девушка так, что обратила на себя внимание половины части зала, особенно молодых людей. – Здравствуйте, Урохара-сан, Йороучи-сан, Тесай.
— Ооо, Карин-тян, приятно тебя видеть, ты так изменилась, — сказал бывший капитан двенадцатого отряда, пряча своё лицо за веером. «Блин, а он мог хотя бы сегодня его засунуть куда подальше? Или это типа его зампакто и он без него никуда?» — Думала про себя девушка.
— Простите, вам что-то не нравилось в моем прежнем облике, — как можно более сдержано и спокойно сказала девушка, выдавливая из себя дружественную улыбку. Правда, увидев этот оскал Урохара как-то сразу поплохело, особенно вспомнив чья она дочь и сестра. Решив не доводить её до бешенства, он спросил зачем она его искала. Рассказав все, что с ней произошло, Карин стала ждать своего приговора.
— Карин-тян, а больше ничего странного с тобой не происходило? – Вдруг спросил он.
— Да нет, только если не считать сны. – И увидев вопрошающий взгляд, стала пояснять. — Мне снится полный бред, такое в жизни, особенно в моей быть не может, но в тоже время все настолько реально и такое чувство, что это может произойти в моей жизни на самом деле. Но это же только сон.
— А что именно тебе снится? – спросили Йороучи и Урохара в один голос.
— Очень часто я вижу одного человека, но если быть честной я не вижу его лица. Я видела свою свадьбу с этим человеком. Ещё я видела, что я шинигами, но когда доходило до шикая, то я просыпалась.
— Это все? – Задумчиво спросил продавец.
— Да, хотя… Еще я видела, правда мельком, мужчину и женщину. Я никогда не встречала похожих на них людей, более того я не уверена, что они люди. Но для меня они были такими родными и нужными, как будто часть меня самой, часть моей души.
Сказав все это, Карин замерла. А ведь действительно. Когда девушка видела эту пару месяц назад, она не могла сказать, что за чувства ей овладевали. И только сейчас Карин смогла полностью сформулировать свою и без того безумную мысль.
— Интересно! Какая вы все-таки замечательная семья, — сказал Урохара и, увидев, что Карин хочет задать вопрос, опередил её. – Я точно не знаю, что все это значит, но попробую выяснить. Как только я узнаю, сразу же скажу тебе.
Девушка хотела, что-то добавить, но в зал ворвался темноволосый мужчина на огромной скорости и чуть сам не задушил в своих объятиях Мацумото. От этого из ушей Ичимару, только дым не пошел. Радуясь словно ребенок, темноволосый продолжал и дальше здороваться со всеми таким же способом, пока не наткнулся на своего единственного сына, за что и получил с ноги в челюсть. Годами отработанная привычка взяла вверх над здравым смыслом и этикетом. Ишин упал рядом с подошедшими дочками. Юзу сразу же стала щебетать вокруг отца, а Карин лишь только усмехнулась.
— Даа, бородач, и как я только могла скучать по тебе? – Сама у себя спросила девушка.
— К-к-карин? Доченька? – Удивился Куросаки-старший, и осторожно добавил. – Это ты?
У девушки уже начал дергаться левые глаз и бровь, Ичи, увидев это, мысленно приготовился к скандалу. Но сестра удивила его и тут. Нет, тирада после всего этого последовала, но только она была, почти тет-а-тет между отцом и дочерью. Схватив отца за шкирку (и откуда только силы) потащила его в угол комнаты, при этом шипя на ходу как разъяренная кошка. Выяснив отношения с отцом и приказав ему не делать «морду чемоданчиком» она вернулась к остальным.
За время её отсутствия в зал пришел еще один человек, точнее парень. Он разговаривал с Ичиго. Брат говорил что-то о «мелких» и «недомерках», чем походу вызывал не совсем хорошую реакцию юноши. Подойдя к ним, Карин перебила брата.
— Ичи-нии, — но взгляд упал на его собеседника. Пепельные волосы, сине-зеленные глаза, безразличное выражение лица…
-ТЫ?! – одновременно вскрикнули они

0

11

Глава шестая. Вечеринка.

— Вы знакомы? – Озадачено спросила Рангику, переводя взгляд с одного на другого.
— Нет, — сказала Карин, и ей показалось, что в глазах пепельноволосого отразилось удивление. – Мы не знакомы. Но он помог мне вчера в парке, когда я чуть не упала.
— А говоришь — не знакомы.
— Ну, я же не знаю его имени. Для меня знакомый — это не тот человек, которого я видела один раз в жизни! Я тогда с одной половиной города знакома, а с другой мы просто лучшие друзья. – Взорвалась Карин.
— Два. – Возразил Ичи.
— Что «два»? — не поняла девушка.
— Вы должны были видеться два раза. – И под удивленный взгляд, добавил. – Вы встречались на моей свадьбе. Правда, когда я представлял вам с Юзу капитанов, ты пыталась отбиться от Мацумото, поэтому тебя хватило только до пятого отряда. А Хицугая капитан десятого.
— Капитан!?!? – Громко сказала Карин: «А я-то думала, что меня уже ничем не удивить. И как он им стал, на вид этот капитан, чуть старше меня».
— Да, я капитан десятого отряда, Хицугая Тоширо. – По выражению его лица было понятно, что он понял, о чем думает девушка.
— Куросаки Карин, приятно познакомиться, — наконец проговорила та.
— Карин, ты что-то хотела спросить? – Подал голос брат.
— Да, я хотела кое о чем попросить. – И отведя его подальше, сказала, — проследи за мной, что бы я ничего не брала из рук Мацумото или Икаку, или Юмичики. Боюсь они что-то придумали. – И услышав за спиной излияния на тему: «Мои дочери так подросли!», добавила. – И не подпускай ко мне этого идиота.
— Знаешь, если с первым, я тебе худо-бедно помогу, то со вторым будет сложнее. Мне самому от него тикать надо будет.
— Что ж за жизнь-то такая! Если не везет, то во всем и сразу. – Чуть ли не переходя на крик, сказала Карин.
-Держись, еще часов пять и ты свободна, — «обрадовала» её подошедшая Рукия, смотря куда-то в сторону. – Я, конечно, не особо волнуюсь, но ваш отец находится рядом со скучающим Зараки. Хотите остановить этого «со всеми обнимающегося» идиота, то вперед и с песней. Или вам подавай «Хлеба и зрелища»? — ехидно спросила она.
Тихо матерясь на ходу, Ичи побежал к отцу, который находился в опасной близости к Кенпачи. Он больше волновался не за него, а за половину отеля, которая в пылу схватки могла исчезнуть с лица земли.
Взгляд капитана одиннадцатого отряда был направлен в другую сторону, поэтому он не видел ни радостного Ишина, ни взволнованного Ичиго. Ситуацию, как ни странно, спас Киске. Он подошел вместе с Йороучи и Тесаем к Куросаки-старшему. Увидев бывшего капитана второго отряда, к ним присоединились Сой Фонг и Кучики, потом еще пара человек. Увидев, что ситуация более или менее разрулилась, Ичи остановился, подумал и решил вернуться к жене и сестре. Находится рядом с отцом и Зараки, было опасно: в первом случае морально, во втором физически.
«Что б я ещё хоть раз согласился на такое! Пусть мне кто-нибудь врежет, прежде чем я скажу да», — думал Ичиго, проклиная все на свете. Но на самом деле все было даже очень весело.
Вскоре объявили белый танец. Рангику ходила между людьми и заставляла их танцевать. Идя вдоль стен, Карин смотрела на танцующие пары. Сой Фонг и Бьякуя, Урохара и Йороучи, Рукия и Ичиго, Орихиме и Улькиора – эти пары были самыми красивыми. Арисава и Абарай топтались у края площадке. Ренджи довольно-таки оригинально пригласил Тацки на танец. Столкнувшись с ней, он сказал, что обязан загладить свою вину, и сейчас с благородным видом отдавливал ей ноги. Недалеко от них последний квинси и Нему танцевали под пристальным взглядом Маюри.
Облокотившись о стену и повернув голову на голоса, она увидела Тоширо. Рядом с ним стояла девушка с черными волосами.
— Широ-тян, пожалуйста! Ну, ты же можешь!!! – Она о чем-то просила молодого капитана.
— Хинамори! Я не буду учить тебя танцевать. И не называй меня Широ-тян! – раздраженно отвечал тот. – Пусть тебя Кира учит.
— Он не может, сидит со своим капитаном! – Презрительно ответила девушка.
Тут, как по мановению волшебной палочки, появилась та, кого Карин опасалась больше всего в этот вечер. Приблизившись походкой кошки, Мацумото сладко спросила, что они тут стоят.
— Широ-тян не хочет со мной танцевать, — пожаловалась Хинамори.
— Капитан! Вы должны быть джентльменом. – И оказавшись рядом со своим капитаном, стала подталкивать его к девушке. – Давайте же вы так хорошо танцуете, не сопротивляйтесь.
— Хиномори нужно сначала научить танцевать. Иди лучше к Гину, тогда Кира освободится и Момо сможет потанцевать. – Сердито сказал Хицугая. «Лучше бы она к отчетам такое рвение проявляла».
— То есть капитан, вы хотите сказать, что будете танцевать только с той девушкой, которая это умеет? – спросила лейтенант десятого отряда и, получив положительный ответ, стала оглядываться. Увидев в семи метрах от себя практически отползающую девушку, она тут же к ней подскочила. – Карин-тян, а ты умеешь танцевать?
Да, — испугано ответила та. Карин не слышала конец их разговора, поэтому не догадывалась, что её ждет, в отличие от Тоширо. Тот сразу понял, что к чему, но убежать не успел. В его объятья быстро впихнули ничего не понимающую девушку и отправили танцевать.
— Так с одними разобрались, осталась ты Момо-тян, — довольная собой протянула Мацумото и, взяв девушку за руку, увлекла в другой конец зала.
На удивление Тоширо Карин очень хорошо двигалась. Спросив её, где она научилась так танцевать, девушка рассмеялась.
— Это было два года назад, перед свадьбой Ичи-нии, — стала пояснять та. – Рукия сказала, что он должен после церемонии подарить ей вальс, поэтому брат быстро нашел репетитора. Его учения начались как раз вместе с моими каникулами. Мне было нечего делать: секция закрыта, друзья все разъехались, отец в Обществе, Юзу занята по дому или с Джинтой; вот я и решила пойти с ним. Сначала это было… — запнувшись, она снова рассмеялась. – Я даже слов подобрать не могу, но я очень долго смеялась. В конце концов, Ичи не выдержал и сказал, что бы я перестала смеяться, и сама бы попробовала. Ну и я попробовала. Как оказалась очень даже удачно. Учитель оказался очень даже прямолинейным, — на этих словах девушка нахмурила брови, — и сказал, что, не смотря на мою угловатую фигуру, я обладаю хорошей грацией и чувством такта.
— Если честно, то я не ожидал от вашей семьи такого, не беря в расчет твоей сестры, — задумчиво произнес Тоширо. Говоря это, он смотрел в сторону танцующих пар. Проследив за его взглядом, девушка увидела Ичиго с Рукией, Юзу с Джинтой и Ишина с Уноханой. Капитан четвертого отряда танцевала просто потрясающе. Из задумчивости её вернул голос Тоширо, — а вы только вальс учили?
— Нет, еще танго. Вальс вообще-то самый легкий танец, но танго мы освоили быстрее. Ичи-нии просто потрясающе его танцует.
И тут как по заказу, Мацумото сказала, что следующий танец танго. Большинство пар ушло, но Карин решила не отпускать ледяного капитана. Удивившись своей собственной наглости, девушка удержала его за руку. Оказалось не зря.
« Какой дурак назвал его «ледяным капитаном», это же не правда», — думала Карин. От быстрого темпа танца ей захотелось пить. После его окончания она подошла к столикам, ей кто-то предложил стакан воды. Взяв его в руки и выпив содержимое залпом, она осознала, что этот кто-то Мацумото и жидкость на воду очень мало похоже.
«Идиотка, я попала!!!» И это была последняя трезвая мысль на сегодня.

Глава седьмая. Пробуждение.

«Куросаки Карин, вы прошли испытания. Вы признаны действующим шинигами. И вскоре вас зачислят в один из отрядов. – Говорил какой-то старик. Вокруг него стояли все офицеры Готея-13 и смотрели на девушку».
Странный сон, очень странный. – Прошептала Карин с закрытыми глазами. Она только что проснулась и поняла, что у неё практически ничего не болит. Вспоминая вчерашний вечер, она поняла сразу несколько вещей: 1) Ей кто-то сопит в затылок, зарывшись в её волосы; 2)Её голова лежит на чьей-то руке, на её талии другая рука; 3) Руки точно мужские; 4) !Самое главное! Она обнажена. Открыв глаза и повернувшись со скоростью молнии, она увидела спящего Тоширо.
«Мама! Неужели я все это вчера делала!?!?!», — Карин хотелась орать, так как воспоминания хлынули волной в её голову. Быстро подобрав вещи, она убежала в ванную. Вчера после первого стакана мозг и сознание помахали ей ручкой и сказали, что увидятся с ней утром или, в крайнем случае, в обед.
«Я примерно догадывалась, что поговорка «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке», действительно правда. Но чтобы ещё и в действиях. А я оказывается, неплохо пою! Блиииин! Я ж споила с Мацумото половину народа, включая Тоширо. И как это только получилось! Похоже, тем же способом что и меня: тупо подменили стаканы. Твою мать! Я же первая начала к нему приставать! А он, кстати, далеко не замороженный, как его назвала Мацумото. Даже очень далеко! Аааа, не о том думаю!» Вслед за воспоминаниями вечеринки, пришли воспоминания ночи. От этого у Карин голова пошла кругом, и щеки запылали алым цветом. «Я даже от себя такого не ожидала! Всю рубашку ему порвала, пуговиц вообще теперь не найти! Боже, никогда так стыдно не было. Да я в принципе никогда смущения не испытывала. Я ему не то что в глаза посмотреть не смогу, а вообще в лицо». Проведя под душем полчаса, девушка переоделась в свои вещи. К её удивлению платье было целым, только замок теперь плохо работал.
Выйдя из ванной, Карин увидела, что Тоширо стоит у окна в одних брюках. То, что когда-то было рубашкой, валялось в углу комнаты. Услышав шаги и хлопок двери, он обернулся. Карин не могла смотреть на него, но осознав, что в ней зарождается страх, вскинула голову. Первым тишину нарушил капитан десятого отряда.
— Я кажется, вчера слишком много выпил, — наконец сказал он.
— Прости! Это моя вина. Мне вообще пить вредно, я себя плохо контролирую тогда. — Прошелестела девушка, — я правда не хотела так поступать… — дальше Карин полностью смешалась и замолчала. Но её очень задело то, что он говорит безразличным голосом. «Он что вообще ничего не чувствует? Не то, что ночью», – с обидой подумала она.
— Карин, нам надо пого… — но его перебил звонок. Это звонил телефон Карин.
— Да, Ичи. Я где-то в отеле, точно не скажу, а что? Да, я поняла, сейчас спущусь. – Нажав на сброс, она обратилась к парню, — прости, меня ждут. Пока! – уже на бегу говорила девушка. Карин чувствовала обиду и облегчение одинаково сильно. Обида из-за того что Тоширо безразличен к ней, а радость из-за того, что он ничего не успел сказать. «Противоречивые чувства, однако. Давно со мной такого не было. Точнее со мной такого НИКОГДА не было», — думала девушка. Спустившись вниз, Карин увидела свою семью почти в полном составе. Подойдя к ним, она поздоровалась.
— Доброе утро, сестренка! – Сказала Юзу. – Ты вчера такое творила!
— Давайте не будем об этом вспоминать. – Быстро перебила её Карин.
Тут в разговор вмешался Ичи.
— Хорошо! Но вчера ты исчезла также быстро, как и напилась. Мы пошли тебя искать, — девушка начала покрываться холодным потом, — но передумали и разошлись по номерам. – Облегченный и тихий выдох. – Так, где ты была?
— Да так. Плохо было после выпитого, поэтому завалилась в свободный номер и уснула. Я даже в пьяном состоянии помнила, что весь второй этаж был снят.
— Ну, тогда ладно, — протянул брат. – Кстати сегодня весь персонал говорил, что вчера какая-то парочка добираясь до номера, снесла половину мебели в коридорах. Интересно кто это был?
— Да какая разница? – нервно сказала Карин, она-то знала, О КОМ они говорили, и помнила, КАК они с Тоширо добирались до номера. – Может быть домой?
— Да поехали, а то они ещё захотят «продолжение банкета»! – поддержала её Рукия, кивая в сторону группы Х. Это были Икаку, Юмичика, Шухей и Кира, к ним спешили капитаны восьмого и тринадцатого отрядов.
Идя к выходу, Карин обернулась и «натолкнулась» на холодный взгляд Хицугаи. Придав лицу безразличное выражение и повернув к выходу, она вышла из здания. Подъезжая к дому, девушка вспомнила, что через два дня у неё заканчиваются каникулы. Впервые за долгое время, она была безумна рада тому, что каникулы заканчиваются. «Хоть смогу не думать о прошедшей вечеринке, наверное!» — размышляла «неудавшаяся пьяница».
Поднявшись в свою комнату, она упала на кровать и не заметила, как уснула. Ей приснилась та самая пара: мужчина и женщина. Они держались за руки и смотрели на неё. Их взгляды были одинаковыми и разными в одно и то же время. ОН смотрел с грустью, радостью и вроде бы немного недоверчиво. А ОНА смотрела так… Так на неё смотрел только мама, когда-то давно, в детстве. И у обоих в глазах надежда.
— Ты должна найти нас, поверить в нас, узнать нас, полюбить нас, услышать нас, — говорила женщина. Её голос тоже напоминал мамин.
— Ты наша Надежда. Без тебя мы умрем. Нам дан шанс возродится снова, но на этот раз вместе, с одной судьбой, — продолжил мужчина. Чуть хрипловатый, внушающий уважение и веру в себя, голос.
— НАЙДИ НАС… – прогремели голоса в унисон, и… Карин проснулась.
— Что за черт! Меня до сих пор трясет, — прошептала девушка. Взглянув на часы, она поняла, что проспала пять часов и очень сильно хочет есть. Сходив в душ и переодевшись, Карин спустилась на кухню.
— О, сестренка! Я как раз хотела пойти тебя будить! Ты вовремя! – как всегда веселая Юзу стояла у плиты. – Ты, наверное, голодная, садись ужин почти готов.
После сытного ужина, Карин поднялась в свою комнату и тут же уснула. Но засыпая, она вспомнила свой сон.
— «Найди нас…», а последнюю фразу я так и не услышала! – проговорила девушка, уже засыпая.

Глава восьмая. После каникул.

Наступивший сентябрь не принес ожидаемого облегчения и нужного забвения. Даже занятия в любимой и родной секции не приносили должного удовлетворения. Все две недели после вечеринки Карин была напряжена.
После того сна, она снова пошла к Урохара и все рассказала. Он многозначительно помолчал и после своего дежурного «очень интересно» все-таки добавил.
— Я все также не уверен. Но если тебе приснится еще что-нибудь типа этого, обязательно приходи и рассказывай.
Заверив его, что он узнает первым обо всех её снах и, попросив никому не говорить, Карин собралась домой. Но на выходе из магазина она с кем-то столкнулась. Подняв голову, девушка встретилась с холодными бирюзовыми глазами. Слова извинения застряли не то что в горле, а наоборот упали куда-то в желудок. Она его вот уже две недели старательно избегала, даже с Рангику почти перестала общаться.
— О, Карин-тян, а какими судьбами тебя сюда занесло?! – Мацумото радостно оказалась возле девушки и обняла её. – Как дела?
— Дела нормально, а заходила по пустячному делу. Я сейчас уже ухожу, — старательно отводя взгляд от капитана десятого отряда, ответила та.
— Жалко, я хотела с тобой еще немного поболтать, по магазинам пройтись, — грустно сказала Рангику.
— Мацумото! Нам вечером нужно возвращаться в Общество Душ, — раздался четкий голос Хицугаи, безразлично смотрящего на девушек.
«Ах, так! Ну, ты сам напросился, белобрысый», — все-таки гордости у Куросаки было предостаточно, а вслух сказала, — так жаль Ран-тян, я бы с удовольствием прогулялась!
— Правда?! – та просто не верила своему счастью, — простите капитан, но нас с Карин-тян ждут очень важные дела.
И не дав сказать даже слова, что одной, что другому, схватила девушку за руку и умчалась, оставив Тоширо с открытым ртом. «Зря я это сказала, ой зря!», — думала Карин. Они прошли уже больше половины магазинов города. «А хорошо, что завтра выходной. Иначе я бы с постели не встала. Уж насколько я привыкла к физическим нагрузкам, но это явный перебор», — такие мысли преследовали Карин большую часть времени. Наконец они зашли в ресторан. Ну, как зашли: Рангику практически влетела, а Куросаки-младшая, кое-как вползла с языком на плечах.
После того, как они поели и принялись за чай, Карин спросила.
— Ран-тян, а тебе ничего не будет?
— Не знаю. Скорее всего, мне опять дадут отчеты. Ну, или попробуют дать! – заулыбалась та.
— Как ты можешь так относиться к своей работе? – удивилась девушка.
— Ко всему в жизни нужно относиться проще! – оптимистично заявила лейтенант, — мой капитан не так уж и страшен, как кажется. Знаешь, когда я его встретила первый раз, он действительно был маленьким ребенком. Но его все боялись, кроме Хинамори и его бабушки.
— Бабушки? – заинтересованно переспросила Карин.
— Да. До того как стать шинигами, он, как и каждый из нас, опять же исключая твоего брата, жил в Руконгае вместе с бабушкой. Первый раз мы встретились у лавки. Я увидела, что продавец не дает ему сдачу в руки, — она вздохнула. — У него была сила, и он это осознавал. А не уходил только из-за бабушки. Не хотел оставлять её одну.
Карин молчала. Она не знала, что под этой маской безразличия на самом деле скрывалось. Девушка понимала, что беспричинно обижается на капитана десятого отряда. Но Куросаки, есть Куросаки.
— Все равно. Мне кажется, что Тоширо слишком самоуверен, эгоистичен, невыносим, прозаичен, а ещё он высокомерен… — тут она остановилась и поежилась. – Ран-тян, мне кажется или похолодало?
— Спасибо, за очень содержательную характеристику, Куросаки, — услышала Карин холодный голос за своей спиной. Молясь, что ей это показалось, а лицо Мацумото на самом деле не искажено страхом, девушка медленно повернула голову. Но как бы сила убеждения не была велика, за спиной стоял Хицугая Тоширо.
— Рангику, нам пора! – голос не повысился, но обдал таким холодом, что казалось горячий чай, превратился в лед. Мацумото явно понимала, когда не следует злить своего капитана, поэтому, быстро попрощавшись с Карин, пошла за ним.
— Идиотка, какая же я идиотка! Вот зачем надо было это говорить?! Какой черт за язык меня тянул?! Надеюсь, ты довольна собой Карин?! – все бубнила себе под нос Куросаки, пока шла к парку, — чертов Тоширо! Из-за него я занимаюсь самоедством. Я никогда не испытывала таких смешанных чувств. Для меня все всегда было ясно и понятно.
Наконец, устав, она присела прямо на траву и подтянула коленки к себе. Уткнувшись в них подбородком, она посмотрела на небо. Солнце касалось ободком горизонта. Карин, спавшую в последнее время очень мало, начало клонить ко сну. Последней её мыслю было: «Ну, зачем я это сказала. Ведь он мне нравится!»
Снова сон. Она снова видит себя со стороны. Девушка лежит на больничной койке. Волосы стали ещё длиннее, да и сама, кажется взрослее. Рядом с ней все её родные. Они улыбаются и говорят слова поздравления. Брат радуется, как ребенок и говорит, что понимает её. Рукия рядом с ним, она улыбается и держит руку на животе. Между ними мальчик с рыжими волосами и синими глазами. Ишин рыдает и говорит, что ещё слишком юн для такого. А Джинта и Юзу просто стоят рядом. Тут открывается дверь, в ней появляется капитан четвертого отряда и ещё один силуэт. Унохана, подойдя к кровати, передает ей сверток. В нем был ребенок, очень похожий на неё, с черными волосами. После Рецу оборачивается к силуэту:
— Не беспокойтесь, капитан. У вас родилась здоровенькая и крепенькая девочка! Да и с вашей женой все в порядке.
Тут малышка завозилась и открыл глаза. Но… «Я не увидела, какого цвета её глаза!» — запоздалая мысль.
Сон внезапно обрывается, и Карин оказывается рядом с той самой парой, сидя на заснеженной земле. ОНА плачет, уткнувшись в грудь мужчине, ОНА боится – девушка это чувствует. ОН обнимает её за плечи и говорит слова утешения. Осознав, что они не одни, пара поворачивает головы в сторону Карин.
— Карин! Карин, пожалуйста, очнись! Проснись! – вдруг вскрикивает ОНА. – Пожалуйста, ты должна проснуться!
— Если не очнешься, ты умрешь! – продолжил мужчина, — без тебя мы никто, без нас ты просто…
— Не говори этого! – вдруг вскрикнула женщина, — не надо так говорить! Карин, ты же видела это, вспомни свой сон!
«Какой?! Какой сон!? Их было так много, что я начинаю путаться!» — думала девушка.
— Месяц назад, он снился тебе месяц назад! – прокричала ОНА, — я не смогу больше тебе ничем помочь, но ты должна проснуться и бежать как можно дальше!
«Вспомнила! Я вспомнила! Она говорила о моей смерти! От серо пустого!» Потом Карин начала просыпаться, но почувствовала боль в районе груди и услышала крик «КАРИН!».
Ичи-нии – только и смогла произнести девушка, перед тем как провалиться в небытие.

Глава девятая. Её выбор.

Вам когда-нибудь падал на голову канделябр?! А потом скалка?! А еще наступали ли вы на грабли или лягала ли вас лошадь?! НЕТ? Тогда вам не понять того, что чувствовала Карин, когда очнулась. Казалось, что с ней произошло именно это, все по порядку. А потом ещё раз и ещё раз, и ещё раз… Голова буквально раскалывалась, а в уши влили раскаленный метал. В районе груди было больно, очень больно. Приоткрыв глаза, она увидела незнакомый потолок. Оглядев комнату и посмотрев в окно, она поняла, что сейчас ночь. За дверью кто-то тихо разговаривал, но один голос постоянно повышался, и на него начинали шикать. Карин хотела, было подняться, но тело все буквально ломило, и с её губ сорвался стон. Услышав это, за дверью завозились. Тут она открылась, и в комнате появились Урохара, Йороучи, Ичиго, Рукия и Ишин.
— Ичи-нии, бородач? Что вы тут делаете? – потом, остановившись, она сказала, — Вопрос не правильный. Что Я тут делаю? И где это «тут я делаю»? И какого черта там произошло?
— Ты ничего не помнишь? – подала голос Рукия. Она стояла рядом с Ичиго, который выглядел как-то странно тихо и раздраженно одновременно.
— Только боль в районе груди, — вдруг её осенило. – Папа, ты же должен быть в Обществе душ, что ты тут забыл?
Ишин был на удивление спокоен, не голосил на каждом углу о своей нелегкой доле отца и не нападал на сына.
— Он здесь, потому что я его вызвал, — вступил в разговор Урохара, тот тоже был серьезен. – На тебя напал пустой, но он не успел съесть твою душу. Ичиго успел почти во время.
— Ну, раз меня спас брат, зачем устраивать такой переполох? Вы бы еще половину офицеров с собой прихватили, — съязвила девушка.
— Карин посмотри на себя, — предложила Рукия, её голос дрожал.
Тут Ичиго не выдержал.
— Прости, Карин, я не успел всего лишь на минуту. Если бы только я оказался там чуть раньше, этого не произошло! – брат все повторял и повторял это. А девушка смотрела на него, пугаясь. Он никогда не вел себя так. Да он беспокоился за них всех, но чтобы он корил себя в чем-то так открыто, не обращая внимание на других людей. Это было не привычно и ужасно. Ощущая страх, Карин опустила взгляд на грудь и увидела то, что объясняло все. Обеспокоенных Рукию и Йороучи, серьезных Ишина и Урохару, и практически морально убитого брата.
— Ичи, не надо так переживать, — Карин сама не ожидала от себя таких слов, — я всего лишь стала духом? – это было сказано вопросительно и слегка удивленно.
Ей так сложно было произнести эти слова. Страшно. Но так хотелось прекратить мучение брата.
— Карин, — к ней обратился Киске, — у тебя сейчас есть выбор.
— Выбор?
-Да. Ты можешь отправиться в Руконгай и попытаться поступить в академию, что у тебя, скорее всего, получится. А есть другой вариант. Ты можешь стать шинигами тем же способом, что и твой брат. Это быстрее, но и опаснее. И не все тут присутствующие согласны с этим. – Он кинул быстрый взгляд на Ичиго и Ишина.
— А почему это опасно? – спросила девушка.
— В случае неудачи ты станешь пустым. В случае небольшого недоразумения в твоем мире появится пустой, который захочет поглотить тебя, забрав себе твое тело. И не факт, что ты с ним справишься. У твоего брата это долго не получалось. И в случае крайней и такой желательной для нас удачи, ты станешь нормальным и обычным шинигами, — потом задумался и добавил. — Хотя, зная вашу семейку, обычного шинигами из тебя не получится.
«Стать шинигами?» Эта мысль отдавалась в голове девушки. Она была немного напугана и хотела, чтобы все это оказалось сном. Карин не была трусихой, она всегда хотела быть полезной. Но когда перед ней появилась возможность стать таковой, девушка была в смешанных чувствах.
— Карин, — начал Ичиго, уже спокойным голосом, — я понимаю, ты колеблешься. Но тебе не нужно становится шинигами через Разбитую Штольню. Я, конечно, понимаю, что ты можешь оказаться талантливее меня, но все же не стал бы рисковать. — Девушка подняла глаза на брата, и он прочел там ответ на его безмолвно заданный вопрос, — это твой выбор! Но прошу тебя, пожалуйста, подумай ещё раз!
— Братик, ты же сам сказал, что это мой выбор. Прости, но я пойду по тому пути, по которому шел когда-то ты. Не останавливай меня и верь. Я преодолею все, ведь я твоя сестра. К тому же потомственная шинигами, — Карин перевела взгляд на отца.
Тот до сих пор стоял, скрестив руки на груди, не говорил и смотрел на дочь. Казалось, что он пытается прочитать её мысли. Когда она на него посмотрела, он о чем-то задумался и просто кивнул головой, тем самым, смирившись с выбором девушки и поддерживая её.
— Ну, раз вы все решили, то нам надо спуститься вниз, — вступил в разговор Урохара.
Когда они оказались в подвале, Карин почти не удивилась его размерам. «Даже как-то предсказуемо, что ли», — подумала она. Они подошли к большой и довольно глубокой яме.
— Это Разбитая Штольня. Благодаря газам находящимся там, начнется коррозия цепи судьбы. И если бы ты оставалась в этом мире, на это ушли бы годы, там же у тебя будет всего лишь семьдесят два часа. Если ты не успеешь, то станешь пустой. Надеюсь, у тебя все получится.
После такого наставления, девушку доставили на дно Штольни. Карин ощутила давление и боль в груди; опустив глаза, она увидела, как разъедается её цепь судьбы. «Так вот что такое коррозия», — единственная мысль в голове. Решив, что чем дольше пялится на это, тем хуже ей становится, девушка отвела глаза.
«Нужно сосредоточится, нужно сосредоточится… ага, только у меня это очень хреново получается, — думала Куросаки, — так! Возьми себя в руки, тряпка! Ты же сможешь, ты должна смочь. Там слишком много людей, которые переживают за меня».
Поджав ноги под себя, девушка просидела довольно долго. Карин ощущала каким-то шестым чувством, что прошло времени больше, чем казалось. Осознавая, что она ничего не может понять, девушка снова посмотрела на цепь. Увиденное её, мягко говоря, не обрадовала. Маленький кусок цепи указывал на то, что времени почти не осталось. «Уж лучше не смотреть», — сделала вывод Куросаки-младшая, отведя взгляд. Вдруг Карин поняла, что чувствует, что-то холодное на коже. Резко открыв глаза, она увидела странный туман: он был из маленьких кусочков льда.
— Что это? – вырвалось у девушки.
Неожиданно туман стал исчезать, открыв взору красивую заснеженную поляну посреди леса, на которой стоял красивый двухэтажный особнячок.
— Этот туман я, а все что ты видишь – твой мир, — раздался голос за спиной девушки. Обернувшись, Карин увидела, как кусочки льда складываются вместе и образуют мужской силуэт.
— Что за черт!!!??? – возопила девушка. Она увидела то, что ожидала увидеть меньше всего.

В это время в подвале магазина все стояли и понимали, что время почти закончилось. Вдруг их обдало ледяной волной. Подойдя к краю Штольни, они ничего не увидели, в том числе и Карин. Понятнее всех выразился Ичиго.
— Не понял, — всего одно слово, зато сколько содержания.
— А где… — начала было Рукия, но замолкла, понимая, что сейчас не до риторических вопросах.
— Вы что-то потеряли? Или может кого-то? — раздался сзади ехидный голос.
Развернувшись, все увидели Карин, спокойно сидящую на земле, в форме шинигами. Первым к ней подлетел Ичи. Обняв сестру, он не говорил не слова. Девушка понимала его чувства.
— Карин, я так рада, что у тебя все получилось, — девушка сразу же оказалась в объятиях Рукии.
Потом всех смел, наконец-то, очухавшийся Ишин. Он ещё долго, после двойного удара в челюсть от своих любимых чад, приговаривал: «Карин! Доченька моя!». Урохара и Йороучи были более сдержанными, просто поздравив и сказав, что тренировки начнутся с завтрашнего дня.
— Насчет тренировок. Урохара-сан мне нужно с вами очень серьезно поговорить. Наедине! – особенно подчеркнув последнее слово, сказала девушка.
— Хорошо, Карин-тян. Я думаю нам надо подняться наверх и все обсудить, – с этими словами он повел всех к лестнице.

Глава десятая. Первый.

На время тренировок Карин перебралась жить в магазин Урохары, сославшись, что так для неё будет лучше. Но она продолжала видеться с сестрой. Хотя было точно не известно к кому именно приходит Юзу: к ней или к Джинте.
Карин проводила все дни в тренировках. Йороучи хвалила её настрой, но иногда она буквально выталкивала девушку из бункера, отправляя ту гулять, хотя бы около магазина. Ишин тоже иногда заглядывал к ним, тогда Карин заставляла его с ней тренироваться. Но его тренировки отличались от других, он не учил её сражаться, но об этом позже. Иногда заглядывал Ренджи. Он был очень удивлен, что младшая сестра Куросаки стала шинигами. В этом не было ничего удивительного, просто в Обществе Душ об этом знали только несколько человек: главнокомандующий Ямомото, а также капитаны второго, четвертого и шестого отрядов. Первые двое по долгу службы и занимаемым должностям. Да и скрывать от них что-либо опасно для жизни. А Унохана и Бьякуя знали, так как являлись близкими людьми.
Через полтора месяца после того происшествия в парке на грунт спустились Мацумото и Хицугая. Как раз в этот день Йороучи выкинула Карин на прогулку и сказала, что бы та, не возвращалась, как минимум до обеда. Если бы девушка знала, какие гости сидели в магазине Урохары, она бы там дня три не появлялась. Но судьба штука такая. Встретив на улице брата, который направлялся в магазин, девушка решила закончить с гуляньем и пойти потренироваться. Так они вдвоем и завалились к Урохаре.
— Ичи-нии, потренируйся со мной! – ныла Куросаки-младшая.
— Ага, щас! Только шнурки поглажу! – говорил тот.
— Ты в сандалиях, на них нет шнурков, — парировала его сестра, — тебе, что жалко?
— Да! Мне себя очень сильно жалко, — кричал на неё брат, — а ещё мне жалко Зангетсу. Он после битв с тобой чуть ли не в депрессию впадает. Что у тебя за зампакто? Старик мне ничего не рассказывает, только твердит — узнаешь, узнаешь. Да и вообще, ты иногда становишься ещё более бешенной, чем мой пустой. Второй Зараки, блин. И именно поэтому, я тебе сказал, что тренировать тебя я буду только два раза в неделю. И эти два раза истекли.
— Знаешь, Ичи-нии, тебя можно описать всего одним словом, — и, выдержав паузу, Карин сказала, — ЖЛОБ!
— Ну и ладно! – невозмутимо ответил тот, — пусть я жлоб, но ни я, ни мой зампакто от тебя не пострадаем!
Но тут они поняли, что находятся в комнате ни одни. На них обалдело смотрели две пары глаз, и ещё одна хитро пряталась за веером и улыбалась. Быстро придя в себя, Мацумото тут же ринулась обнимать Карин.
— Карин-тян, я так по тебе соскучилась! – со скоростью равной скорости света, говорила та. – Как у тебя дела? О каких тренировках вы тут спорили? И почему Ичиго сказал, что у тебя есть зампакто?
Карин быстро поняла, что главный вопрос именно последний, но за неё ответил Урохара.
— Ну, а том, что Куросаки Карин стала шинигами, знают очень мало людей.
— Настолько мало, что в их число не входят даже капитаны? – холодно поинтересовался Хицугая.
— Не совсем, об этом знают только пять человек из высшего состава: главнокомандующий Ямомото, Сой Фонг, Бьякуя Кучики, Унохана Рецу и Абарай Ренджи, — быстро заявил хозяин магазина, — правда, если не считать капитана Куросаки, так как он с момента нападения пустого на свою дочь, был здесь.
— Но тут же появлялись другие шинигами. И что никто не заметил? – продолжал гнуть свое капитан десятого отряда.
— Эту девчонку не вытащишь из подвала, она там иногда даже ночует, — из ниоткуда появилась Йороучи. – И, кстати, почему ты здесь?
— Вы мне сказали, как минимум до обеда. Уже обед, а мне скучно и делать нечего. К тому же я думала, что меня потренирует брат, а он…
— Карин-тян, сегодня ты тренируешься со мной, — вдруг заявил Урохара и, увидев её удивленное лицо, добавил, — похоже, что нам стоит, больше времени уделять твоему шикаю. Сегодня капитан Хицугая и лейтенант Мацумото, кроме своей непосредственной мисси, доставили также послание. В нем говорится, что твой экзамен назначен на начало декабря, у нас остался месяц. А твои успехи, хоть меня и поражают, но все же не достаточно высоки. Поэтому большую часть времени ты будешь — практиковаться со свои шикаем, а все остальное уходит на задний план. К тому же, как я понял, ты достигла потрясающих успехов в шунпо и ближнем бою за короткое время. Основы заложены, поэтому ты должна будешь только оттачивать свое мастерство.
— Понятно! Но Урохара-сан, успею ли я добиться того, что мы хотели за месяц? – став серьезной, спросила Карин.
— Придется кое-что поменять, но это будет труднее, чем планировалось в начале, — предупредил её бывший капитан двенадцатого.
— Я вот только одного не понимаю, — вдруг вступил в разговор Ичиго, — почему вы молчите о шикае, как о государственной тайне?
— Но Куросаки-сан, — вдруг спрятался за веером Киске, — это и есть государственная тайна.
Посверлив ещё некоторое время его взглядом, Ичиго повернулся и пошел в подвал. На ходу он что-то бурчал про то, что его не ценят и не уважают. А Карин спиной ощущала два пристальных взгляда: один хитрый, явно принадлежащий Мацумото, а второй был изучающий и ещё… сложно понять. Не удержавшись, девушка обернулась и, встретившись глазами с Хицугаей, пыталась понять его чувства. За явным безразличием что-то скрывалось. И уже уходя, она стала понимать, что это была заинтересованность.

Следующий месяц для Карин был адом. Она не могла представить, что Урохара такой садист на тренировках. Он гонял её так, будто от этого зависела её жизнь, хотя в какой-то мере это была правда. Но это привело к хорошему результату. Однако чем ближе подходила время экзамена, тем больше волновалась Карин. Но она успокаивала себя тем, что с ней пойдут Йороучи, Ичиго и Рукия. К тому же там её встретит отец и друзья. Но волнение на то и волнение, да и избавится от него очень трудно.
Стоя перед вратами, Карин ощущала в желудке что-то очень тяжелое, от нервов её даже немного подташнивало. Вдруг она поняла, что если она будет думать о неудачи, то так обязательно и получится. Наши фобии создаются подсознанием. Мы страшимся на самом деле очень странных и подчас глупых вещей. Как ребенок, который боится темноты. Темнота неосязаема и непроглядна, поэтому человек подсознательно придумывает себе чудовищ, которых скрывает «темное покрывало» ночи. Но на самом деле, нам просто нужно понять, что за темнотой обязательно будет свет. Также как солнце после дождя, или день после ночи.
Взяв себя в руки, Карин смело шагнула вперед. Оказавшись в Обществе, она быстро осмотрелась. Рядом с ней, помимо тех с кем пришла девушка, были отец, Ренджи и капитан тринадцатого отряда. Они проводили её к воротам на арену, а сами сказали, что будут наблюдать с трибун. Пройдя через двустворчатые двери через десять минут, Карин увидела всех капитанов и лейтенантов.
— Куросаки Карин, — заговорил Ямомото, — вы вызваны сюда для того, чтобы мы смогли оценить ваши способности. Как мне стало известно – вы практически в совершенстве владеете своим шикаем и можете выполнить его материализацию. Прошу вас продемонстрировать это.
— Хорошо! Но мне нужен один доброволец, — и посмотрев на сотайчо, спросила, — Можно?
Тот лишь кивнул головой. И, конечно же, это был Зараки Кенпачи. Он с улыбкой а-ля «Главный мазохист-садист всех времен и народов» встал в тринадцати метрах от неё. На трибуне же царило небольшое волнение. В основном его распространял Ичиго. Стоявшая рядом Мацумото спросило его, почему он так взволнован.
— Просто мы не разу не видели её шикай! – пояснил Ичи.
— То есть, как не видели? И кто МЫ? – спросил, немного приподнимая брови Тоширо.
— Как, Как. Очень просто! Я тренировал Карин только в силе удара, или мы просто дрались, то есть опыт. Йороучи была ответственной за шунпо и ближний бой. Рукия, Тесай и отец помогали ей с реяцу. Благодаря моей жене и Тесаю она смогла обучиться кидо, а Ишин помог с контролем и сокрытием духовной силы. Один только Урохара знает, как выглядит её шикай! Поэтому нам всем также интересно, как и вам.
— Этот мой шикай может кому-то напомнить Себонзакуру капитана Кучики, — с этими словами Карин достала зампакто и сказала, — Окутай, Широшимо! – при этих словах Ямомото Генрюсай вдруг нахмурился.
В следующую секунду клинок исчез, и вокруг девушки опустился туман из кусочков льда. Вдруг он стал двигаться и атаковать капитана одиннадцатого отряда, а кусочки льда казалось, превратились в ледяные иглы.
— Я могу делать лед острым как бритва, или тупым и сильным как молот, — раздался голос девушки. — Собирать его в цельные куски льда, или делать практически незаметными иглами — при этих словах иглы превратились в булыжники, — так же у него есть одна особенность, которая похоже на Гатсуга Теншо Ичиго.
При этих словах льдинки снова стали туманом и сползлись в сторону хозяйки. Все продолжали смотреть, один только Ямомото был странно напряжен. Вдруг послышался голос Карин: «Коорино Кенси». И в сторону Зараки полетели кусочки льда смешанные с реяцу голубого цвета, образующие полумесяц. Тот, увернувшись, хотел, было напасть, но его остановил голос Ямомото.
— Достаточно! Раз это все способности твоего зампакто, то попрошу тебя продемонстрировать материализацию, — его лейтенант посмотрел на него; он никогда не видел своего капитана таким напряженным, будто от этой материализации должна измениться судьба Общества.
— Простите, но я же вроде бы сказала, что это форма и особенность ЭТОГО моего шикая, — с легкой усмешкой сказала девушка.
— Что вы хотите этим сказать? – настороженно спросил главнокомандующий, но казалось, что он уже знает ответ.
— Только то, что это мой ПЕРВЫЙ ШИКАЙ.

Примечание:
Широшимо – ледяной туман.
Коорино Кенси – ледяной клык.

0

12

Глава одиннадцатая. Переродившиеся.

На трибуне царило молчание и удивление. У всех присутствующих глаза буквально вылезли на лоб, а челюсти проломали пол. У Йороучи же лицо выражало ещё и гнев. « Ну, Киске гад! Вернусь, голову оторву. Зараза! Мог хотя бы предупредить, чтобы я не слишком сильно удивлялась!» — вот такие невеселые мысли посещали Молниеносную. Невеселые, конечно же, для Урохары.
— Что. Все. Это. Значит!? – наконец смог сказать главнокомандующий. «Неужели он сумел это сделать?», — промелькнула мысль в голове сотайчо.
— Только то, что вы слышали, — невозмутимо продолжала Карин, — я думаю, что вам знакомо имя Аюи Куро? Или Тору Наримия? Хотя из всех присутствующих о том, что сделал первый из названых, знаете только вы, сотайчо? – на эти имена кроме Генрюсая отреагировал ещё и капитан Маюри.
— Я знаю, кто это такие. Но это было давно, — сказал тот.
— Да, это произошло тогда, когда я только стал шинигами. Два моих лучших друга. Один, из которых стал убийцей, — взял себя в руки сотайчо.
— Убийцей? – переспросила его Сой Фонг.
— Да. Аюи Куро был исследователем, — это объяснило, почему его знал Маюри, — и он убил нашего лучшего друга, Тору Наримия. Убил ради эксперимента. И именно Широшимо был его зампакто. И я хотел увидеть материализацию, чтобы убедиться. Ведь его уничтожили, как он смог возродиться?
— Только потому, что эксперимент Куро удался, — ответила на вопрос Карин.

Flashback

— Что за черт!!!??? – возопила девушка. – Вы мой зампакто?
Перед ней стояла, та самая пара.
— Да. Мы твой зампакто, который появился в результате дьявольского эксперимента прежнего его хозяина, — кивнула ОНА в сторону мужчины. Сейчас Карин могла их легко рассмотреть. Женщина была с длинными белыми волосами, казалось, что они светились голубым светом. Глаза были темно-синими, но к зрачкам становились более светлыми. Мужчина с короткими черными волосами и светлыми, похожими на льдинки, глазами.
— Дьявольского? – переспросила девушка
— Да. Мой прошлый хозяин, Аюи Куро, был исследователем. Он захотел соединить два зампакто в один. Но ему нужно было одно условие. Сущности мечей должны быть связаны крепкими узами. И такой меч для меня нашелся. Но это был зампакто его лучшего друга. И он убил его.
— Это был мой хозяин, его звали Тору Наримия, — продолжила женщина. – Несмотря на то, что эксперимент был удачный, мы не смогли смириться с тем, что произошло, и сопротивлялись, как могли. Но грех убийства лег и на нас. На него, потому что он был тем зампакто, который убил. И на меня, потому что я стала помогать в эксперименте. После того, как схватили Куро, его плод исследований был уничтожен. Но они думали, что у него ничего не получилось. Поэтому уничтожили только его, — она кивнула в сторону мужчины, — а меня нет. Поэтому мы не исчезли. Просто пребывали в небытие несколько веков. Но почему-то пробудились в тебе около полугода назад. Скорее всего, нашим перерождением, мы обязаны твоей чистой душе.
— А почему ты стала помогать Куро? – спросила Карин.
— Просто для того, чтобы эксперимент удался, нужно содействие присоединяющегося зампакто. Им оказалась я. Если бы я отказалось, самый верный мой товарищ и любимый умер, — при этих словах она взяла темноволосого за руку. – Именно поэтому сущности должны быть связанны.
— В принципе понятно, но если я смогу выбраться отсюда вы расскажете мне все подробно, хорошо? – и, увидев положительный ответ, продолжила, — а как мне выбраться-то из сложившейся ситуации? Ведь мне нужно стать шинигами.
— Карин разве ты не заметила?
— Чего?
— Ты уже стала шинигами, — сказала женщина.— Ведь ты знаешь наши имена. Ты слышала их раньше, во сне?
Карин снова ушла в себя, вспоминая все свои сны, и, наконец…
— Да, точно. Я вспомнила: Широшимо и Мираи.
— Да! – ласково улыбнулась ОНА, — но тебе нужно возвращаться и начать тренироваться. Ведь ты будешь обладать не одним шикаем. Карин, ты должна будешь обучиться переходить от одного шикая к другому.
— Понятно, у меня даже есть один учитель на примете, — затем, вспомнив о чем-то, она снова посмотрела на них, — а почему мои сны сбываются?
— Это моя способность, — сказала Мираи, — я через сны показываю то, что должно произойти. То что, ты видишь со стороны, произойдет, как ни крути. А то, что ты видишь своими глазами, от первого лица, можно изменить.
— Понятно, — несколько обалдело, сказала новоиспеченная шинигами.
— Карин, тебе пора возвращаться назад, тебя все ждут, — вдруг заявил Широшимо. – С нашей стороны мы будем стараться помочь. – И он улыбнулся улыбкой, в которой была поддержка и уважение, но в тоже время беспокойство за свою хрупкую и маленькую хозяйку.
«Кажется, я понимаю, почему Мираи его полюбила!» — весело подумала девушка.
— Спасибо, до скорой встречи.

Спустя некоторое время:

— О чем ты хотела поговорить? – спросил Урохара.
Пересказав все что, произошло с ней только что, Карин выжидательно посмотрела на него.
— Ты хочешь, чтобы я стал помогать тебе с шикаем? – спросил бывший капитан двенадцатого отряда, и, увидев кивок головой, продолжил, — хорошо, но ты не говори о том, что с тобой случилось остальным. Это будет для них сюрпризом!

End flashback

— Вот так все и было! – закончила свой рассказ Карин, — ну так мне продолжать или нет?
— Да, — последовал краткий ответ.
«Широшимо и Мираи, они всегда действовали сообща, понимая друг друга с полу слова. Даже когда были частичками разных душ, своих прежних хозяев», — думал про себя Генрюсай: «Наверное, это их судьба переродится вместе. Но нужно, чтобы душа шинигами действительно была чистой. Все-таки у Ишина потрясающие дети!»
— Это хорошо! Но можно чтобы ещё один человек появился на арене, и они вместе с капитаном Зараки начали двигать с высокой скоростью?
Тут же появился Ичиго, и они с Кенпачи, превратились в размытые пятна. Карин же, закрыв глаза, воткнула свой зампакто в землю и сказала: « Предвидь, Мираи». Вдруг слева в трех метрах и сзади в семи, оба противника девушки остановились. Потому что из земли появились ледяные колья и стали для мужчин преградой и противником.
— Если я не могу найти врага, то Мираи предвидит его движение. Как только противник обнаружен, я могу спокойно управлять кольями, — невозмутимо сказала Карин, при этих словах оба шинигами стали отпрыгивать от появляющихся ледяных орудий. Они появлялись не только из земли, но и из стен и даже друг из друга. – Также есть одна особенность. Капитан Зараки, не могли бы вы напасть на меня?
Тот, улыбнувшись, помчался на девушку. Но до того как его меч достиг девушки, она произнесла: «Коорино Кабэ». Сразу же появилась огромная ледяная стена, полностью закрывающая молодую шинигами со всех сторон.
После этого Кенпачи с неохотой, но отступил.
— Имея две соединенные души, я обладаю двумя отдельными друг от друга шикаями. Но даже Куро не учел одного. При их слиянии появляется третий, — с этими словами, Карин подняла клинок и прошептала, — атакуй и защити, Икиру Коори.
После этих слов, меч стал голубым и прозрачным, словно состоял изо льда.
— Атака здесь похоже, на атаку Мираи. С той только разницей, что ледяные колья вырастают из любой части моего тела. Но также есть и защита. Нападайте, Капитан Зараки, — тот не заставил себя ждать, но как только его клинок опустился в рубящем ударе на плечо девушке, все увидели, что тело Карин покрыло коркой льда. – Это практически идеальная защита, но и здесь есть свои слабые стороны.
— Это все? Или есть что-то еще, — спросил Ямомото.
— Это все, чему я смогла научиться за последний месяц, — ответила Карин, — не считая материализации.
— Продемонстрируйте, — краткий приказ.
Карин вытянула меч перед собой, держа его параллельно полу, и прошептала: «Широшимо. Мираи.» Через пару минут клинок окутало холодным голубым цветом, разделившимся на синий и белый. Вскоре перед всеми появилось две фигуры: высокий мужчина, окутанный маленькими льдинками, его держала за руку хрупкая и красивая женщина с ледяным цветком в руке. Их взгляды выражали легкое чувство вины. Пусть они и были душой Карин, пусть они переродились, но прошлого изменить было нельзя.
«Да, это действительно они. Но, возродившись в ней, они приобрели черты её характера!» — вспоминая прошлое, подумал Ямомото.
— Куросаки Карин, вы прошли испытания. Вы признаны действующим шинигами. И вскоре вас зачислят в один из отрядов, – после отмены материализации заявил сотайчо, тем самым, объявляя экзамен законченным.
Все шинигами посмотрели на облегчено вздохнувшую девушку, один только Маюри буквально пожирал её взглядом. Заметив это, Ичиго не произвольно потянулся к Зангетсу. Но его опередил Ишин.
— И не надейся. Я свою дочь тебе на опыты не отдам. Тем более, тебя давным-давно опередил Урохара, — и, увидев, как посерел капитан двенадцатого отряда, насвистывая, прошел мимо того.

Примечание:

Мираи – будущее.
Коорино Кабэ – ледяная стена.
Икиру Коори – живой лед.

0

13

Глав двенадцатая. После экзамена.

«Кто же знал, что я так жестоко попаду!?» — сама себя спрашивала Карин.
После того, как она вышла с арены, то оказалась рядом с братом, Рукией, Ренджи, Икаку, Юмичика и Мацумото. Отец был на собрании капитанов, где решали последующую судьбу девушки. И если не везет, то, значит, не везет. Правда она стала пятым офицером в отряде, но в… ДЕСЯТОМ отряде!!! И теперь, идя за Мацумото в кабинет капитана, она чувствовала себя, как Иисус на Голгофе.
А вот и дверь. «Хорошее у меня, однако, воображение! Смогла из простой двери придумать Двери Ада», — практически оптимистично думала Карин. Взяв себя в руки, она прошла в кабинет. Тоширо было не видно, так как он был закрыт бумагами.
— Капита-ан, — позвала его Мацумото, — Я привела Куросаки Карин, нового пятого офицера десятого отряда.
— Хорошо! – тот, наконец, показался из-за горы отчетов, — итак, Куросаки Карин. Вы как не последний человек в отряде будете заняты с бумагами. Ваши полномочия это: отчеты определенного уровня, а также доставка документов к капитанам других отрядов. Ещё вы будете получать миссии от сотайчо, но это будет не так уж и часто. Все понятно?
— Хай, — как-то лениво и раздраженно ответила та. Еще пять минут назад её, буквально, съедала совесть за те слова в ресторанчике. А теперь она хотела произнести их снова. «Как можно быть безразличным с человеком, с которым ты…», — даже в мыслях Карин было очень сложно произнести эти слова. Видимо почувствовав, что-то неладное Хицугая продолжил:
— Сегодня и завтра у тебя будет, так сказать, экскурсия. Ты должна будешь, хотя бы примерно, запомнить расположение отрядов. Первые несколько дней, с тобой также будет ходить кто-то из отряда, но к концу недели, ты должна, полностью освоится. Сегодня, за неимение оных, — особо подчеркивая последние слова, — тебя будет сопровождать Мацумото. Завтра, хоть она и не из нашего отряда, Куросаки Рукия. Во вторник, утром, ты должна быть в моем кабинете. Я передам тебе кое-какие отчеты, с которыми ты должна будешь разобраться. Ясно?
— Хай, — повторила Карин.
— Хорошо. Мацумото, можете идти. Но учти, завтра утром ты должна будешь явиться в мой кабинет, и заняться документацией.
— Да-да, капитан. До свидания, — и чтобы не услышать ещё чего-нибудь в свой адрес, схватила Карин и умчалась в неизвестном направление.
Они прошли по всем отрядам. Кое-как выбрались из третьего, потому что капитану Ичимару надо было что-то шепнуть Мацумото. Как, оказалось, шептал он минут тридцать. Потом Карин отбилась от капитана пятого, а тот, собирая зубы, все говорил, что его дети та-а-ак выросли. От одиннадцатого они кое-как унесли ноги: Зараки вдруг захотелось подраться, на что Ячиру отреагировала мгновенно. Прыгая вокруг девушек, она говорила, что Кенпачику опять будет весело. Похоже, семья Куросаки была любимой грушей капитана одиннадцатого отряда. В двенадцатом они не были и пяти минут; успели поздороваться только с Нему. Мацумото, увидев Маюри, в темпе вальса унеслась к Укитаке в отряд. Позже у Карин появилась замечательная мысль, которую она сразу же озвучила.
— Ран-тян, а где я буду жить? — хмуря брови, спросила её Куросаки.
— А да, точно! Совсем забыла тебе показать твою комнату. Не знаю, обрадует тебя это или нет, но она находится рядом с моей, — «хорошая новость!» – и комнатой капитана. – «Мама роди меня обратно, я залезу аккуратно».
— Как так? — только и смогла выдавить девушка.
— Просто сейчас идет небольшая корректировка, и мало свободных комнат. А эта давно пустует, поэтому решили отдать тебе, — пояснила та.
Подойдя к десятому отряду, они свернули в противоположную сторону от главного офиса, где находился кабинет капитана. После, Мацумото провела её на второй этаж, большого здания. Карин увидела три двери.
— Слева, комната капитана, — стала пояснять Рангику, — справа моя, а твоя ровнехонько по серединке. Так что проходи не стесняйся, чувствуй себя как дома. Думаю, ванную и кухню ты сама найдешь.
— Да! Спасибо, Ран-тян!
— Да не за что. Завтра утром за тобой зайдет Рукия. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи! – сказала Карин, уже заходя в свою комнату.
Она была довольно большой. Через окно проходили лучи закатного солнца, окрашивая татами красными и оранжевыми цветами. Осмотревшись, девушка поняла, что ей безумно нравится её новое место жительство. Расстелив футон, она пошла в ванную. А после устало легла. Холодные простони, почему-то, успокаивали и навевали сон, натянув одеяло до уровня груди, Карин отправилась в царство Морфея.
«Ни фига себе!!!» — подумала девушка, когда, спустя некоторое время, вдруг резко проснулась.
— Эй, Мираи. Как ты говорила? Только то, что видишь со стороны, на самом деле произойдет!? И этого не избежать!? – быстро спросила девушка.
— Да, а что-то случилось? Вроде бы это не то, чего надо бояться! – ответила ледяная провидица, она с трудом сдерживала смех.
— Ну, знаешь! Вообще-то это не смешно! – обиделась шинигами.
— Да ладно, Карин. От поцелуев не умирают. Тем более у него очень милый зампакто, — пропела та.
— Кто там милый?! — в их разговор влез Широшимо.
— Только не надо меня ревновать, все же Мару мой кузен! – сразу же стала оправдываться Мираи.
— Что?! Зампакто Тоширо твой кузен!? – практически проорала Карин.
— Да мой любимый младший братик! – ответила с улыбкой та, — ладно, пора спать, моя дорогая хозяйка, тебе ещё нужно тренироваться с последним шикаем, так что сейчас спи.
— Хорошо, «мамочка»! Спокойной ночи!
— Спокойной ночи, милая!
«Похоже, что Мираи олицетворяет мягкость, а Широшимо дерзость», — с улыбкой подумала девушка.
На следующее утро Карин вместе с Рукией снова обошли все Общество Душ. После обеда девушка сказала, что ей надо тренироваться.
— Карин, — обратилась к ней Рукия, — вчера на экзамене ты говорила, что твой третий шикай это идеальная защита. А какие там могут быть недостатки?
— Там всего лишь один недостаток. Ты разве не поняла? Для защиты тела, меня полностью покрывает лед и это приводит к тому, что замедляются все мои движения. Ледяная броня сковывает меня. И чтобы я могла сражаться, мне нужна хорошая скорость. Поэтому я оттачиваю шунпо. С двумя другими шикаями такой проблемы не возникает. Но Широшимо по большей части атакующий, а Мираи защищающий зампакто. Поэтому мне нужно уметь быстро переходить от одного к другому. Но благодаря Урохаре, я могу справиться с этой задачей. Ты даже представить себе не можешь, как он меня гонял. Зато это дало свои результаты. Хотя я ещё далека от совершенства. Ведь эти шикаи и их переходы забирают очень много сил. К тому же, если Зараки не нанес мне открытых ран, это не значит, что у меня нет повреждений. Правое плечо ужасно болит. Вообще-то, я удивилась, что он отступил. По рассказам Ичиго, Кенпачи — фанатик боя.
— Скорее всего, его предупредил сотайчо, — задумчиво произнесла Рукия.
— И он так просто отступил? – съехидничала девушка, — ладно сегодня мне надо потренироваться в скорости.
— Ты так хорошо знаешь, свои слабые места! – удивилась бывшая Кучики.
— Если я буду знать о них все, я смогу снизить урон до минимума или вообще его избежать, — улыбнувшись, сказала Карин.
— Кажется, тебе это нравится! – улыбнувшись, сказала Рукия.
— Да! Знаешь Широ и Мира, так плотно вошли в мою жизнь. Я не считаю их оружием, скорее своей семьей. Они ведут себя, как мои родители. Ты будешь смеяться, но Широшимо чем-то похож на папу. Правда, он немного поспокойнее, но привычки такие же. Хотя Мираи может его легко утихомирить. Они противоположности. Мираи тихая, спокойная, рассудительная, а Широшимо бунтарь, шумный и любит подраться. Моя душа была полностью разделена на темное и белое!
— Да, — сказала Рукия, — это так. Но главное, чтобы ты всегда оставалась «смешанной». Такой мы все любим тебя больше всего.
— Спасибо!!! Надеюсь, что так и будет!

Глава тринадцатая. Работа шинигами.

Вот уже прошло две с половиной недели, как Карин вступила в должность пятого офицера десятого отряда. После быстрого разговора с выше стоящим начальством (Тоширо), к ней был приставлен один из офицеров. Он все рассказал и показал девушке. Куросаки очень быстро все поняла и к концу следующего дня легко могла справляться со всем сама.
За семнадцать дней Карин привыкла к своей комнате, часто заходила Мацумото, заносила всякие безделушки. Как оказалось, она скупала все, что ей нравилось, и её комната была уже завалена. Поэтому Мацумото решила часть этого «хлама» отдать Карин. Хотя все вещички, которые она приносила, были довольно интересными и красивыми. Может быть, Рангику и можно было назвать шопоголиком, но вкус у неё был и даже очень хороший. Или она специально выбирала, что отдать девушке.
Карин же в последнее время спать ложилась с неохотой, потому что ей снился один и тот же сон. И видела она его со стороны. Поэтому её обуревали странные чувства. Ей и хотелось, чтобы это произошло, и нет.
Но, вставая каждый день и проводя его в хлопотах, она забывала обо всем. Это могло показаться странным, но ей нравилось работать с отчетами. Ей казалось это интересным, тем более что её окружали люди, с которыми было приятно общаться. Почти каждый день Карин ходила в другие отряды и передавала капитанам отчеты и разные бумаги. Правда, были и великие исключения. Она не ходила в три отряда: третий – Мацумото сама относила всю документацию; пятый – Карин чуть ли не умоляла пощадить её, потому что она видела отца и без этого. Похоже, Ишин, который провел вдалеке от своих дочерей несколько лет, решил наверстать упущенное, поэтому нервная система Карин не выдерживала этого напряжения.
Третье табу было наложено на двенадцатый отряд. Тоширо ей запрещал приближаться к нему. Изначально Карин не понимала почему, но после разговора с Рукией, она сопротивляться не стала и обходила отряд Маюри по широкой дуге. Но вот с Нему у неё были довольно неплохие отношения. Хотя нормально пообщаться они не могли, так как она почти всегда была рядом со своим отцом.
Но все равно девушка радовалась своей новой жизни. Так бы продолжалось ещё долго, если бы вспыльчивый характер Куросаки не вылез наружу. И то чего она боялась и хотела одинаково сильно, не случилось. Карин устала, что Тоширо не проявляет никаких эмоций кроме безразличия, поэтому тихо терпела, но и её терпению приходит конец.
После очередного доклада капитану, девушка хотела, было уйти, но её остановил голос Хицугаи.
— Куросаки, сегодня ты мне поможешь с этими отчетами, а то Мацумото появится ещё не скоро.
— Хай, — коротко ответила та, подходя к столу.
За все время пока они занимались делами, он говорил всего два раза и то, отвечая на её вопросы. Посматривая на него украдкой, девушка чуть не испортила три отчета. Тоширо был, мягко говоря, недоволен.
— Куросаки! Это уже третий отчет! Вы можете быть собраннее, — холодно спросил её капитан.
— Извините, капитан Хицугая, — с остервенением сказала та, подчеркивая последние слова, что у него аж челюсть свело, и тихо добавила, — мне не хватает вашей надменной хладнокровности и безразличия.
Но у Хицугаи, как оказалось, был хороший слух. Он стоял посреди кабинета, наливая себе воды. А, услышав её слова, сжал стакан так, что он треснул.
— Мне хотя бы не надо напиваться до поросячьего визга, чтобы поцеловать человека, — бесстрастно, но с огнем превосходства в бирюзовых глазах сказал он.
— Ты… да ты… — у девушки просто не хватало слов, — да ты не имеешь право называть меня трусихой!
— А я тебя и не называл, ты сама это сказала, — с издевкой парировал Тоширо.
— Ах, так! – с этими словами она подошла к капитану и впилась ему в губы. Секундная пауза со стороны Тоширо, и он отвечает ей на поцелуй. Секундная пауза со стороны Карин, и ей плевать, что будет дальше. Сколько прошло времени, она не знала, но поцелуй прерывался, только на судорожные глотки воздуха. Они не хотели отпускать друг друга. Хицугая крепче прижимал её к себе, не давая сбежать. Хотя она и не старалось, и в её затуманенную голову пришла мысль, что сон все-таки сбылся.
— Кхе-кхе, — ехидное покашливание со стороны двери, они застыли, не размыкая объятий, — я, конечно, понимаю, что с той вечеринки вы виделись всего пару раз и то недолго. Но нужно же держать себя в руках!
Синхронно повернув головы, они увидели Мацумото, которая скромно стояла и рассматривала свои ногти. Тут Карин поняла, что стоит, крепко обняв за шею Тоширо, запустив пальцы одной руки ему в волосы. А её левая нога закинута ему на бедро, тот в свою очередь крепко держал её одной рукой за талию, а другой за то самое бедро. И отпускать девушку он не собирался.
— В смысле «с той вечеринки»? – осторожно поинтересовалась девушка, пытаясь выбраться из этой хватки.
— В том смысле, что вы чуть не сбили нас с капитаном Ичимару в коридоре отеля, — сказала Рангику, сдерживая улыбку. – Ну, а как вы заходили в номе-е-ер! Это вообще отдельная история!
— Мацумото! – тихо проговорил Хицугая, — ты что-то хотела?
— Да! – решив пожить подольше, быстро проговорила Рангику,— я бы вас не потревожила, но тут послание для Куросаки Карин. Ей нужно явиться к главнокомандующему.
— Хорошо! – быстро проговорила девушка, — я сейчас же иду!
И пока её никто не остановил, она быстро ушла. Придя к первому отряду, её провели к Ямомото. Оказывается, Куросаки посылали на грунт, на месяц. Карин должна была помогать бороться с пустыми. Девушка даже обрадовалась, так как это означало, что Рождество она встретит со своей семьей. Быстро заскочив к себе в комнату, Карин пошла в кабинет капитана. «И что мне теперь делать?» — сама себя спрашивала девушка. К её счастью, капитан был занят, поэтому она передала Мацумото, что уходит на миссию.
Оказавшись по ту сторону врат, Карин увидела Урохару.
— О, Карин-тян! Я смотрю, что наш небольшой сюрприз сделал свое дело. И вы поразили всех? – прячась за веером, протянул тот.
— Вы во мне сомневались, Урохара-сан? – ехидно спросила та.
— Нет-нет, что вы, я никогда не терял веру в вас! – отпарировал тот.
Обмен любезностями продолжался бы ещё долго, если бы за Куросаки не пришел брат. Похоже, Карин была одной из немногих людей, которые могли довести Киске до белого калена.

Все шло своим чередом. Пустых по ночам было мало, а днем и того меньше, поэтому Карин особо не напрягалась. Жила она в своей старой комнате, но она ей казалось чужой. Все было также — на своих местах, но не было чего-то очень важного. На самом деле, Карин за две с половиной недели, так привыкла к своей новой комнате в Обществе Душ, что та, в которой она прожила восемнадцать лет, была чужой.
Также, ей не хватало утренних и вечерних посещений Мацумото и всех остальных. За прошедшие семнадцать дней Карин привыкла видеть всех своих друзей-шинигами. Но больше всего она скучала по Тоширо, хотя в этом она не хотела признаваться даже себе.
За день до Рождества Карин узнала, что Мацумото, Ренджи, Икаку, Юмичика, Нему и ещё половина высших офицеров будут отмечать праздник с ними. Собирались они все в том же отеле.
Утром в Рождество Куросаки сидела на кухне и думала об иронии судьбы. Она знала, что Тоширо не будет на вечеринке, Карин радовалась и огорчалась одинаково сильно. Она скучала по ледяному капитану. Медленно завтракая, девушка погрузилась в воспоминания.

Flashback.

Девушка шла из шестого отряда. За сегодня она перелопатила почти все отчеты, поэтому на завтра оставалось очень мало документации. Был закат, и небо окрашивалось в красные и оранжевые тона.
Повернув голову, Карин увидела Тоширо. Он сидел под деревом, которое было окружено с трех сторон домами из белого камня, а четвертой выходило к обрыву, и все Общество Душ было как на ладони.
«Где-то я видела это дерево» — подумала девушка, но выкинула эту мысль из головы.
Куросаки хотела пройти мимо, но все-таки подошла поближе. Казалось, что он её не заметил. Но Карин знала, что это не так. Оказавшись сзади него, она тихо позвала.
— Тоширо.
— Капитан Хицугая! – ледяным голосом отчеканил тот.
«Фу! Формалист», — подумала девушка, а сама сказала.
— Капитан Хицугая, а что вы тут делаете?
— Вообще-то, тебя это не касается! – все так же, не поворачивая головы, произнес Тоширо.
Нахмурившись, Карин смотрела на его спину. Не надеясь на другой ответ, она повернулась и хотела уже уйти, но услышала его тихий голос.
— Отсюда хорошо видно небо, навевает воспоминания.
Куросаки посмотрела на него, но тот больше не проронил ни слова.

End flashback

«Хорошо видно, да? Жаль, что он не хочет посмотреть на небо здесь» — грустно подумала девушка.

Глава четырнадцатая. Повторение.

Вечеринка была в самом разгаре. Мацумото спаивала народ. Ишин в который раз лежал на полу, так как получил от своего «единственного и любимого» сыночка. Гримджоу в одном углу зала разводил народ на «не поиграть ли нам в покер». В другом сидели Тацке с Ренджи, Нему с Ишидой, Ичиго с Рукией. Все веселились, почти все. Карин было скучно, она сидела отдельно от всех за столиком и пила сок. Вдруг девушка увидела беловолосую голову. Быстро подавшись вперед, Карин увидела Укитаке.
«Блин! Хорошо, что я не пью. Если у меня у трезвой галлюцинации, то, что со мной пьяной может произойти?» — думала девушка. Потом Карин вспомнила, ЧТО с ней произошло последний раз, когда она выпила.
«Но ведь до этого я на людей не бросалась с поцелуями. Правда, не считая Ичи-нии, но это было в щечку. Он же мне брат», — продолжала мысленный монолог девушка.
— Карин-тян, что ты такая невеселая? – как черт из табакерки, появилась Мацумото с бутылкой саке. Куросаки вздрогнула, так как та застала её врасплох.
— Да, что-то голова болит, — осторожно ответила Карин, косясь на бутылку. И это была правда, у неё действительно начинала болеть голова.
— Как я тебя понимаю, у меня по утрам тоже частенько голова болит, — весело хихикая, поддакнула Рангику.
— Ран-тян, вообще-то сейчас полвторого ночи. И голова у нас с тобой болит совершено по разным причинам, — осторожно заметила девушка, не понимая, почему та смеётся.
— Так это же раннее утро! – сказала ей Мацумото, с таким видом, будто это всем известная истина. Но про голову она тактично умолчала.
«Ну, в чем-то она права, но, все же…», — думая об этом, Карин сделала большой глоток сока. Тот показался ей странным на вкус. И ситуация была ей знакома. Рангику опять хотела её споить.
— Мацумото! – взревела девушка, а той уже и след простыл, — и когда только успела? Я же с неё почти глаз не сводила! Вот ведь пьянчуга.
Голова стала тяжелее, и в глазах появился туман. Так всегда было, если Карин выпивала. Но сегодня ей везло. Мацумото добавила саке в сок, и голова сильно не кружилась. Но все равно и этого хватило. Встав из-за столика, девушка осторожно, стараясь идти прямо и не шататься, вышла из зала и направилась к лифтам, по лестнице она бы просто не поднялась.
Выйдя в коридор, Карин мутным взглядом осмотрела первые двери комнат. К её огромному сожалению, эти номера были уже заняты. Но удача вернулась к ней в лице десятой двери.
«Хмык, ирония судьбы, — думала Карин, вваливаясь в комнату, — прошлый раз, тоже была десятая. Под номер отряда, что ли».
Не включая свет, она добралась до кровати. И притом, что идти надо было всего семь метров, Куросаки споткнулась раз десять.
«Н-да, для этого нужен талант!» — пьяненько хихикнув, подумала та, падая на кровать.
Не раздеваясь, девушка забралась под одеяло и обняла подушку, так, кстати, подвернувшуюся ей. Вдруг Карин услышала какой-то шум. Оторвав голову от подушки, она посмотрела в темноту. Ясный перец, что девушка ничего не увидела. Прислушалась, тоже мало, чем помогло. Плюнув на все, она плюхнулась обратно.
— Галюники, галюники. Ура пьяным ежикам, — тихо пробормотала та. В голову ей пришла старый детский стишок: «Если видишь в стене руки, не волнуйся — это глюки!», — все пора баиньки! – на этих словах Карин вырубилась.
Ей снился странный сон. Она, Икаку, Юмичика и Ренджи отражали атаку пустых. Их было трое. Но в последний момент из-под земли появился четвертый и вынес пятого офицера одиннадцатого отряда. После он напал на Ренджи, но тот смог его убить. Похоже, что этот пустой не был очень сильным, просто воспользовался ситуацией и застал Юмичика врасплох. Вслед за этим на Карин что-то обрушилось, но…
«Как обычно, на самом интересном или важном месте. Мираи, ну что за на фиг?» — устало, подумала Карин, как проснулась.
— Извини, моя дорогая, но тебе сейчас не об этом нужно думать, — мягко сказала та, но в её голосе чувствовался смех.
— Это не смешно, Мираи. Да как он только посмел? – возмутился Широшимо, — если он не уберет свою лохматую голову, я его прибью. Не знаю как, но прибью.
— Ни че не понимаю, — пробормотала девушка, пытаясь опять не провалиться в царство Морфея.
Она хотела, было потянуться, но что-то ей мешало, было неудобно в районе груди. Открыв глаза, Карин посмотрела вниз и потеряла дар речи.
«Мать моя — женщина! Отец мой — мужчина!» — единственная мысль в голове.
На её груди тихо сопела чья-то белобрысая головушка. И Куросаки знала чья. Быстро осмотрев себя и его, она поняла, что они одеты. Вздохнув с облегчением, Карин попыталась выбраться, но это разбудило Тоширо. Подняв голову, он обалдело посмотрел на неё.
— Куросаки, — осипшим и возмущенным голосом начал он, — что ты делаешь в моем номере и моей кровати?
«Ни фига себе заявочка!» — возмущено подумала девушка, — а почему ты спишь на моей… на мне, Тоширо?
— Капитан Хицугая, — скорее по инерции поправил он.
— Нашел о чем сейчас заботиться, — тихо сказала Карин, и, повысив голос, добавила, — номер был открыт, и я подумала, что тут никого не было. Поэтому легла спать.
— Во сколько это было? – осторожно спросил Тоширо.
— Мацумото подошла ко мне, и мы с ней говорили о чем-то, — стала напрягать мозг и память девушка, — кажется, я говорила ей о том, что полвторого ночи – это не совсем утро.
— Мацумото? – напрягся капитан.
— Ну да, а что? Она меня опять споила, — вдруг её осенило, — неужели ВАС, КАПИТАН ХИЦУГАЯ, тоже споила лейтенант десятого отряда?
«Даже Мацумото по должности назвала, вот же противная девчонка», — подумал Тоширо и неохотно признался, — ну, да, только на полчаса раньше, поэтому я сразу же и ушел сюда.
— Ясно! Извините, КАПИТАН, но я воспользуюсь ванной и сразу же уйду, — и, не дав ему сказать и слова, она вышла.
«Формалист проклятый, белобрысая ошибка природы, зеленоглазый педант. Да к тому же самомнения вагон и целая тележка. Ну, как он сам от себя не устает?», — думала девушка, стоя под душем. Быстро приведя себя в порядок, Карин вошла обратно в комнату.
— Простите, КАПИТАН ХИЦУГАЯ, что так долго. Но я уже освободила ванную, — подчеркнуто вежливо обратилась к Тоширо Карин. Тот не успел ничего ответить (а по нему было видно, что он очень сильно хочет что-то сказать), так как в этот момент дверь резко открылась.

Глава пятнадцатая. Тяжелый день.

Вернувшись домой, Карин пошла на кухню. Там собралась вся семья, даже Ишин.
— Пап, — удивилась та, — а что ты тут делаешь? Скоро же отправление в Общество.
— А я здесь на пару дней, — улыбаясь, как идиот (хотя почему «как»?) заявил тот.
— Да, радости-то сколько! – иронично произнесла Карин.
— А откуда ты знаешь, что отправка скоро? – спросила Рукия, пристально смотря на неё.
— Сегодня утром услышала, — быстро ответила девушка, — ну, как утром. Когда проснулась.
Чтобы больше не было никаких расспросов, Карин взяла бутерброд и убежала в свою комнату. Переодеваясь, она услышала какой-то странный звук. Быстро сбежав по лестнице, она влетела на кухню и… пожалела об этом десять раз.
Посреди кухни стоял скалящийся Зараки. Он нависал над Ичи, который в свою очередь в быстром темпе соображал, что ему делать. Карин могла поклясться, что слышала, как в его голове проносятся все варианты возможных действий. Тут Кенпачи заметил девушку, и оскал стал ещё шире.
— Как все хорошо получается! Прошлый раз меня остановили, но сегодня я доведу дело до конца! – с интонацией маньяка сказал тот.
— Капитан Зараки, вы о чем? – осторожно спросила его девушка, прекрасно зная ответ. Поэтому она хотела отползти куда-нибудь подальше.
— Мне нужен бой, — выпрямившись, ответил тот. Ичиго понимая, что на него пока не смотрят, быстро вылез из гигая и рванул на улицу. Карин сделала тоже самое. Отбежав метров на тридцать от дома, они почуяли реяцу Зараки.
— Мать твою, что ж так не везет сегодня? – тихо сказала девушка, — Ичи-нии, что мы будем делать.
— Тебе честно ответить, или сказать, что у меня есть план? — с сарказмом спросил тот.
— Уууу, домой-то как охота! – уныло произнесла Карин.
— А ты вернись, тебе там понравится, — посоветовал ей брат.
— Ой, помолчи, — прошипела Куросаки-младшая, — слушай?! А может быть нам в разные стороны побежать?!
— Идея не плохая. Тогда у нас у каждого будут шансы пятьдесят на пятьдесят, — подумав, ответил тот, — я в плане «подраться»!
— Не-а, у тебя больше шансов! – задорно проорала ему Карин, ощущая, что Зараки от них в нескольких метрах.
— Почему? – спросил Ичи, который тоже чувствовал капитана одиннадцатого отряда.
— Тебе в хронологическом порядке, или алфавитном? – решила съязвить девушка, отчетливо понимая, что это может быть её последняя подколка.
— А может, ты заткнешься? – в тон ей ответил брат, — если у тебя есть реальные причины, почему я вляпаюсь в это дерьмо, а не ты, то говори! Если нет, то лучше помолчи, а то и без тебя тошно.
— Хорошо, хорошо! – согласилась Карин, — только давай, вооон туда побежим!
Они свернули в какую-то подворотню и помчались ещё быстрей, периодически переходя с шунпо на обычный бег.
— Во-первых, ты был первым, с кем Кенпачи захотел сразиться, — стала перечислять девушка, — во-вторых, если мы разделимся, то меня будет чуть сложнее найти, так как я, в отличие от некоторых, неплохо скрываю свою реяцу. В-третьих, ты, что бросишь родную сестру на растерзание ему? – она кивнула в сторону Зараки.
— А брата тебе не жалко? – спросил Ичиго её.
— Жалко! Но себя больше! Да не волнуйся ты так, ты же сильный. Я верю в это, — с этими словами она сорвалась в шунпо и скрылась в неизвестном направлении.

Оказавшись у леса, Карин почувствовала всплеск реяцу на другом конце города.
— Значит, Ичи-нии не повезло! – немного грустно сказала девушка. Её стала жаль брата, но вдруг она застыла на месте. Где-то рядом был пустой, долго искать его не пришлось. Он был в тридцати метрах от неё. Карин очень быстро справилась с ним и хотела уже уйти, как появился ещё один, а потом ещё и ещё, и ещё…
— Да что за фигня, — заорала девушка, прорубая голову седьмому пустому, — они когда-нибудь кончатся?
Карин стала уже уставать, одно дело убивать десять за два дня. В крайнем случае, за ночь, но не за тридцать же минут. Такого никогда у неё не было. Да и по отчетам было видно, что в районах Каракуры было очень мало пустых, после той войны с Айзеном. Вдруг Карин почувствовала знакомую духовую энергию, и рядом с ней приземлились Мацумото и Хицугая.
— О, Карин-тян, а ты быстро находишь себе работу, — улыбаясь, сказала Рангику.
— Мацумото, не время болтать! – осадил её капитан.
Спустя ещё полчаса общими усилиями было убито ещё около тридцати пустых.
— Да откуда их столько, — переводя дыхание, сказала Карин, — в темном уголке размножались и не вылезали на свет божий?
— Ой, Карин-тян, а что это тебя на биологию потянуло? – все, также улыбаясь, спросила Мацумото.
— Ран-тян, а может, это ты зациклена на одном? – с иронией спросила та.
— Карин-тян, да как ты только могла подумать о таком? – надула губы рыжеволосая.
— Да я даже не думала, — ответила ей девушка, вспоминая, что о чем-то она забыла, — А вы, что здесь делаете? Вроде бы уже три часа прошло, и вы должны вернуться в Общество.
— Да мы бы так и сделали, но не можем найти нигде Зараки, — сказала Рангику, — ты, кстати его не видела.
Тут Карин вспомнила, что именно она забыла.
— Видела, он тут с Ичи-нии и со мной сначала в салочки решил сыграть, — глупа улыбаясь начала Куросаки, — а потом мы как-то разделились, точнее я решила, что нам лучше разделиться. Поэтому я не знаю где…
Она не успела проговорить, так как мимо них пронеся Ичиго с маской на лице и бан каем. За ним гнался Кенпачи с улыбкой маньяка и орал: «Стой, Куросаки! Мы ещё с тобой не закончили!». Карин не захотела оставаться в зоне разрушений и на первой космической умчалась в сторону дома.
— Что ж сегодня за день-то? – проговорила девушка, когда за ней захлопнулась дверь родного дома.
— Карин, — из гостиной появилась Рукия, — а где Ичиго?
— Ему повезло меньше, чем мне, — и, увидев недоумевающий взгляд бывшей Кучики, добавила, — он не успел убежать от Зараки.
— Ты выглядишь, как-то потрепано, — заметила та, наблюдая, как девушка влезает в гигай.
— Да! Просто, после того как я сбежала от Зараки, то встретила пустого и не одного, — как-то мрачно проговорила Карин.
— Не одного? – переспросила Рукия.
— Ага, их было штук сорок, — вспоминая, начала рассказывать девушка, — я убила десять пустых. Потом появились Мацумото и Тоширо, убив ещё штук тридцать.
— Понятно, — вдруг Рукия напряглась, — да ни черта не понятно! Почему мои датчики не сработали?
— Ты у меня спрашиваешь? – с сарказмом поинтересовалась Карин.
Через полчаса появился Ичиго. Он был весь в ссадинах, а левое предплечье было забинтовано.
— Ичи, — тут же вскинулась Рукия, — что с тобой случилось?
— Что случилось? Ну, коротко говоря, Зараки меня все-таки догнал, — спокойно сказал рыжеволосый, кивая на рану, — потом появились пустые, где-то около тридцати штук. Никогда не думал, что буду радоваться им так. Я готов был обнимать и целовать пустых. Если выбирать между ними и Кенпачи, то явно первое.
— Странно, — произнесла Карин, — мы сегодня тоже нарвались на пустых.
— Знаю, — коротко сказал Ичи, — Мацумото и Тоширо мне все рассказали. Они, кстати, и утащили Зараки. Правда, не знаю, как, но факт остается фактом.
— Это все, конечно интересно, но… — вдруг начала Рукия, — меня мучает одни вопрос: «Почему ни один из датчиков не сработал»?
— Не знаю, но мне тоже интересно, — задумчиво произнес Ичиго, — завтра схожу к Урохаре, а сейчас может быть, вы меня покормите?
— Пошли, — смилостивилась жена.
Карин, услышав о еде, вдруг вспомнила, что сегодня ещё ничего не ела и поплелась за ними на кухню.
— Ой, простите капитан. Я не думала, что вы будете заняты, — хитро улыбаясь, проговорила Мацумото, — я, наверное, помешала?
— Нет, я уже ухожу, Ран-тян, — быстро сказала Куросаки.
— А это и тебя касается, Карин-тян. Просто мы должны отправится в Общество Душ через три часа.
— Вообще-то, я тут не причем, — спокойно ответила девушка, — Мне здесь ещё две недели жить. Меня же на месяц отправили на грунт. Ладно, — быстро проговорила Карин, — мне пора домой. Пока, Ран-тян. До свидания, капитан Хицугая.

Куросаки быстрым шагом направлялась по направлению к дому. Ей хотелось рвать и метать.
— Девочка моя, успокойся. Ну, подумаешь, появился человек, такой же упрямый, как и ты. Но из этого не надо делать трагедию, — весело проговорила Мираи.
— Да! Надо было сразу же ему врезать, чтобы не задавался. Нашел на чем спать! На гру… — перехватил инициативу Широшимо, но его перебила девушка.
— А может, мы не будем вспоминать о том, что случилось сегодня утром. Хотя, — вдруг о чем-то вспомнила Карин, — Мираи, что сегодня за сон был? Я всегда все понимала, но сегодня все было так мутно и от первого лица. Значит, я могу изменить это. Но что ЭТО, я не могу разобрать.
— Карин, я сама не могу понять. Этот сон был такой странный, — чуть не плача, говорила женщина, — я даже вспоминаю все с трудом.
— То же самое и у меня, что же происходит? – это был вопрос, на который сложно было дать ответ, но возможно.

0

14

Глава шестнадцатая. Новая информация.

Сидя на кухне и поглощая ужин, до Карин вдруг дошел очень интересный факт. Эти пустые были…
— Ичи-нии, почему они были так сильны? – резко ставя чашку на стол, спросила девушка.
— Ты о чем? – не поняла Рукия.
— Ты тоже заметила? – усмехнувшись, ответил вопросом на вопрос Ичиго.
— Как тут не заметить, но я, просто дура какая-то, не сразу это поняла! – стукнув себя по лбу, возмутилась девушка.
— Ну да, а я понял сразу же, — задумавшись, сказал ей брат, — в самом начали! Зараки первого убил только через три минуты! Хотя с его уровнем капитана это не заняло и нескольких секунд. Да и мне много времени не надо.
— Так у нас тоже самое. Капитан, лейтенант и пятый офицер отряда пол часа убивали тридцать пустых. Это как так? – подняв брови, спросила девушка. Понятное дело, что вопрос риторический.
— Ничего разберемся! Я же уже сказал, что пойду к Урохаре и все выясню, — сказал Ичи, — и про приборы, и почему они так сильны, а также, почему они вылезли всем скопом не понятно откуда.
— Я с тобой пойду, — тут же отозвалась девушка, — заодно потренируюсь!
— Хорошо! – просто ответил Ичиго, — тогда ложись сейчас спать!
— Спокойной ночи! – девушка тут же умчалась наверх.

На следующий день Ичиго и Карин пошли к Урохаре, чтобы выяснить все насчет вчерашнего происшествия. Хозяин магазина, как обычно, встретил их, пряча свою улыбку за веером.
— Чем обязан? – спросил он.
— У нас к вам пару вопросов, — перешел сразу же к делу Ичи, — вы слышали о вчерашнем «наплыве» пустых?
— Да-а, а что с ним не так? – протянул тот.
— Во-первых, откуда столько много пустых? – начал задавать вопросы рыжий шинигами, — во-вторых, почему ни один из приборов и передатчиков ни у кого не сработал? И, самое главное, почему они были сильнее, чем раньше? И как будто вы не знали, что мы придем к вам, чтобы все это узнать.
— Но я, правда, не знал, что вы придете! – тут же отозвался тот, — я думал, придете только вы Куросаки-сан!
«И к гадалке не ходи! Ясно же что издевается!» — подумала Карин, смотря то на брата, то на Урохару. По Ичиго было видно, что он хочет врезать хозяину магазина, но, сдержавшись, он снова задал вопрос.
— Так почему все это произошло? – приглушенным голосом, отозвался Ичи.
— Нуу, про «почему всем скопом и так далее» — не знаю. Про приборы есть догадки, а вот почему они так сильны… — выдержав небольшую паузу, Урохара начал рассказывать, — это было при Айзене. Он решил сделать пустых сильнее, каким способом не знаю, но точно без помощи хугиоку. У него получилось, но… делиться сами по себе они не могут. И по сравнению с «нормальными», они малочисленны.
— То есть эта скотина даже из Ада нам проблем добавляет? – подвел итог Ичи.
— Да! если ставить вопрос так, то да! – согласился с ним Киске, — датчики не обнаруживают их по этой же причине!
— Но, почему они напали все вместе в одно время!? – вдруг спросила, молчавшая до этого, Карин.
— Возможно, ими кто-то управляет, — прячась за веером, протянул Урохара,
— Например? – осторожно, но в той же манере, спросила девушка.
— Не знаю, не знаю! Это уже не ко мне, — отозвался тот, — как говориться, не в моей компетенции.
— Понятно, — после минутного молчания, заявил Ичи, — раз больше вам нечего сказать, мы уходим.
— За себя говори, — тут же ощетинилась Карин, — я воспользуюсь вашим подвалом?
— Да, конечно, Карин-тян! Для вас он открыт в любое время! – улыбаясь, сказал Киске.
— Тогда я пошла. Пока, Ичи-нии! Вечером увидимся, — помахала она брату.
— Только сегодня вечером, а не через неделю! – съехидничал тот.

Оставшиеся две недели пролетели тихо: пустых было мало, «улучшенные» больше не появлялись. За день до ухода девушки, появился Ишин. Сказал, что по делам и возвращается вместе с дочерью. Утром, когда надо было уходить обратно в Общество Душ, у Карин было хорошее настроение.
— Ты чего такая веселая? – с подозрением смотря на сестру, спросил Ичиго.
— Не знаю, но я так рада, что возвращаюсь! – улыбнулась девушка.
— Чему тут можно радоваться? – удивился рыжий.
— Ты просто не понимаешь! – тут же влезла, с подзатыльником для мужа и добавкой для Карин, в разговор Рукия, — я первое время, после свадьбы, очень сильно скучала.
— Тебе тут со мной после свадьбы было скучно? – съехидничал Ичи.
— Это тут, кстати, не причем! – вдруг девушка о чем-то вспомнила и обратилась к мужу, — Эмм, а когда мы скажем?
— Да хоть сейчас! – весело отозвался тот.
— Вы о чем? – тут же спросила Юзу. Отец и Карин синхронно повернули головы в сторону молодой пары.
— Ну, у нас будет ребенок! – весело пропела Рукия.
Шок.
— Урааааа! Поздравляю! – в один голос закричали близнецы, а Ишин уже валялся в уголке, так как после крика со слезами на глазах: «Хоть я и молод, но я так рад, что стану дедушкой!», был вырублен апперкотом Ичиго.
— Знаете, обрадует вас это или нет, но первым у вас будет мальчик, — просветила их Карин.
— Почему ты так решила? – удивилась Рукия.
— Нуу, сон видела, — ответила та. В семье знали, что благодаря Мираи, девушке снятся вещие сны, поэтому не стали вдаваться в подробности. А Карин ушла в себя, ведь она видела сына брата и Рукии, во сне, где сама стала матерью.
«Да, ну и дела! Выйду замуж, рожу ребенка! И это все не понятно от кого! Мрак!» — думала девушка, выходя из дома, чтобы вернуться в свой новый и, одновременно, старый дом!

Глава семнадцатая. Отчеты, отчеты.

До магазина Урохары они дошли очень быстро. Ичиго в последний момент отделился от семьи, так как рядом возник пустой. Карин остановилась в ожидании. В последнее время она очень часто следила за братом, если тот один пошел разбираться с пустыми. Девушка также знала, что и Ичи боится за неё. Эти «новые» пустые доставили им много хлопот. Но это их работа и их обязанности.
Через пять минут вернулся брат и Карин, вздохнув, пошла вместе с ним к магазину, догоняя остальных.
— Значит нормальный? – в пустоту спросила девушка, когда они поравнялись с остальными.
— Да, нормальный, не модифицированный, — мотнул молодой мужчина головой.
Со стороны был пустой и глупый диалог, да и того не было. Просто пара фраз кинутых в пустоту. Но для идущих рядом пятерых людей это были не просто слова.
Появление новых пустых не ввело всех в панику, но держало всех в ожидании чего-то другого, что ли. Но они старались не обращать на это внимание.
— Ооо, да вы в полном составе! – восторженно поприветствовал их Урохара, размахивая своим веером, как вентилятором.
— И вам доброго утра, Киске-сан, — махнула рукой Карин.
— Что вы так не дружелюбны, Карин-тян? – спросил её хозяин магазина с улыбкой а-ля «я у мамы дурачок».
— Да нет, что вы! – в той же манере ответила ему девушка, — у меня настроение просто класс! Только вы мне объясните, зачем поднимать меня в шесть утра, если мы отбываем почти в час дня!?
— Это не моя вина! – пожал плечами Урохара, косясь на Куросаки-старшего. Тот, как обычно включил дурочка, и лез к Ичиго, за что и получил с ноги в челюсть. Вообще, Карин уже давным-давно интересовал вопрос: почему у Ишина челюсть ещё в порядке. За столько лет она должна была быть уже раздроблена. Чудеса рядом с нами, однако.
Быстро попрощавшись со всеми, отец с дочерью шагнули во врата. Моргнув, Карин осознала, что она уже в Обществе. Тут даже дышалось по другому. Повертев головой, девушка увидела спешащую к ним Мацумото.
— Добрый день, капитан Куросаки, Карин-тян, — улыбнулась она им, — как у вас дела!?
— Ах, да все нормально! – тут же влез Ишин, — я бы с вами поболтал, да мне надо с отчетом к сотайчо. Поэтому извините меня!
— Да-да, конечно! – притворилась китайским болванчиком Рангику, — ну а мы с тобой Карин-тян, пойдем в свой отряд. Нас там ждет такая увлекательная работа.
— Какая? – осторожно спросила её девушка.
— Да не беспокойся, тебе понравится! – продолжала улыбаться рыжеволосая.
Если Куросаки и думала, что Мацумото что-то не договаривает, то она явно недооценила её. Увлекательной работой оказалось кипа отчетов, которые, казалось, не разбирали не то что несколько дней, а несколько недель.
— Вы чем тут занимались? – обалдело спросила её Карин.
— Да так, — шаркая ножкой, мотнула головой Рангику, — но если ты мне с этим не поможешь, то головы мне точно не сносить.
— Хорошо, но только из-за того, что я альтруистка и толерантно воспитанный человек, — согласилась девушка.
Правда, после часа работы она об этом пожалела и очень сильно. Карин никогда не думала, что она сможет умереть от писанины. Все-таки — чудеса, действительно, рядом с нами. Развеять столько мифов за один день, это нечто.
— Ран-тян, почему здесь столько отчетов? И где капитан? – задала вопрос девушка.
— Капитан на миссии, должен вернуться завтра, — с поникшей головой сказала та, — он сказал, что если я не разберу эти все отчеты, то он меня отправит в четвертый отряд на принудительное лечение от алкоголя.
— Н-да, наш капитан – зверь! – стараясь не смеяться, проговорила Карин, — но ты ты не ответила на первый вопрос.
— Понимаешь, — начала подбирать слова лейтенант, — я раньше, когда отчеты делала, некоторые забывала и убирала в дальний ящик стола. А недавно их нашел капитан…
— Понятно, — перебила её девушка. Дальше объяснять не надо было
После они просидели в тишине, думая о своем. Куросаки: как бы справиться со всем этим побыстрее. А Мацумото: как бы свалить от сюда побыстрее. Вроде мысли сходятся, а вроде и нет.
— Да когда это уже закончится!? – взвыла Карин. Они сидели за этими отчетами восемь часов, и уже давным-давно была ночь.
— Карин-тян, тут осталось всего пару листиков, — при этих словах, Рангику сделала кавайные глазки.
— Хорошо! Иди уже отсюда, сама закончу, — проявила благородство девушка.
Два раза повторять не надо было. Через три секунды (если не меньше), Мацумото и след простыл. «Мне бы так», — немного ошарашено подумала девушка. Следующий час она все также разбирала бумаги. Радовало одно: эти «пара листиков» были последними. Правда, глаза слипались, а ноги упорно не хотели нести к своей комнате. Но, собрав последние силы, Карин доползла, с почти закрытыми глазами, до дверей родной спальни. Она так устала, даже свет включать не стала.
— Ой, больно-то как!!! – взвыла Куросаки, когда запнулась о низкий столик около двери, — и откуда здесь это чудо света? Когда я уходила, его тут точно не было. Мацумото, поди, всякого хлама нанесла.
Карин было так лень идти в ванную, что она просто расстелила футон, который находился в другом месте. «Нет! Я точно прибью Ран-тян», — и это была последняя мысль на сегодня. Через несколько секунд она уже спала беззаботным сном, даже не подозревая какое её ждет пробуждение.

Глава восемнадцатая. Невезения продолжаются.

«Их больше?» — это я?
«Да, двое отделились» — сухой ответ.
«Этих оставляем на вас, остальные наши!» — знакомый голос.
«А, черт, почему вам все самое лучшее?» — ммм… Гриммджоу?
Вдруг сон стал немного четче. От Карин и ещё нескольких человек уходили двое аранкаров: Гриммджоу и Улькиорра. Девушка повернулась и увидела рядом с собой Юмичика. За спиной были ещё двое, но их лица она не могла рассмотреть. Картинка сна менялась с хорошей на полную темноту. Причем так часто, что понять ничего нельзя было!
Они продолжали быстро передвигаться, как вдруг внезапно остановились. Почему-то сон не передавал никаких ощущений, как обычно это происходило. Все чувства, как будто, были отключены. Ни прикосновений людей, ни порывов ветра, который гнул деревья к низу, ни окружающего шума — ничего не было. Вкус, цвет, запах были размыты или совсем не ощущались.
У Карин ещё никогда не было такого странного сна. Обычно все довольно ясно или немного расплывчато. А тут… Тут все было, образно говоря, покрыто туманом. У девушки даже во сне начала болеть голова от перенапряжения, но понять было не возможно. И это реально бесило и выводило из себя; незнание убивало Карин без малейших намеков на сожаление.
Открыв глаза, Куросаки посмотрела в темноту. Ей показалось, как будто, кто-то зашел в комнату.

«Опять галлюцинации!» — вздохнула девушка и погрузилась в свой внутренний мир. Как обычно её встретила заснеженная полянка и уютный особняк. Зайдя в него, она повернула налево. Куросаки оказалась права, думая что, найдет счастливую парочку в главном зале.
— Карин, привет! – весело отозвался Широ, Мираи только кивнула головой. На её лице была теплая улыбка, но в глазах было понимание, озабоченность и беспокойство.
— Ты по поводу сна? – спросила девушку та.
— Да, — плюхаясь в уютное кресло пред камином, мотнула головой Карин, тем самым, подтверждая догадку своего зампакто, — меня такое странное ощущение, как будто мою судьбу решают у меня за спиной или стенкой. Ну, или типа того.
— Я тебя понимаю, — Мираи подошла к ней, — и я думаю, что твое последнее предположение попадает прямо в десяточку.
— В смысле? – в один голос спросили Широшимо и Карин.
— Мне кажется, что сейчас главнокомандующий решает, кого именно послать на миссию, — наконец сказала женщина.
— Ты вон о чем! – протянула Куросаки, — может ты и права. Но навряд ли мне что-нибудь назначат. Я же только что вернулась.
— Это не имеет никакого значения! – пожал плечами Широ, — пойми, не мы решаем это. Если твои способности подойдут лучше всего, то отправят тебя. Ты же не ранена или при смерти.
— Он прав, — поддержала того Мира, — здесь ничего и не от кого не зависит. Не только мы можем изменить свое будущее.
— Грустно, — вздохнула Карин, — мое будущее решают за меня!
— Прости, родная, но это так. Хотя, — тут Мираи улыбнулась ей своей светлой улыбкой, которая могла приободрить любого, — свою судьбу мы решаем сами!
— Тебе не кажется, что в какой-то степени – это одно и тоже? – приподняла брови девушка.
— Может быть у кого-то, это одно и тоже, — снова вступил в разговор Широшимо, — но у нас это совершено разные вещи.
— Возможно, — согласилась с ними девушка, — у вас тут так уютно, что обратно уходить не хочется.
— У нас тут уютно, только из-за тебя, — улыбаясь, сказала женщина, — ведь это ты создала этот мир.
Вдруг Мираи перестала улыбаться и задумалась.
— Карин, а где ты засыпала? – спросила она у ошарашенной девушки.
— В постели, — сказала та первое, что пришло ей в голову.
— Ммм, ну это понятно. А в ЧЬЕЙ постели ты засыпала? – все так же задумчиво допрашивала её зампакто.
— Что за тупые вопросы? Конечно же, в своей! – взорвалась Карин. Терпение у девушки не всегда было много.
— Да? – с сомнением переспросила её Мира и, увидев кивок, тихо пробормотала, — ну, тогда это он дверью ошибся!
— Ты о чем? – Широ тоже ничего не понимал, но последнее высказывание, в отличие от Куросаки, услышал.
— Ладно, вы тут разбирайтесь, а я, пожалуй, пойду. Посплю немного, — и, махнув рукой, девушка вернулась в реальность.

Снова почувствовав мягкость подушки под головой, девушка устроилась поудобнее, надеясь сразу же провалиться в сон. Пробубнив при этом, что завтра оторвет кому-то голову, за то, что в её комнату натащили всякий хлам. Но…
Как часто в нашей жизни появляются эти НО? Тогда, когда не надо? Да, безусловно! Тогда, когда тебе нужно точно знать? Да, всенепременно! И даже тогда, когда человек хочет просто поспать или сделать что-то другое, но такое же безобидное, светлое и доброе *в относительном понимании*? Конечно же, ДА! Вот и в этом случае не обошлось без такого вот вредного НО. А точнее: когда Карин уже хотела помахать ручкой реальности и отбыть в царство Морфея, вдруг похолодало, за тем включили свет, а над ухом раздалось грозное и тако-о-ое знакомое: «КУ-РО-СА-КИ!».
Подпрыгнув на постели, Карин начала щуриться от яркого света. Когда к ней вернулось зрение, то она увидела грозно надвинувшегося на неё Тоширо. Все бы ничего, но он, похоже, был только что из душа: с пепельных волос капала вода, вокруг бедер было опоясано полотенце. А вот выражение лица капитана не предвещало ничего хорошего.
Ну, вы тоже посудите: приходит человек с миссии, не смотря на то, что — гений *в таком-то возрасте стал капитаном*, он все равно устал. Спать охота жуть, но и помыться тоже надо. Поэтому, юное дарование, дабы сэкономить время, не включает свет, а сразу же идет к ванне. И вот, когда уже желанная постель в десятках сантиметрах, на ней кто-то начинает ерзать и бормотать о членовредительстве. Хицугая, конечно, понимает, что на такое способен лишь один человек, но до последнего в это не верит. Но его надежды распадаются карточным домиком, когда он включает свет и видит на своей постели ту, которую ожидает увидеть СЕЙЧАС меньше всего.
— Тоширо? – осипшим голосом спросила Карин, — а… как… нет… ты, вы… я…
— Короче! – тихим, но о-о-очень злым голосом прервал её попытки сформулировать хоть что-то тот.
— Короче? – переспросила девушка, но в следующую секунду речь к ней вернулась вместе с характером, — ты че тут забыл?! Вообще оборзел?! Думаешь если капитан, то можешь просто так приходить к людям по ночам в комнату?
Конечно же, умный человек, подумал бы, что тут что-то не так. Но Куросаки есть Куросаки. Сначала надо поорать, а потом и во всем разобраться. А то потом перехочется кричать и всем доказывать, что они тут самые умные. Хицугая, как и все, в принципе, сначала офигел от такого заявления, но очень быстро пришел в норму.
— Что я тут делаю? – спокойным голосом начал он, — А действительно, что Я делаю в СВОЕЙ комнате? Очень интересный вопрос! Не находишь?!
— В своей?! – наконец, до Карин медленно, но верно, доходит осмотреться. С каждым новым брошенным взглядом, она понимает, что находится не в своем любимом жилище.
«Ух, ты! А он, оказывается, плюшевых мишек любит!» — хихикнула в своих мыслях девушка. Смеяться в открытую сейчас не решился бы даже Генрюсай.
— Ну и, Куросаки? Ты можешь мне что-нибудь сказать? – склонился над ней Тоширо, тем самым, открывая обзор на входную дверь. Увидев её, девушка опять лишилась дара речи.
— И что это значит? – пробормотал капитан, смотря, как Карин одной рукой удерживает одеяло, а другой что-то пытается показать. С губ же девушки срываются не членораздельные звуки.
Наконец, догадавшись повернуться, парень видит не совсем хорошую, а точнее совсем нехорошую картину. С порога на них смотрят две «веселые» пары глаз, одна из которых напоминает лисьи, а другая… это даже описать нельзя.
— Капитан, а что вы тут делаете? – весело спросила Мацумото, осматривая почти голых молодых людей.
— А мне намного интереснее, что тут делаете ВЫ? – вопросом на вопрос ответил ей Тоширо, голос которого стал ещё холоднее. Наезд, как говориться, из многих передряг спасал. Но этот метод, устарел в тот момент, когда на свет Божий появились Рангику и Ичимару.
— Да ладно вам, капитан Хицугая, — тут же откликнулся Гин, улыбаясь хитрее, чем обычно *куда уж больше?*, — мы просто мимо проходили, а тут слышим крики какие-то, решили посмотреть.
— Посмотрели? Тогда может быть, вы уйдете из моей комнаты? – попросил их Тоширо, на деле же тупо выгоняя их куда подальше.
— Да-да, конечно, капитан! – весело сказала Рангику, стараясь как можно быстрее ретироваться от своего любимого начальства на край земли.
— Я, наверно, тоже пойду, — тихо сказала Карин, одеваясь. Так быстро она ещё никогда не одевалась, даже когда на футбол опаздывала. Наконец, когда она оказалась в своей комнате, девушка вздохнула с облегчением.
«Н-да, если я ещё раз окажусь с ним в одной постели, то… не знаю что тогда, но это точно будет катастрофа! Да ещё эти разговоры о судьбе с Мираи и Широшимо. Веселый денек, ничего не скажешь» — угрюмо подумала Карин, снова ложась спать.
Вот только, стоит ли говорить, что в двух комнатах, где живут такие разные люди, начиная от их половой принадлежности и заканчивая характерами, сегодня никто не уснул?

Глава девятнадцатая. Так бывает.

На следующее утро Карин надо было появиться в кабинете капитана с утра. Отчитаться в проделанной работе на грунте и заняться отчетами. Спать хотелось жуть, но идти надо было. Всю дорогу до кабинета она думала, как поведет себя её капитан.
«И что это за мысли? Почему это он мой? Он не мой!» — начала бить себя мысленно Куросаки.
— Да, девочка моя, ты влюбилась, – ласково раздалось в её голове.
— Мираи! Что за чушь? – возмутилась девушка.
— Я тоже думаю, что это чушь! – взорвался Широшимо, — как она могла влюбиться в такого идиота?
— Он не идиот, — возмутилась Карин, но тут же прикусила язык. «Что это я вдруг его защищаю?», — спросила сама у себя та.
— Вот, она его уже защищает, — с улыбкой проговорила женщина. Это хоть и не было видно, но явно ощущалось в голосе.
— И что? Мне нельзя его защитить от нападок? – решила выкрутиться по своему девушка, — он все-таки капитан отряда, как он может быть идиотом?
— Родная, я, конечно, понимаю, что признаваться сложно, — мягко начала Мираи, — но мы часть твоей души. Даже Широ возмущается только для виду, потому что он тоже чувствует твое отношение к этому человеку. Кого-кого, но нас тебе не обмануть.
После этих слов зампакто замолчал, а Карин и не хотела их вызывать. Ей нужно было подумать о том, что только что услышала. Да, безусловно, ей нравился Хицугая, это и отрицать не стоит. Но влюбиться и любить. Она знала, что это за чувство, но только по отношению к родным. Она любила Юзу, свою вечно беспокоившуюся за всех сестру. Она любила Ичиго, ещё больше беспокоившегося, особенно за семью. Она любила Ишина, пусть он ведет себя как идиот, пусть придуривается и лезет со своими дурацкими идеями, но он тоже любит своих детей и готов их защитить. Но любовь другого рода Карин никогда не ощущала.
Ту любовь, которая может стать для человека опорой и надеждой. Заставит совершать глупости, но вместе с тем, станет возможностью преодолеть любые преграды. Та любовь, которая обволакивает теплым одеялом, и становиться самым прекрасным чувством на земле, давая тебе все что ты захочешь. Та любовь, которая станет для тебя защитником от всех бед, потому что ты знаешь, что она будет вдохновлять и радовать. Но… опять это но! Есть и другая сторона медали, которую Карин боится больше всего.
Её мысли прервались тем, что она подошла к кабинету капитана. Постучав, она вошла. К её огромному разочарованию разговор с Мираи ещё вертелся у неё в голове, поэтому она новым взглядом, если можно так сказать, посмотрела на Хицугая.
— Куросаки? – чуть щурясь спросил тот, по его виду нельзя было сказать, что с ним что-то не так, но в действительности Тоширо не спал всю ночь.
— Я принесла отчет о моей проделанной работе на грунте, — протягивая документы, произнесла Карин.
— Понятно, — быстро просматривая документы, продолжил Тоширо, — отчеты получишь у третьего офицера. Их немного, поэтому после у тебя совместная работа с шестым отрядом. Приказ сотайчо.
— Ясно, — коротко ответила девушка, — можно идти?
— Да, — но на пороге её остановил голос капитана, — забыл предупредить, это по «новым» пустым. В связи с тем, что их не так много, как «нормальных», было принято решение истребить их всех.
— Но, капитан, — начала Карин, — их не может обнаружить ни один прибор. И если я правильно поняла их частота отличается и от простых пустых и от арранкаров. Как тогда поступать? И при чем здесь я?
Хицугая удовлетворено кивнул. Пусть эта девушка была со своими тараканами в голове, пусть у неё был характер, как у брата, но она была очень умна и сообразительна.
— С этим уже разбирается Маюри. Похоже, они находятся «посередине» между первыми и вторыми, — пояснил Тоширо, — а ты при том, что у тебя есть опыт с ними сражаться, да к тому же ты пятый офицер, поэтому, тебя, скорее всего, и направят в отряде «по устранению».
— Понятно, — девушка о чем-то задумалась, — а когда это произойдет?
— Не раньше чем через две-три недели, — Тоширо опять удивился тому, что она задает действительно нужные вопросы, — все теперь можешь идти.
— Ясно. До свиданья капитан, — задумавшись, произнесла девушка.

После этого разговора прошло больше двух недели, а Карин все также ничего не могла понять ни во сне, ни на яву. Все тот же сон ей снился, но все также было размыто. Правда с тех пор, как Хицугая сказал, что она войдет в группу по устранению пустых, сны и стали четче. Но все равно было нечетко видно. Хотя она смогла разобрать, что вместе с ней и Юмичика были Икаку и Ренджи. Хотя иногда и их лица нельзя было рассмотреть. Сидя на крыше своего отряда, она говорила с Мираи. Девушка решила, что главнокомандующий ещё не решил с выбором.
— Я тоже так думаю, — поддержала её догадку Мираи и, задумавшись, спросила, — ты снова пойдешь той дорогой?
— Да, пойду, — наклонив голову, тихо ответила ей девушка.
Дело в том, что уже в течение недели Карин ходила одним путем, через обрыв, где стояло одинокое дерево. Под ним сидел Хицугая, и девушка каждый раз хотела подойти к нему, но каждый раз останавливалась. Также она не могла вспомнить, где уже видела это дерево.
— И после этого ты все ещё отрицаешь, что влюбилась? – вздохнув, спросила её Мираи, а потом хитро поинтересовалась, — а хочешь, я спрошу у Мару, как к тебе относится его капитан?
— Нет, только не это! – возопила девушка так, что даже Широшимо решил вмешаться в разговор.
— А почему? – не понял он.
— Я… я боюсь, — тихо сказала она, обняв колени, — боюсь того, что я ему безразлична, или ещё хуже того – противна. Я, похоже, действительно влюбилась, — горько усмехнувшись, сказала Карин.

На следующий день был экстренный сбор капитанов. После него Хицугая вызвал Куросаки к себе.
— Сегодня вечером ты направляешься на грунт, — как всегда спокойным голосом начал тот, — цель миссии ты знаешь. Ты в одной команде с пятым и третьим офицерами одиннадцатого отряда, а также лейтенантом шестого. Все ясно?
— Да, — быстро ответила Карин, — а как мы их будем выслеживать?
— Капитан Маюри передаст все, что вам понадобится Абараю Ренджи, — просветил её Тоширо, — вы выступаете сегодня вечером!
— Ясно, могу идти, — и, увидев кивок головы, вышла. А Хицугая ещё долго смотрел на дверь, из которой вышла девушка.

Глава двадцатая. Обрывки будущего.

Карин оказалось первой, кто пришел к вратам для перехода в человеческий мир. Но её это даже порадовало. Ей хотелось подумать и поговорить с Мираи насчет своего сна. Сегодня он был четче. Но Карин проснулась в самый важный момент. Правда иногда, получалось так, что полностью сон могла видеть её зампакто. Поэтому она решила поговорить с Мираи. Присев около колонны врат, Куросаки ментально вызвала свою любимую и дорогую предсказательницу.
— Да-да, я тебя слушаю, — весело отозвалась та.
— Мираи, — хмыкнула девушка, — ты же знаешь, зачем я тебя позвала!
— Знаю, — все также весело ответила ей та.
— Ну, как? – задала ей вопрос Карин, — ничего не видела после меня?
— Нет, точнее я видела все расплывчато, — задумчиво произнесла она, — тебе показать остатки сна, которые ты пропустила?
— Да, давай! Может хоть я что-нибудь пойму, — с вздохом сказала девушка перед тем, как погрузиться в хранилище своих снов.
Эта место было похоже на видеоархив на компьютере. Здесь были начальные страницы снов в виде картинок. Они были разложены, если можно так сказать, по порядку, начиная с первого вещего сна. Самое интересное, что это было в четыре года, а связано с тем, что ей подарят на рождество. Пока Мираи искала нужный «файл», девушка смотрела на свои остальные сны, которые проносились перед её глазами. Вдруг перед её носом мелькнула картинка с деревом.
«Хм, а это случайно не то дерево?» — сама себе задала вопрос Куросаки, — «да, неееет! Невозможно. Мне вроде не снилось это дерево, тем более так давно. Или все-таки снилось? Аааа, запуталась! Потом разберусь с этой мурой, сначала — последний сон. Это важнее!»
— Вот, это! – воскликнула Мираи, отвлекая девушку от странных мыслей и возможных воспоминаний, — готова?
— Да, — кивнула головой та, и тут же в её голову полезли остатки сна. Ощущения, я вам скажу, ниже среднего. Такое чувство, что тебе вскрыли черепную коробку и пытаются вколотить, да-да! именно вколотить, информацию.
Сперва «полетели» части сна, которые она видела, но они были четче, чем раньше. А потом наступила темнота, и вдруг…
— Их надо как-то найти, — мужской, чуть резковатый голос.
— Может быть, я попробую? — женский голос.
— Чем… можешь… — было плохо слышно, и картинка, которая раньше была размытая, теперь стала совсем непонятной. Слышались только отдельные фразы, но потом и они исчезли. А потом что-то поменялось. Сначала, Карин никак не могла понять, чем именно этот сон отличается от других. Темнота, обрывки фраз, чувство беспокойства и непонимания, ощущения ветра… СТОП! Вот, именно этого и не было. Пусть было ничего не понять из разговоров, пусть было ничего не видно. Но были ощущения.
Ветер! Как давно она не чувствовала его во сне. Пусть это был не ветер реальности, но он был. Всегда в её сне он БЫЛ! А потом исчез, вместе со всеми ощущениями.
«Он что-то принес ещё!» — стараясь понять, что именно, Карин полностью отдалась сну, — «ощущение битвы. Вот что это было. А ещё боль, она принадлежит не только мне. Странно и… реалистично! Это слово очень хорошо сюда подходит»
Потом снова стала возвращаться картинка и голос. Знакомый и безнадежно дорогой. Он звал её по имени, просил очнуться. Но девушка смотрела в небо, темное, ночное, с множеством звезд. «Такое красивое!» — выдохнула Карин. Пусть это всего лишь сон, но как реалистично и красиво.
Обидно было только одно: она могла смотреть только на эти красивые и завораживающие звезды, но никак не на человека, который стоял на коленях рядом с ней, лежащей на земле, и звал. Очень обидно.

«Как хочется прижаться к нему. Он кажется таким родным и нужным. Может это Ичи-нии? Нет, не братик, рядом с ним у меня немного другие чувства. Тогда кто? Точно не отец, он бы уже либо драму устроил, либо отнес к Унохане-сан в отряд. Уже голова болит от перенапряжения! Не могу больше думать»

Открыв глаза, она оказалась в своем внутреннем мире. Рядом стояли Мираи и Широшимо.
— Ну, что? – спросил её Широ, — есть подвижки?
— Есть, — хмуро смотря на свое грозное оружие, произнесла девушка и устало добавила, — но меня они совсем не радуют. Даже так: мне стало ещё хуже оттого, что я увидела, а точнее почувствовала.
— Что? Все так плохо, — вздохнул тот.
— Да, — вместо Куросаки ответила Мираи, она тоже выглядела далеко «не комильфо», — я все видела. Но знаешь, что мне не нравиться больше всего?
— Что? – приподнимая брови, заинтересовано спросила девушка.
— То, что я всегда могу определить человека, даже если его не вижу, находящегося рядом с тобой, — задумчиво сказала женщина и, чуть не плача, добавила, — но в этот раз, я так не могу!
— Подожди! – вскинулась Карин, — то есть, как это? Ты можешь сказать, кто находиться в моем сне?
— Да, — продолжая думать о чем-то своем, ответила ей Мира, — но «этот» меня уже достал! Я не могу его узнать, точнее опознать. Потому что я его точно знаю, но…
— Уже достал? То есть он был и раньше? – допытывалась девушка.
— Да, — с некоторой неохотой сказала Мираи, — это за него ты выходишь замуж, от него рожаешь ребенка и так далее, и тому подобное…
— Интересно! – сказать, что Карин была удивлена, означает ничего не сказать, — это как-то неожиданно.
— Ага, — подтвердил Широ, более одного слова он сказать не мог.
— Ну, зато мы узнали… — начала, было, женщина, — да ничего мы не узнали!
— Действительно, — с вздохом произнесла Карин, — как я не старалась, но то, что мы узнали, понять сложно.
— Не тебе одной, — пробубнил Широ. Он в отличие от этих двоих вообще ничего не понял, хотя… может это и к лучшему.
— Ладно, Карин, — резко повернувшись, сказала Мираи, — тебе пора! Скоро к тебе подойдут.
— Хорошо, — закрывая глаза, произнесла та, — спасибо за помощь. Пока!
— Будь осторожна, — ласково добавила напоследок Мира.
— Мы тебе всегда поможем, — обнадежил её Широшимо.

Открыв глаза, девушка осмотрелась. К ней спешил Ренджи, похоже, её временное отсутствие никто не заметил.
— Йо, Куросаки, — подойдя к девушке, махнул рукой Абарай, — как дела?
— Нормально, — весело ответила ему девушка. Удивительно, но после всего того, что только что произошло, Карин могла весело разговаривать с друзьями. Наверно это из-за того, что она не любила перекладывать свои проблемы на других, особенно на родных и близких людей. Наоборот, в их обществе ей становилось легче: легче дышать, легче принимать реальность, легче быть сильной. Но иногда – обмануть друзей и родных не получалось *а порой и не хотелось* и приходилось все рассказывать. Но это тоже было плюсом: они всегда могли выслушать и помочь.
Через пять минут к ним присоединились Икаку и Юмичика.
— Все всё знают? – спросил собравшихся Ренджи и, увидев кивки, продолжил, — вот эти приборы должны нам помочь в выслеживании. Пользоваться ими, как старыми, просто они на другой частоте работают. Все понятно?
— Да, — хором не впопад ответили ему остальные.
— Тогда выдвигаемся!

Глава двадцать первая. Перед столкновением.

Прохождение через врата как обычно прошло успешно. Куросаки оглянуться не успела, как они оказались на крыше не очень высоко здания. Осмотревшись, Карин поняла, что уже глубокая ночь.
— Ну, и что мы будем делать? – спросила девушка в пустоту, смотря, как в одних окнах гаснут огни, а в других только зажигаются.
— Ждать, — краткий ответ, не от пустоты, правда, а от Ренджи.
— Аааа, ужас, какой! – воскликнул Икаку, — побыстрее бы их всех перебить!
— Ты так сильно хочешь домой? — смотря на прибор, спросил его Абарай.
— Ты, с какого дуба рухнул? – язвительно вопросом на вопрос ответил ему тот, — с очень высокого или пониже? Следующий раз матрас не забудь подстелить, чтоб падать было мягче! – и, заметив раздраженный взгляд лейтенанта, пояснил, — я хочу подраться! А то что-то скучно стало в последнее время.
— Ты и так каждый день дерешься! — решил подколоть его Юмичика, — вы представляете, он на прошлой недели со своей жаждой подраться чуть на капитана не напоролся.
— И что? – не отрывая взгляд от звездного неба, поинтересовалась Карин. Поинтересовалась скорее из вежливости, а не от желания узнать, в чем дело. Её брови превратились в одну линию, так как она пыталась проанализировать свой сон, который она увидела сегодня перед этим. Шестое чувство подсказывало ей, что эта миссия и он — связаны.
— Да ничего, — смеясь, ответил пятый офицер одиннадцатого отряда, — просто я раньше никогда не видел, чтобы Икаку так быстро бегал.
— Ну, да! Я то знаю, какого это, — так же весело отозвался Ренджи, — до сих пор помню, что физически недоразвитых в одиннадцатом отряде никогда не было.
— Неужели вы все бегали от Зараки? – все-таки задала вопрос Карин: любопытство взяло верх над мыслями.
— Если бы, — фыркнул Икаку, отворачиваясь от девушки и направляя свой взгляд ночной город.
— Не поняла, — приподнимая брови, спросила девушка. Похоже, привычка так говорить, досталась ей от брата.
— Да что тут не понятного? – хмыкая, сказал Абарай, — ты посмотри внимательней на всех присутствующих и поймешь.
Посмотрев сначала на надувшегося Икаку, а потом на светящегося Юмичику, Карин решила больше не задавать глупых вопросов. И так понятно кто был самым счастливым во всем Готей-13. Поверьте, не столкнуться с Кенпачи – это истинное счастье для любого шинигами из Общества Душ и не только. К этим «и не только» относятся Ичиго и Карин. У них это, особенно у первого, главная мечта.
Вдруг приборы начали пищать, и все сразу же схватились за них. На экране появились точки, причем разного света. Больше всего было красных точек, которых было где-то в половину больше, чем голубых. А меньше всего – точнее штуки четыре – было точек желтого цвета.
— И что это значит? – скривившись, спросил Икаку.
— А? Я вам не объяснял, когда их раздавал? – удивлено спросил Ренджи и, увидев гневные взгляды, начал пояснять, — новые пустые обозначены красным цветом. Так как их много то нас четверых явно маловато, не находите?
— Находим, — подтвердила его слова Карин, — дальше-то что?
— А то, что мы не один отряд, — вздохнув, продолжил лейтенант шестого отряда, — голубые точки – это шинигами.
— Их много, — задумчиво произнес Юмичика.
— Насколько мне известно, в команды входят четыре капитана: Сой Фонг, Кучики, Хицугая и Куросаки, — смотря на Карин, сказал Ренджи, особенно выделяя последние два имени.
— ЧТО? – глаза девушки, похоже, решили попрощаться с хозяйкой, — но почему они мне ничего не сказали. Ладно, капитан, но отец!
— Вообще-то там ещё и твой братец, — хмыкнув, решил добить её последним известием добрый дядя Абарай.
— Зашибись, — коротко, но емко. Девушка думала, что прибьет их всех при первой же встрече, — надеюсь, Мацумото там не будет?
— Стремлюсь тебя разочаровать, — ещё ехиднее *куда уж больше?* улыбаясь, сказал Ренджи, — они вместе с капитаном десятого отряда будут прикрывать нас с северо-запада. Северный сектор закреплен за Ичиго, капитаном Кучики и нашим третьим офицером Рикичи.
— Ясно, — сморщившись, процедила Карин и, уже надеясь на худшее, задала свой следующий вопрос, — а где будет отец?
— Он будет далеко от нас — в противоположном направлении, вместе со своим лейтенантом, капитаном Сой Фонг и подразделением кидо. В этом месте пустых будет больше всего, поэтому там намного больше и сильнее сгруппировали силы.
— Сюда даже кидо направили, — присвистнул Юмичика, — неужели все так страшно?
— Это было решение сотайчо, — пожал плечами Ренджи, будто говоря, что он тут не причем, и вообще: «моя хата с краю, знать ничего не знаю», — наверно хотят всех их перебить за эту ночь. Наша позиция тоже далеко не из самых приятных, но вокруг нас довольно-таки неплохая поддержка. И это все потому, что сюда кинется вторая по численности волна пустых.
— А возможно всех за раз выманить? – с иронией в голосе спросила Карин, — их же неизвестно сколько.
— Об этом тоже позаботились, — устало сказал владелец Забимару, — я не знаю, как вам это объяснить, но… короче, капитан Маюри вместе с Урохара, кстати, придумали какой-то приборчик. Он наполняет город присутствием сильных душ и выманивает пустых на «свет Божий». Ясный перец, что душ-то никаких нет.
— А ты говоришь, что не знаешь, как объяснить, противный! – отвернулась от него Карин, — лично мне все понятно, пока понятно.
— Ладно, что мы будем делать? Выдвигаться? – спросил Икаку. Он уже был готов кинуться на всех с криками, танцами, плясками… *ой, что-то автора не туда понесло*
— Подожди, ещё не установилась связь с остальными, — снова начал пояснять Ренджи, — как только все будут готовы, а пустые двинуться в нужном для нас направлении, можно будет выступать.
— Эм, — вдруг вмешалась Карин, её взгляд был направлен на экран прибора, — не хочу прерывать ваш милый разговор, но у меня тут возник вопрос, который меня уж очень сильно волнует.
— Какой вопрос? – снова начал раздражаться Абарай, — что же вы меня все сегодня не понимаете! Что я неясного сказал?
— Ну, ты про это вообще-то не говорил, почти, — запинаясь, произнесла девушка, немного испуганным взглядом смотря на Ренджи.
— И про, что это я почти не говорил? – приподнял одну бровь тот.
— Ну, ты сказал про красные и голубые точки, а про желтые – ничего, — указала пальцем на экран девушка, — кто это такие?
— А, ты вон про что, — как-то не очень хорошо улыбаясь, произнес Ренджи, — это наши враги и союзники. Так сказать у нас с ними нейтралитет. Им эти пустые тоже поперек горла уже встали. Капитан мне говорил, что они их по всему Уэко Мундо гоняли, но поймать и перебить не смогли. У пустых, похоже, чувство самосохранения очень хорошо развито.
— Ты говоришь про… — начал Юмичика, но Абарай его перебил.
— Да, я про аранкаров, — с улыбкой сумасшедшего подтвердил тот.

0

15

Глава двадцать вторая. Столкновение.
Через пару минут появились два источника реяцу, все сразу же поняли, что это арранкары. Ещё через несколько секунд появились Улькиорра и Гриммджоу.
— Привет, шинигами, — с вечной усмешкой поздоровался Гримм. Улькиорра ограничился кивком. Как обычно, они были в своей манере. Вечно задирающий всех Секста, и пофигист Кватро. Что тут ещё добавить?
— Вы как-то поздновато, — наклонив голову, проговорил Ренджи.
— Ты че лопочешь, я мог вообще не приходить! – рявкнул Гриммджоу, а Шифер снисходительно посмотрел сначала на одного, а потом на другого.
— Да ладно вам, — тут же вмешался Икаку, — может, теперь мы пойдем? Скоро сражаться будем?
— Боже, что за идиоты меня окружают? – задал себе вопрос Абарай, — я же уже сказал, что, как только наладят связь с другими, мы сможем выдвигаться. А пока это не случилось, мы должны оставаться на месте, ясно?
— Да, — в один голос сказали остальные, не считая арранкаров.
— Не хочу вас прерывать, — раздался спокойный голос Улькиорры, — но, если я правильно понял, связь налажена с начала нашего появления.
— Что за черт! – взревел Ренджи, но, посмотрев на экран, понял, что Улькиорра прав, — блин! Капитан Кучики? Да, мы на месте. Можем выдвигаться? Ясно.
— Ну, и что? – решил рискнуть последним здоровьем Юмичика, — что сказали?
— Пустые движутся в нашем направлении, через пять минут, максимум, они будут здесь, — продолжая смотреть на экран прибора, где обозначены пустые и шинигами, проговорил Абарай.
— А кто ещё с вами пришел, — спросила у Гримма Карин, — а то тут показаны ещё двое.
— Это Ноитора и Нел, — мотнул головой Гриммджоу.
— А они друг друга не перебьют? – приподнимая брови, спросил Икаку.
— Нет, — с неохотой проговорил Секста, — Улькиорра сказал, что убьет их сам, если они начнут «собачиться» между собой.
— Что, так и сказал? – не поверила Карин.
— Ну, прям как мне сейчас – взглядом, — снова пояснил Гримм.
— Все, закругляйтесь с разговорами! – прервал всех Абарай, — они близко.
Через минуту появились пустые, и их действительно было много. Первыми в бой кинулись Икаку и Гриммджоу, потом Ренджи и Юмичика. А самыми последними были Карин и Улькиорра: торопиться им не особо хотелось. Все равно достанется.
— Окутай, Широшимо! – крикнула Карин. Тут же возник ледяной туман, который разнес голову первому пустому.
«Слишком легко», — подумала девушка, но все было намного проще. Просто освобожденный зампакто принял форму хорошо спрессованного ледяного копья и со всего маху врезался в голову противника. Краем глаза Карин видела, что арранкары не стали высвобождать свои клинки. Шинигами первое время тоже не переходили к шикаям, но потом стало труднее.
«М-да, вот тебе и «новые» пустые», — подумала Куросаки, — Коорино Кенси!
Ледяной клык снес голову другому противнику. Потом стало сложнее, но какими бы сильными не были враги, их побеждали, правда, времени на это было потрачено много. За час они перебили двести пустых.
— Мы слишком долго с ними возились, — пропел Юмичика, — раньше бы и двадцати минут не потратили.
— Да, и не говори, — согласилась с ним Карин, — эти «новые» пустые достали, хорошо, что они малочисленны.
— Нет, хорошо, что их вообще после этой ночи не останется, — сказал Ренджи, — Карин, спасибо, что прикрыла меня.
— Да не за что, — улыбнулась ему девушка, — я за последний месяц научилась при помощи Коорино Кабэ защищать и других. Могу возвести стену и не только вокруг себя, но и кого захочу. Правда, это трудновато, да и сил затрачивается больше.
— Что-то было скучно, — зевая, сказал Гримм.
— Да, хотелось бы большего, — кивнул головой Икаку. Последнему досталось больше всего. В него единственного попало серо. Оно было слабеньким и никого вреда не причинило, но от места боя отлетел Мадараме далеко.
— Похоже, это ещё не все, — тихо проговорил Улькиорра, а Гримм кивнул головой. Хотя на его лице явно читалось, что соглашаться он не очень-то и хочет.
— Что?! – в один голос спросили шинигами.
— Я чувствую, что остались ещё. Они сильнее, похоже, это адьюкасы, — щуря глаза, сказал Кватро.
— Тоже «новые»? – подозревая самое худшее, спросила единственная девушка в данном отряде.
Улькиорра снова ограничился лишь кивком головы. Похоже, их пара с Орихиме была полностью в равновесии. Она могла говорить без остановки, а он не проронить и слова. Все-таки противоположности действительно притягиваются.
— Подождите, я сейчас свяжусь с капитаном Маюри, спрошу у него насчет них, — с этими словами Абарай повернулся к ним спиной.
— А что же раньше ваша «чувствоволка» не работала, пока вы их по всему Уэко Мундо искали? – насмешливо спросил арранкаров Мадараме.
— Ну, ты тупой, — в такой же манере ответил ему Гримм, — чувствовать и определять где эти дебилы разные вещи. Правда, здесь, в мире людей, можно сказать в каком именно направление они движутся. Раньше у нас не получалось. Но все равно их точное место нахождение, будь ты хоть трижды Айзен, определить нельзя.
— А можно было мне в ухо это не орать? – спросил Юмичика, тряся головой, — в конце концов, не я спрашивал.
— А это я специально, чтобы лысый услышал, — усмехаясь, ответил Гриммджоу.
— Че ты сказал? Я не расслышал, — надвинулся на него Икаку.
— Ну, я же говорил, что он глухой, — отпарировал Секста эспады.
Мадараме уже был готов взорваться, но его остановил голос Карин.
— Икаку, ещё одно слово и я все расскажу Ячиру, — сказала она, решив проверить слова одного человека.
Тот сразу же как-то стушевался и замолчал. Гримм посмотрел на него удивлено, но вопросы задавать не стал, просто снова усмехнулся.
«Надо же! А Мацумото была права. Это реально действует», — улыбнулась про себя девушка.
— Все, оказывается в приборах можно изменить частоту, но не факт, что это нам поможет, — вернулся из мира общения, — Маюри сказал, что мы сможем только примерно узнать, где они.
— Но это уже хоть что-то, — возразил Юмичика, уже перенастраивая свой прибор. Остальные шинигами последовали его примеру.
— Не понятно, сколько их, похоже — трое, — всматриваясь в экран прибора, пробормотала девушка.
— Нет, — вдохнув воздух, сказал Гримм.
— Их больше? – спросила Карин.
— Да, двое отделились, — сухо сказал Улькиорра.
— Вы же не можете определять, сколько их, — ехидно заметил Икаку.
— Вообще-то на экране это показано, — даже не смотря на Мадараме, ответил Кватро.
— Где? – на экране и, правда, было видно, что две точки отделились от остальных.
— Этих оставляем на вас, остальные наши! – сказал Абарай, хмуря свои татуированные брови.
— А, черт, почему вам все самое лучшее? – опять был недоволен Гриммджоу, но развернулся и первым рванул к своей цели, за ним исчез и Улькиорра.
— Нам тоже пора выдвигаться, — заметил Ренджи, и ушел в шунпо, только в противоположном направлении.

Глава двадцать третья. Крах идеального.
Они быстро двигались из парка, в котором находились до этого. У Карин было не очень хорошее предчувствие. Она вспомнила, что разговор между ними и арранкарами, который произошел сейчас, был точь-в-точь, как в её сне. Девушка сомневалась в своих снах, так же как и её зампакто.
— Карин, ты думаешь о том же, о чем и я? – ворвалась в её сознание Мираи.
— Да. Мне кажется, что произойдет что-то нехорошее, — ответила ей та. Куросаки волновалась, и кому, как не её душе знать об этом? Мира понимала, что никак не может поддержать свою любимую хозяйку, которая стала для неё дочерью.
Смешно, скажете вы? Как часть души может считать другую свою часть дочерью? Очень просто. Ведь наши родители считают нас своими душами и любят нас, как самих себя. А чувства могут быть разными и в душе одного человека. Сомнения, страх, уверенность, любовь, ненависть – все это может быть в наших сердцах одновременно.
И именно эти чувства испытывала Мираи к своей дорогой Карин. Сомнения по поводу снов, страх за девушку, уверенность в её силе, любовь к ней и ненависть к неизвестности будущего. Девушка тоже недалеко ушла от неё. Главное, что терзало её, это тревога. Чувства были накалены до предела, а небезызвестная интуиция кричала об опасности. Решив засунуть их куда подальше, Карин прибавила ходу.
— Стоять, — раздался зычный голос Ренджи.
— В смысле? – спросил Икаку, но сам остановился.
— В прямом, — саркастично ответил Абарай, — если смотреть по датчикам, то они здесь.
— Где здесь? – похоже, у Мадараме сегодня очень плохо работала «соображалка».
— Не беси меня, Икаку, — мягко попросил его Ренджи, по его виду было понятно, что терпения у лейтенанта маловато.
— Я так понимаю, что пустые где-то здесь, но прячутся? – спросил Юмичика, пытаясь разрядить обстановку. Он понимал, что у лейтенанта осталось ооочень мало, и так небольшого, запаса терпения.
— Да, вот только где? – ответил ему Абарай, делая попытку взять себя в руки, — есть идеи?
Тут его взгляд остановился на Карин. Та посмотрела на него, на кусты и деревья окружающие их. Снова на Абарая, снова на «живописную картину» вокруг.
— Эм, Карин, ты подумала о том же, о чем и я? – осторожно спросил её Ренджи, его губы сами собой начали расплываться в дикой улыбке, больше похожей на оскал.
«Сразу видно, что он в одиннадцатом отряде служил», — усмехнулась в мыслях Куросаки.
— Это ты подумал о том же, о чем и я, — ответила ему девушка, издавая короткий смешок, — но вы должны действовать быстро. Как только она их обнаружит, я уберу колья. У вас будет секунд пять, максимум, чтобы добраться до противника.
— Вы о чем? – опять спросил Икаку.
— Так значит, ты найдешь их Карин? – делая небольшой шаг в сторону лейтенанта шестого отряда, спросил Юмичика. Заодно он быстро решал, стоит ли удерживать Абарая от расправы над лучшим другом или не попадать под горячую руку первого.
— Мадараме. Ты. Совсем. Тупой? Или. Ты. Прикидываешься? – медленно, стараясь не кричать, а заодно и не убить Икаку, спросил Ренджи, — перестань тупить, включи мозги и память. Какой у Карин шикай, вспомнил?
Тут на лице третьего офицера «нарисовалось» понимание происходящего. Он кивнул головой, показывая, что готов. Юмичика и Ренджи тоже приготовились.
— Ледяные кинжалы не выдержат дольше десяти секунд,— предупредила она остальных. — Предвидь, Мираи! – вскрикнула девушка, воткнув клинок в землю, послышался треск, и все увидели ледяные колья в тридцати-пятидесяти метрах от себя, — нашла! Коорино Танпей *ледяной кинжал*.
Шинигами двинулись к своим целям. Икаку, конечно же, добрался первее всех, но и остальные не заставили себя ждать. Поэтому Карин могла убрать шикай, но её не покидало чувство беспокойства.
«Что же это такое, я не могу понять. Я что-то пропустила, что-то очень важное! Мираи. Мираи! Эй, ты меня слышишь? Мираи!? Ответь!», — Карин уже кричала вслух, но ни Мира, ни Широшимо не отвечали на её зов. Голова начала болеть ещё сильнее, казалось, она сейчас взорвется. Вдруг до неё донеся едва слышный голос зампакто.
— Осторожно, сзади.
Повернувшись, девушка поняла, что именно не давало ей покоя. Оказывается пустых было четверо, и Мираи нашла последнего, но Карин не смогла этого понять. Увидев, что к ней быстро приближается последний из четырех, девушка подняла меч.
— Атакуй и защити, Икиру Коори! – а в голове билась одна единственная мысль: «Не успела». Атака пустого сломала меч, который только наполовину успел стать ледяным. Противник попытался ударить ещё раз, но колья, выросшие из плеча, задержали удар. В другой руке девушки появилось ледяное копье. К сожалению, оно лишь слегка задело пустого.
Карин хотела атаковать ещё раз, но враг ударил свободной рукой в солнечное сплетение, и… ледяной доспех развалился.
— Не может быть, — тихо сказала девушка, отлетая на несколько метров. Упав на землю, Карин закашлялась и поняла, что вывихнула плечо, если не сломала.

«Поверить не могу! Кто же знал, что он ударит в самое слабое место на моем доспехе. Теперь он не скоро восстановится. И что мне теперь делать? Меч тоже сломан, лед не полностью возродился на клинке, а доспех остался только на левой руке!»

Тут перед глазами девушки пролетел разговор со своим зампакто, который состоялся не так давно.

Flashback

— Карин, надо поговорить, — позвал её Широшимо. Он был очень серьезен.
— Что случилось? А где Мираи? – весело отозвалась девушка, думая, что те просто хотят с ней поговорить.
— Пока её нет, я хочу поговорить с тобой на очень важную тему, — продолжил тот, — при ней я бы не хотел её поднимать.
— Какую тему? – садясь поудобнее, спросила Карин.
— Понимаешь… — тут он запнулся, будто подбирал слова, — помнишь о своем самом слабом месте в доспехах?
— Да, солнечное сплетение, — кивнула головой та, — но в него редко целятся. Многие предпочитают наносить рубящие удары сверху вниз.
— Да, ты права, но в жизни, особенно в жизни шинигами, бывает все, — тихо сказал Широ, — так вот, если твой клинок и броня будут сломаны и если останется хоть маленький кусочек от доспехов, то ты должна сделать следующее…

End flashback

«Спасибо тебе, Широшимо», — мысленно поблагодарила зампакто Карин. Смотря, как к ней приближается пустой, девушка быстро сняла лед со своей руки, что-то прошептала и начала отступать, положив остатки доспеха на землю. Как только противник оказался в метре ото льда, тот взорвался.
Дело в том, что ледяной доспех мог поглотить очень много реяцу за доли секунды и превратится в бомбу. Как только лед улавливал духовую энергию пустого, то взрывался. Именно поэтому, третий шикай назывался Икиру Коори *живой лед*.
Карин уже подумала, что ей повезло, но из дыма и пыли вдруг в её сторону выстрелили серо. Девушка попыталась увернуться, и ей это практически удалось. Задело лишь правую руку, которая и так была повреждена. Следом последовал еще один выстрел серо, но от него удалось уйти без проблем, как вдруг…
Сразу же после этого в неё полетел клинок из черной реяцу и попал в живот. Девушка упала на колени, не понимая, что случилось, и откуда взялось это лезвие. Вдруг она стала задыхаться от приступа кашля, прижав руку ко рту, она поняла, что кашляет кровью.
«Вот, блин, попала!» — было, последней мыслью девушки. А потом, перед тем как упасть на живот, она увидела приближающегося пустого. Но удара не последовала.
Карин почувствовала знакомую реяцу, но не могла сказать, чья она. Да она бы сейчас и свою не узнала. Перед глазами все плыло.
Вдруг её кто-то перевернул на спину и обнял за плечи. Кто-то звал. Голос был знаком, но из-за шума в ушах она не могла понять кто это. В голове мелькали мысли, а взгляд прикован к небу. Ночному, огромному, красивому и полному звезд небу. Хотелось дотронуться до этого темного «покрывала», ощутить какие на ощупь звезды. А ещё она видела силуэт человека, который звал её.Она не могла разглядеть лица, а так хотелось увидеть его глаза. Какие они у этого человека? Какого цвета? Стараясь остаться в сознании и не закрывать глаза, она сфокусировала взгляд на его лице.
"Наверное, мне показалось", — подумала девушка. Ведь первое что ей попалось на глаза, это когда-то холодный, а теперь встревоженный и взволнованный взгляд сине-зеленных глаз. А ещё она заметила как шевелятся его губы, которые безустанно повторяют её имя и просят не уходить.

«Он такой теплый. Родной. Хочу, чтобы он всегда меня обнимал. Но я так устала, и у меня болит живот, как будто там рана. Но там же и так рана. Значит, я умру? Смешно! Умираю дважды. У меня были глупые и наивные мечты. Я считала себя взрослой и самостоятельной, а на деле оказалось, что все ещё такой ребенок. Хочу оказаться рядом с мамочкой. Как же я по ней скучаю. С ней всегда было хорошо. Может быть я её встречу? Я хочу её встретить, а значит, мне надо умереть»

Но тут в её угасающее сознание, где ещё хранились воспоминания о дорогих ей людях, ворвались три голоса.
— Карин, дорогая моя! Ты слышишь меня? Не уходи, солнышко! – так всегда её звала Мираи.
— Ребенок! Ты должна жить! Ну, в самом деле, что за мысли таятся в этой никчемной, но очень хорошенькой головке, — хм, любимая фраза Широшимо.
— Карин, вернись, пожалуйста! Я никогда не хотел просить тебя о чем-нибудь. Всегда хотел, чтобы ты изменила свой упрямый и вспыльчивый характер. Но ты можешь оставаться такой, какая есть. Главное, чтобы ты была с нами, — этот голос. Чей это голос? Он мне нравится, я его люблю. Он очень красивый. Но чей это голос?

Глава двадцать четвертая. Сомнения.
«Голова трещит! Странно. Вроде вспороли живот, а болит голова. Может, у меня что-нибудь местами поменялось? Хотя… Что такое должно было поменяться местами, чтобы ТАК все внутри перекрутило? Ну, глаза болят, это ещё понятно, так всегда обычно бывает. Ща их разлепить, хотя бы пальцами – для меня главная задача. Блин! Не то что пальцы, даже руки не двигаются! Может ещё поспать?»

Только эти светлые мысли «устаканились» у неё в голове, и Карин начала засыпать, как что-то большое упала на пол. А после этого звука добавился ещё один, но после него кто-то сказал, а точнее пробурчал, что-то на подобии «ОЙ!» и высоким японским матом продолжил свои размышления на тему: «Хрена с два, я ещё раз так сделаю!»
«Ичи-нии!? А он явно обогатил мой словарный запас, вот только не теми словами», — подумала девушка. Но спать перехотелось. Захотелось узнать, что там сделал этот идиЁт, что зовется её братом.
Попробовала приоткрыть хотя бы один глаз, получилось. Затем закрыла обратно, попробовала второй, тоже получилось. Ну, а после попробовала оба. Странно, но почему-то оба открыть не получилось. Плюнув на это, девушка решила посмотреть хотя бы одним глазом. К тому же неимоверно хотелось пить, а наличие человека «подай-принеси» упрощало жизнь.
Её взору открылась замечательная картина. В углу комнаты, рядом со стулом, лежал Ичиго, который продолжал уже тихо что-то бурчать. На нем лежал его меч.
— Ичи-нии, что случилось? – тихо проговорила-прохрипела Карин.
— Карин, ты очнулась? – тут же вскочил тот, — ты как?
— Нормально, насколько это возможно, — все также хрипела девушка, — но ты так и не ответил. Что случилось-то?
Оказывается, пока Ичиго ждал пробуждения девушки, парень решил немного подремать на стуле. Сняв Зангетсу, он прислонил его к своему плечу. Сон пришел быстро, а вот пробуждение ещё быстрее. После неудачного шевеления на не очень устойчивой и удобной поверхности, Ичи поприветствовал пол. А следом за ним и Зангетсу, который во внутреннем мире Ичиго тоже стал материть все подряд.
— Ичи-нии, — Карин никак не могла убрать с лица глупую улыбку. Она, конечно, знала, что у неё брат — идиот, но чтоб настолько… — дай мне воды, — попросила его девушка.
После того, как Ичи дал ей стакан с такой нужной жидкостью, Карин задумалась о других, более важных для неё на данный момент, вещах.
— Подожди, а сколько я здесь валяюсь? И где здесь-то? – задала вопрос та.
— Ты в четвертом отряде, — пояснил брат, — Иноуэ ничего не смогла сделать. Точнее, она пыталась залечить тебе рану, но та открывалась снова. Поэтому мы отнесли тебя к капитану Унохане. Она над тобой долго колдовала, но теперь с тобой все хорошо. Проспала ты, кстати, пять дней.
— Сколько? Офигеть, — только и смогла сказать девушка. Она ещё никогда так долго не валялась в кровати. Куросаки практически не болела, поэтому «лежанок» и не устраивала. Но в голову девушки пришел новый вопрос.
— Ичи-нии, а кто меня нашел первым? – поинтересовалась у парня Карин.
— Я, тебя нашел я и тут же понес к Урахаре, где должна была быть Иноуэ, — тут же ответил ей брат.
Тут в палату вошла Унохана.
— О, Карин-сан, ты уже очнулась, — мягко сказала та, — как себя чувствуете?
— Спасибо, Рецу-сан, хорошо, — осторожно ответила ей девушка, — только голова болит и немного подташнивает.
— Отлично, сейчас тебе нужен отдых, — тут же отреагировала капитан четвертого отряда, — Куросаки-сан. Думаю, теперь вам можно уйти и дать сестре спокойно отдохнуть. Ваше падение и мысли поэтому поводу были слышны и в моем кабинете, который находится на два этажа выше.
— Простите, капитан Унохана, — тут же сказал Ичиго. Её он, иногда боялся больше, чем одержимого Зараки и Бьякуи с Бан Каем вместе взятых, — Карин, я пойду. А ты выздоравливай, я завтра ещё зайду. Пока.
— Пока, — махнула ему девушка. После, под контролем Уноханы, приняла лекарство и легла спать.

Следующий день встретил её ярким солнце, хорошей погодой и отсутствием головной боли. Потянувшись, Карин встала с кровати. Пол не шатался, стены тоже. А это значит, что она здорова. Ну, это в понимании девушки, конечно же. А вот Унохана, которая только что зашла к ней в палату, была не согласна.
— Доброе утро, капитан Унохана, — поздоровалась с ней девушка.
— Добро утро. Карин-сан, вижу тебе сегодня лучше, — с улыбкой ответила ей та.
— Да, меня уже можно выписывать, — радостно выдвинула идею Карин.
— Не думаю, — так же радостно ответила ей Рецу.
— Да, нет! – продолжила девушка, — со мной правда все в порядке.
— Но я думаю, что тебе лучше закончить лечение. В конце концов, ты находишься на моем попечении, — милая и добрая улыбка, прищуренный взгляд, и Карин понимает, что никогда не стремилась к цели умереть молодой и красивой *что, в принципе, уже произошло, но не суть важна.* Поняв, что жить ещё хочется, Куросаки согласилась с капитаном четвертого отряда и залезла обратно под одеяло.
Через полчаса пришла Мацумото, что для Карин было очень важным. Пусть она уже спрашивала это у Ичиго, но… Но она помнила, что её звали голоса, помнила силуэт человека, его приглушенный и не очень четкий, но красивый голос. А ещё, пусть это её фантазия, встревоженные глаза бирюзового цвета.
— Ран-тян, а ты не знаешь, кто первый меня нашел? – осторожно начала она.
— Знаю, — закивала та головой. Она сидела грустная, так как перед входом в палату её обыскали и забрали все запасы саке, которые были с собой, — твой брат и твой отряд.
— А вы пришли позже? – продолжила свой допрос девушка.
— Нет, — в подтверждении своих слов, Мацумото активно замотала головой, — мы с капитаном встретили вас в магазине Урахары, когда тебя уже отправляли в Общество Душ.
— Вот как… — задумалась о чем-то девушка.
— Извини, Карин-тян, но если я сейчас не вернусь обратно, меня прибьет капитан, — начала собираться лейтенант.
— Да, ничего, — отозвалась девушка, — спасибо, что зашла!
— Мне не трудно было, — эти слова Мацумото уже кричала из коридора.
Слова Рангику немного озадачили Карин, поэтому она решила поговорить со своим зампакто.
— Мираи! Широшимо! – зайдя в дом, позвала их девушка, — вы где?!
— Мы здесь, — раздался из гостиной голос Широ.
Карин уже хотела ввалиться в комнату, как она столкнулась в дверном проеме с Мираи.
— Карин! – кинулась та обнимать свою хозяйку, — с тобой все в порядке? Я так волновалась и ничем не смогла помочь.
— Смогла, — начала переубеждать её девушка, — если бы не твой крик, то я могла тут и не стоять. Широ, спасибо тебе, что ты мне тогда про лед рассказал. Это тоже спало меня.
— Не за что! – улыбнулся ей мужчина, — я же тебе сказал, что ты всегда можешь на нас положиться. Мы никогда не оставим тебя, потому что ты дала нам второй шанс.
— Я хотела у вас спросить, — она посмотрела на них, — вы не знаете, кто первым меня нашел, после атаки пустого?
— Нет, — помотала головой Мираи, на её лице было написано раскаянье, — я не знаю, мы тоже были в отключке.
Широшимо ничего не говорил, просто кивнул головой.
— Ну, ладно, спасибо вам, пока, — махнула девушка.
— Пока, береги себя! – крикнула Мираи.
— Выздоравливай, — Широ, как обычно, был лаконичен.
После того, как Карин исчезла, он повернулся к Мире и, обняв её, задал вопрос.
— Почему ты ей солгала? Ты же прекрасно знаешь, кто это был. Ты, насколько я помню, этому даже рада была.
— Прости, но ей лучше не знать этого. Но только пока, — Мираи подчеркнула последнее слово, — ты же видишь, она не уверена ни в себе, ни в своих чувствах. Пусть все устаканится, пройдет какое-то время. Может, она будет разочарована таким поворот событий. Карин обязательно узнает правду, но позже. Кстати, не я одна была рада, — на этих словах она посмотрела на Широ.
— Ничего подобного, — тут же отвернулся тот.

В это время, Карин сидела у себя в палате. Настроение у неё было, мягко говоря, не айс. Конечно, а как бы вы себя чувствовали, если бы ваше уверенное и почти возможное предположение ударили об железобетонную стену реальности, добили арматурой истины и утопили в воде правды?
— Ну, как я могла ошибиться? – сама у себя спросила девушка, смотря из окна, как заходит солнце, — я ведь, была уверена, что это был Тоширо.
Не смотря ни на что, она все ещё верила, что видела глаза Хицугаи, хотела в это верить. Постояв ещё пару минут у окна, Карин залезла в кровать и накрылась одеялом с головой. Через полчаса девушка уже спала крепким сном.
И именно в это время от стены из-под окна отошел человек, которого было бы сложно рассмотреть, так как до этого он стоял в тени. Хотя, теперь, в наступивших сумерках, тоже ничего не было видно. Но ясно было одно, это был высокий парень или молодой мужчина. Он бросил быстрый взгляд на окно, у которого стояла Карин, и на шунпо скрылся в неизвестном направлении.

Глава двадцать пятая. Новый сон.

Солнце ещё было высоко, но день уже клонился к закату. Карин стояла на краю обрыва, где находилось любимое дерево Тоширо. На губах была улыбка, но по щекам текли слезы. Не смотря на красивую линию губ, уголки которых были подняты вверх, она плакала. Тихо и бесшумно, будто слезы лились сами по себе. В темно-синих, почти черных, глазах была тоска и печаль. Хотелось смеяться. Нет, не так, как над веселой шуткой брата или над проделками друзей. А так, словно впадаешь в истерику. Беспрерывно, громко и страшно одновременно.
А ещё хотелось прыгнуть с этого обрыва. Не для того, чтобы разбиться о лежащие внизу камни, а чтобы почувствовать то, что называют полетом. Шинигами могли находиться в воздухе, но это не то. Чего-то не хватало. Какого-то живого и дарящего ощущения жизни чувства. Чтобы ветер хлестал по щекам и слепил глаза, а заодно и «выбивал» ненужные и плохие чувства из головы и сердца.
— Как это могло произойти? Он же обещал, — тихо прошептала девушка.
Вдруг за спиной раздались шаги. Точнее, она их почувствовала, но оборачиваться не хотелось. Не хотелось смотреть ему в глаза, не хотелось слышать его голос и оправдания, а девушка знала, что они последуют. Как же она была глупа!
Тут Карин не смогла сдержать смех, который почти перерастал в истерику. Впервые в жизни ей захотелось сбежать. Даже когда она дралась с Зараки, когда сражалась с пустыми, когда поняла, что умерла, девушке не хотелось убегать. А тут…
— Карин, — чуть слышно, на выдохе произнес он. В голосе нет той отчужденности, безразличия и высокомерия.
При звуке его тихого голоса, которым он позвал девушку, сквозь её смех стали прорываться рыдания. Это была уже настоящая истерика, которую было бы сложно остановить.
Но вдруг Карин почувствовала, как он дергает её за руку, повыше локтя, и разворачивает к себе лицом. Звук пощечины, и…

Карин проснулась в больничной палате, где совсем недавно заснула. Уже прошло три дня с тех пор, как она очнулась здесь от «цензурной» речи своего брата. Сев в кровати, девушка обняла свои колени и уставилась в одну точку. Новый сон пугал её больше, чем все предыдущие вместе взятые. Но было в нем кое-что и интересное. У этого человека «за её спиной» был тот же голос, как и у того, кто звал её, когда Карин проткнул черный клинок пустого.
Остатки сна испарились, но ощущения пощечины, истерического смеха и непрошеных слез оставались вместе с Карин. А ещё отчаянье и боль. Она не знала, почему чувствовала это, но таких ощущений не было даже, когда умерла мама. Это не было похоже на Карин, всегда упорную, дерзкую, не лезущую за словом в карман, встречающую все проблемы и неприятности в лоб.
Там, во сне, она опять казалась маленькой девочкой. Карин было уже восемнадцать, она успела умереть и стать шинигами. Считала себя самостоятельной, независимой и взрослой, но ей так хотелось прижаться к родной и любимой маме. Рассказать какие чувства гложут её, чтобы та дала совет. А ещё обняла и поцеловала в лоб, как делала это раньше, когда была жива. Девушке хотелось чувствовать мамино тепло. Не физическое, а душевное, исходящее из сердца.
Быстро встряхнув головой, как будто выбрасывая плохие мысли, девушка встала и подошла к окну. В небе висела полная луна. К огромному разочарованию Карин, ведь она любила звезды.
Появилось огромное желание сбежать из палаты, которая, казалось, давила своими стенами. Вздохнув, Карин погрузилась в свой внутренний мир. Там, как по заказу, уже стояла Мираи и ждала её появления.
— Надо же, — приподняв брови, заметила девушка, — хотя так даже лучше. Не надо будет вас по всему дому искать.
— Хочешь поговорить о сне? – быстро спросила зампакто.
— Нет, — покачала головой Карин, а Мираи чуть не села на пятую точку от удивления.
— То есть как? – подходя к девушке, спросила та, — ты в порядке? У тебя нет температуры? – с этими словами зампакто потрогала лоб Куросаки.
— Вроде нет, — пробормотала Мираи, — тогда, что тебе надо?
— Да, собственно, ничего, — пожала плечами девушка, — просто, я сейчас не усну. А просто так сидеть в четырех стенах не охота. А если бы я убежала, то капитан Унохана меня убила бы.
— Ты преувеличиваешь, — махнул Широ, выходя из соседней комнаты, — но все-таки, почему ты не хочешь спросить о своем сне?
— Просто потому, что у вас не будет ответа, — ответила Карин и, не обращая внимания на удивленные взгляды, прошла в гостиную. Они же сказали, что первым её нашел Ичиго, значит, о том человеке они знать не могут.
Пробыв с ними около часа, девушка вернулась в реальность. За окном ещё стояла ночь, но она должна была уступить утру часа через полтора-два. Опять постояв около окна некоторое время, Карин села на кровать и не заметила, как уснула.
— Карин-тяяян!!! Карин-тяяян!!! – ей кто-то орал в ухо.
Открыв глаза, Куросаки увидела, что перед ней стоит Мацумото.
— Ран-тян, что случилось? – зевая и потягиваясь, спросила девушка. Из-за неудобной позы все тело затекло.
— Тебя сегодня выписывают, ты рада? – улыбаясь, спросила та.
«Если бы я так улыбалась, то у меня точно свело бы челюсть», — подумала Карин, а вслух произнесла. — Ну, скорее да, чем нет. Здесь совершено нечем заняться.
— Ох, Карин-тян! Ты бы знала, как я рада буду твоему возвращению! – продолжала улыбаться Рангику, но это начало настораживать Куросаки.
— А почему меня так быстро выписывают? – решив не обращать внимание на это, спросила девушка. — Три дня назад Унохана-сан не хотела меня отпускать.
— Ну, то было три дня назад, — пожала плечами Мацумото, тем самым, показывая, что она тут не причем.
— Хотя это даже хорошо, — склонив голову набок, вдруг сказала Карин, — не поверишь, Ран-тян, но я соскучилась по отчетам.
— Правда? – улыбнулась ей она ещё шире. — Тогда у нас с тобой не возникнет проблем.
— О чем ты? – тут же насторожилась девушка. Её шестое, а также седьмое, восьмое и так далее, чувства подсказывали, что это не к добру.
— Просто, — Рангику начала скромно шаркать ножкой, — мне нужна твоя помощь с некоторыми отчетами.
— Как в прошлый раз? – тихо переспросила Карин, вспоминая свой поход в чужую комнату.
Похоже, что Мацумото тоже это вспомнила, так как её улыбке позавидовал бы сам Чеширский кот. Но, увидев злой взгляд девушки, та перестала ухмыляться, как последняя идиотка и затараторила.
— Нет, что ты! Там не столько бумаг и отчетов, как в прошлый раз, — замахала та руками.
— Ну, ладно. Все равно деваться-то мне некуда, — пожала плечами Куросаки. Потом она тысячу раз пожалела, что согласилась на это.
— Хорошо! Буду ждать тебя в кабинете капитана, — обняла её Рангику и пошла к выходу, но в дверях она остановилась, — кстати, ты не плохо смотришься в простыне капитана Хицугаи.
В следующую секунду, она спасалась от всех предметах, которые можно было бы бросить.

Глава двадцать шестая. И снова Отчеты
Карин стояла на пороге кабинета капитана. Левая бровь нервно дергалась, и тик грозился перейти на все лицо.
— Мацумото! – взревела она.
— Ой! Ты сейчас даже не представляешь, как была похожа на капитана! – всплеснула руками та. — Интонация, выражение лица, даже бровь дергается также.
— Мацумото! Какого черта это значит? – возопила девушка. — Как такое могло произойти?! У нас, что в отряде было?
— Ммм, ну как обычно, — протянула Рангику, — а что именно тебя интересует?
— Вот это! – заорала Карин, указывая на громадные стопки бумаг.
— Отчеты, — тут же, не моргнув глазом, ответила Мацумото.
— Да я вижу, что не туалетная бумага! – взревела Куросаки. — Почему их так много?
— Ну, просто… — тут лейтенант запнулась, — помнишь прошлые отчеты?
— Это которые из «дальнего ящика твоего стола»? – передразнила её Карин.
— Да, — быстро кивнула головой Рангику, — так вот, эти отчеты из другого, более дальнего, ящика.
— И мне надо их разобрать? – ожидая ответа, как смертного приговора, спросила девушка.
— Нет, ими я буду заниматься, — помотала головой Мацумото и, увидев удивленный взгляд и упавшую челюсть, поспешила разочаровать, — а тебе нужно разобраться с тем, что слева от тебя.
Повернув голову, Карин увидела почти такую же кипу документов.
— И почему мне так не везет? – сама у себя спросила девушка, но ей ответила лейтенант.
— Наверно не твой день, — пожимая плечами, объявила та.
— У меня не за один день все проблемы появились! – возмутилась девушка.
— Ну, тогда это не твой месяц или год, — как бы промежду прочим, добавила Мацумото.
Карин ничего не ответила, только, громко топая, подошла к столу. Больше всего на свете хотелось поджечь эти документы вместе с кабинетом. Но за это Тоширо бы открутил голову. Кстати…
— А Тоширо-то где? – наконец озарило затуманенную голову Куросаки.
— Капитан отправился на задание, когда вернется — не знаю, — тут же проинформировала её Рангику, — а что? Скучаешь?
— Конечно! Мне ж без него жизнь не мила! – съязвила Карин, понимая, что отчасти рыжеволосая права. Но она скорее к Зараки пойдет и предложит подраться, чем признается.
После этого короткого диалога они пытались корпеть над отчетами. И если у Куросаки это худо-бедно получалось, то Мацумото ныла каждые пять минут, и пыталась улизнуть. Но Карин не давала ей этого сделать, практически заставляя сидеть над бумагами. Даже на обед её не пустила, хотя и сама чуть не умерла с голодухи. Но к вечеру жалость, вооруженная копьем совести, взяла вверх и уложила девушку на лопатки.
— Карин-тян, а ты разве не пойдешь домой? – удивлено спросила её Мацумото. — Поспать там, поесть. Не думала об этом?
— Нет, я ещё посижу чуть-чуть, а потом пойду, — не поднимая головы, ответила ей та.
— Хорошо, спокойно ночи! – махнула Рангику, но у двери вдруг остановилась. — И… Карин-тян.
— Что? – оторвалась от отчета Куросаки.
— На этот раз, — тут она сделала многозначительную паузу, — дверью не ошибись!
— Мацумото! – крикнула Карин, а в коридоре был слышан затихающий смех лейтенанта.
Устало опустившись в кресло, девушка уронила голову на отчеты.
— Надо добить эти дурацкие отчеты, — тихо пробубнила она, погружаясь в глубокий сон, и, уже засыпая, она пробормотала, — как жрать-то охота!

— Карин-тян, вставай! – в сознание ворвался голос Юзу. — Если ты сейчас не встанешь, то опоздаешь в школу.
— Хорошо, хорошо, уже встаю, — пробурчала девушка.
Встав, она сходила в ванную, а после спустилась на кухню, где суетилась сестра.
— Садись и быстрее завтракай! – поспешно придвигая тарелку.
— Ура, курочка! – воскликнула девушка.
— Ааааа, Карин-тян, что ты делаешь?! – заорала курица.
Вдруг Карин открыла глаза и перед ней встала страшная картина. Перед ней стоит Мацумото, а она, Карин, кусает её за руку.
— Ран-тян, прости, — быстро проговорила Куросаки, отпуская руку лейтенанта.
— Я… я не знала, что… что ты каннибализмом увлекаешься, — тряся рукой, простонала та.
— Прости, просто я подумала, что ты курица, — пробормотала девушка, опуская взгляд, а потом она поняла что сказала, — ой! Прости, я не то имела…
— Мда, курицей меня ещё не называли, — кое-как выговорила Мацумото.
— Прости, я очень голодная, больше суток ничего не ела, — раскаиваясь, опустила голову Куросаки, — а тут такой сон!
— Не ела? – вдруг на лице лейтенанта проскользнула хитрая улыбка, — тогда мы сейчас же идем есть. Вот только…
— «Только» что? – переспросила девушка.
— Эм, ты в зеркало глянь, — сдерживая улыбку, сказала Мацумото.
Подойдя к зеркалу, Карин увидела не очень удачную для себя картину. На голове куча соломы, глаза красные от недосыпа, но главное: на щеке тонкой строчкой идут слова из отчета: «В связи с этим, предлагаю улучшить…». Дальше содержание утаивалось, так как закончилась щека. За спиной Рангику уже в открытую смеялась.
После получасового террора над собой, Куросаки выглядела более или менее нормально. При чем скорее более чем менее.
После сытного завтрака-обеда девушки пошли посидеть у любимого дерева капитана. Когда Карин пришла туда, то первое что она почувствовала, был страх. Те ощущения из сна появились на яву. Но присутствие Рангику избавило от этого быстрее любого лекарства. Они тихо разговаривали, как вдруг их прервал крик.
— Карин, доченька! – к ней неслась черная молния.
— Привет, бородач! – радостно сказала Карин, но как только он приблизился к ней, она отступила. И любимый папочка поприветствовал единственное дерево. Хотя с учетом того, что Ишшин вел себя как дуб, то не единственное. Бедный представитель флоры кое-как выдержал удар «чугунного котелка» Куросаки-старшего.
Оставив папочку рыдать на тему: «Мои дети меня не любят!» или «Когда же мои детки стали такими взрослыми!», Карин одна пошла, куда глаза глядят. Через полчаса она вернулась к кабинету капитана. Когда Куросаки хотела войти, то услышала голоса, они явно принадлежали Мацумото и Тоширо. Она хотела, было уйти незаметно, поэтому скрыла свое реяцу и направилась на выход, как вдруг услышала начало разговора.
— Капитан, я хочу с вами поговорить, — голос лейтенанта был серьезен.
— Что-то случилось? – Хицугая сразу же насторожился. Когда Рангику становилась серьезной, значит нужно быть осторожней.
— Я хочу у вас кое-что узнать о том дне, когда мы уничтожали новых пустых, — тихо продолжила та.
— Ну и? Что с этим днем не так? – было слышно, что Тоширо ходил по всей комнате, будто что-то ища.
— Только вы не кричите и не ругайтесь, капитан, — тут же предупредила его Мацумото.
— Да давай уже, не тяни, — не выдержал Хицугая, — иначе я не буду отвечать тебе.
Это сразу же подействовало.
— Я хотела узнать, — тут Рангику остановилась и совсем тихо, почти шепотом, добавила, — ведь тем, кто первым нашел Куросаки Карин, был не Ичиго, а Вы, капитан?

Глава двадцать седьмая. Скрытая правда.
Стук сердца, девушка делает резкий вдох. Второй, задерживает дыхание, даже не замечая этого. Следующий, глаза расширены и выглядят на бледном лице двумя черными провалами. Четвертый, руки зарываются в тяжелые локоны, будто хотят вырывать их с корнем. Ещё один стук, и девушка скатывается по стенке на пол. И ей уже плевать, что за стенкой находятся люди, которые обсуждают её и не хотят, чтобы она все это слышала. А у черноволосой нет сил, чтобы встать и уйти. Хотя очень хочется это сделать, но также хочется услышать. Услышать правду, и, наконец, понять, что же было на самом деле. А также узнать, что ей не привиделись его глаза, в которых был страх за неё, и его голос, который звал девушку.
А в это время в кабинете с капитаном происходили практически такие же вещи, что и с Карин. Резкий вздох, расширенные глаза и рука в волосах. Но все это было проделано с такой быстротой, что лейтенант, стоящая к капитану спиной, не заметила его действий. Поэтому Хицугая уже успел придать своему лицу обычное выражение, а его голос всегда оставался безразличным и чуть с хрипотцой.
— С чего ты решила? – чуть приподняв бровь, спросил он.
— Капитан, я понимаю, что лезу не в свое дело. И я совру, если скажу, что мной не движет любопытство, — послышался тихий и нервный смешок Мацумото, — движет и ещё как! Но мне, правда, это надо знать.
— Мацумото, ты скорее утверждаешь, а не спрашиваешь, — холодно ответил ей Тоширо, — не понимаю, откуда такая уверенность.
— Простите меня, капитан, но, — тут она опять запнулась, — я не настаиваю, но, пожалуйста, я бы хотела знать. Рассказывать мне правду или нет, решать вам. Поэтому подумайте, а я пока пойду и отнесу бумаги в третий отряд.
Услышав такие слова и тихие шаги, Карин, пересилив себя, практически отползла за первый попавшийся стол. К счастью он стоял всего лишь в трех метрах от неё. Мацумото вышла из кабинета. Постояв полминуты, она хмыкнула и пошла по направлению к баракам третьего отряда.

В это время Карин пыталась понять, что же произошло на самом деле. Она понимала, что может узнать настоящую правду, а может уйти отсюда. Хотя, главное решение было не за ней. Оно оставалось за Хицугаей. Если он откажется все рассказать Рангику, то и сидеть здесь бессмысленно. А, зная капитана, девушка была не уверена в его ответе.
Но сейчас её волновало кое-что другое. Она очень отчетливо услышала судорожный вздох в своем сознании, когда Мацумото задала вопрос капитану. А это означало лишь одно: Мираи рассказала ей далеко не всю правду. И Карин решила добиться этой правды от своего зампакто.
— И? – пытаясь говорить спокойно, спросила Куросаки, — что это значит?
— Карин, прости, — тихо говорила та, — я понимаю, что ты сейчас чувствуешь себя далеко не прекрасно. Но не от меня ты услышишь правду.
— То есть? – сдвинув брови, похлещи своего братца, задала вопрос девушка.
— Вернись в реальный мир, и ты услышишь разговор Мацумото и Тоширо, а после, — тут она сделала паузу, — после я с тобой поговорю о том, что случилось, и все тебе расскажу. Надеюсь, ты меня поймешь. Поймешь и простишь.
— Хорошо, — тихо проговорила Карин. Одно она знала точно, девушка никогда не сможет злиться на свой зампакто. Слишком любит, слишком доверяет.

Оказавшись в реальном мире, Куросаки заметила, что в кабинет вошла Рангику. Быстро встав, она подошла поближе.
— Капитан? Вы подумали? – тихо спросила Мацумото.
— Да, — ответ лаконичней некуда. Карин усмехнулась, когда Тоширо волновался и не знал, как поступить, то всегда говорил кратко. Очень кратко, даже слишком.
— Вы мне ответите? – снова тихий вопрос.
— Да, — снова краткий ответ, — но… Сначала ты ответь мне на один вопрос.
— Да, я вас внимательно слушаю, — тут же навострила свои уши лейтенант, хоть Куросаки этого не видела, но она это ощущала.
— Почему ты так решила? Почему ты решила, что я был первым, кто нашел Карин? – так же тихо спросил её Тоширо. Было слышно, как он встал из-за стола, со скрипом отодвигая стул. Карин помнила, что он никогда так не делал, он не любил этот звук. А ещё девушка сумела быстро различать эмоции в его безразличном голосе. Смешно! Слышать существующее в несуществующем. Но это было так, она смогла определять его эмоции по голосу. Даже Рангику не могла похвастаться этим. Может, она не до конца понимала его внутренний мир, хотя это мало вероятно. Может, это было потому, что Мираи и Хьеринмару были связаны, кто знает.
— Я не понимаю, как вы смогли это сделать, — начала Мацумото, — вы все время были со мной. Ваше присутствие всегда ощущалось рядом. А когда мы прибыли на место, откуда уже унесли Карин, у меня было очень знакомое ощущение… — тут она затихла, не зная как правильно описать.
— Мое присутствие? – в его голосе чувствовалась ирония.
— Нет, вашего зампакто, — резко перебила его лейтенант. Было слышно, как что-то с негромким стуком упало на пол, — да, капитан, вы не смогли полностью скрыть свой меч. И я до сих пор не понимаю, как вы смогли очутиться в двух местах одновременно. Вы конечно гений, но не настолько же.
Карин за стенкой снова скатилась на пол. Секунды превратились в года, и она ждала ответа Хицугаи с намного большим интересом, чем Рангику.
— Капитан, я знаю, что она вам нравится, — снова начала лейтенант, — от меня вам это не удастся скрыть.
— Мацумото, ты меня сегодня удивляешь своей уверенностью, — тихо процедил тот, в его голосе Карин почувствовала раздражение, будто Рангику била по больным местам, — что же так повлияло на твое мнение?
— Ну, начнем с того, что когда вы встретились с ней на вечере, то повысили голос. В смысле, крикнули: «ТЫ?!». А чтобы такое случилось… — тут она прервалась. Карин была готова поклясться, что Мацумото развела руки в сторону, мол, чудо из чудес, и невозможное возможно.
— Во-вторых, вы очень редко танцуете, настолько редко, что я это могу посчитать на пальцах одной руки. Поэтому как бы я вас не пихала, толкала и заставляла, то вы никогда бы не пошли танцевать. И последнее, вы танцевали с ней танго. А насколько я помню, то вы говорили, что этот танец вы будете танцевать только с понравившейся вам партнершей. Разве нет?
Молчание было намного красноречивее, чем любой ответ, даже если бы он был положительным.
— … копию… — вдруг услышали девушки.
— Что? – спросила Мацумото, а Карин пришлось закрыть рот ладонью, так как это слово чуть не вырвалось из её уст.
— Я оставил свою ледяную копию с тобой, а сам направился к Карин, — тихо повторил Тоширо.
— То есть вы знали, что она в опасности? – удивилась лейтенант.
— Да. Наши мечи связаны родственными узами, если можно так сказать о зампакто, — усмехнулся капитан, — поэтому я знал, что с Карин что-то не то.
— Но почему вы не сказали мне и не отправились вместе со мной? – возмутилась Мацумото. Для неё Карин была далеко не последним человеком, она была ей подругой, она её любила, как сестру. А иногда относилась к ней, как к дочери.
— Потому что об этом узнали бы другие, а особенно она. Я не хочу этого, — было слышно, как капитан прошелся по кабинету и остановился, как показалось Карин, у окна.
— Мы с ней, как кошка с собакой. Оба упрямые, уверенные в своей правоте, хотим, чтобы другие принимали нашу точку зрения, — вдруг начал говорить Тоширо, — как мы можем, друг другу нравиться, когда практически ненавидим друг друга?
— А вы уверены, что друг друга ненавидите? – спросила его Мацумото.
— Не знаю. Иногда мы можем спокойно общаться, но бывают момент, в которые мы готовы друг друга убить, — снова усмехнулся капитан.
— Может быть, вам надо просто поговорить? – осторожно задала новый вопрос Рангику.
— Не думаю, что это хорошее решение. По крайней мере, пока, — в голосе капитана проскользнула неуверенность.
— Я понимаю, что шинигами живут долго, но все-таки, — протянула лейтенант, в её голосе явно чувствовался сарказм.
— Мацумото! – начал Хицугая угрожающим тоном, — я ответил на твои вопросы, можешь идти теперь.
— Хорошо, капитан, — невозмутимо ответила та и скрылась за дверью. Выйдя, она посмотрела на место, где несколько секунд назад, практически в бессознательном состоянии валялась Карин.
— Честное слова, как дети! – прошептала Мацумото, — я как будто для себя стараюсь!
И тряхнув рыжими локонами, направилась к третьему отряду.

Глава двадцать восьмая. Разъяснения

Карин ещё никогда так быстро не бегала, даже учитывая шунпо. Она, услышав шаги Мацумото, сразу же сорвалась с места и побежала, куда глаза глядят, в прямом смысле слова.
Решив, что бегать по всему Обществу Душ не очень уж поможет в раздумьях, особенно если нарваться на Зараки, которому скучно, девушка сменила свой забег по всему Сейретену на кросс до тренировочного поля. Карин, прибежав на площадку, которую ей показала Йороучи, решила привести мысли в порядок, а заодно и чувства, которыми девушка была сейчас переполнена.
Она не знала, чего хотела больше: плакать или кричать. С одной стороны она услышала то, что и не мечтала услышать. Хотя нет, мечтала и ещё как. Но вот признаться в этом слишком сложно, особенно девушке с таким характером, как у Карин. А с другой стороны, очень сильно напрашивался вопрос: а что теперь делать?
Да, она услышала, что нравится Тоширо. Да, он ей то же нравится, что греха таить? Но вот, что им делать дальше, она не услышала, к сожалению. Как поняла девушка, Хицугая не спешит ей говорить о своих чувствах. Куросаки же тоже не горит желанием бросаться ему на шею с влюбленными вздохами. И она никогда не понимала, как у других это получается. Для неё, не обращавшей внимание на парней, зацикленной на футболе, это сторона жизни была упущена. Она никогда об этом не жалела, да и сейчас не особенно расстроена.
Понимая, что она сейчас мало что сообразит, девушка погрузилась в свой внутренний мир. Там её уже ждали её зампакто с опущенными головами. Смотря на их лица, которые были полны сожаления и раскаянья, Карин не могла их не простить.
— Ну, и? – спросила Куросаки, как бы намекая, что надо начать разговор.
— Что и? – как самый смелый, спросил Широшимо, думая, сможет ли он задеть свою любимую хозяйку или нет.
— Почему вы мне ничего не рассказали про то, кто первым меня нашел? – решив, что беситься без повода глупо, разъяснила девушка.
— Карин, я хотела, чтобы ты определилась в своих чувствах, ведь ты сейчас ощущаешь себя слепым котенком, — тихо начала Мираи, — ты колеблешься и не знаешь, какое принять решение. Разве я неправа?
— Прости, я тебя понимаю, — кивнула головой девушка, — мне сейчас действительно тяжело. Я действительно запуталась!
— Не ты первая, не ты последняя, — сказал Широшимо, обнимая Карин за плечи, — эх, ребенок! Ты действительно ещё совсем ребенок и я не очень-то и сильно горю желанием отдавать тебя ему.
— Широ, но он же капитан как-никак, сможет защитить, — толкнула его в бок Куросаки, — вот, только бы нам в отношениях сначала разобраться, а потом уже защищать друг друга.
— Значит, ты не злишься на нас? – спросила её Мираи, но, увидев взгляд Широшимо, поправилась, — то есть я хотела сказать на меня?
— Нет, я же понимаю, что вы делали это все только ради моего блага, — улыбнулась девушка, — к тому же, вы бы все равно мне рассказали рано или поздно.
— Откуда такая уверенность? – спросил её мужчина.
— Просто… — тут она замолчала, раздумывая сказать правду или солгать, правда в кои-то веки победила, — ты, Широ, болтун. И долго бы ты терпеть не смог!
— Что!? – крикнул он, но Карин уже и след простыл. Поэтому ему пришлось кричать все, что он о ней думает в пространство, а не в лицо «нахальному ребенку».

Открыв глаза, девушка осмотрела полигон для тренировок. Что-то делать не было желания, поэтому она просто пару раз пробежала вокруг на шунпо и остановилась, почувствовав чужое присутствие. Обернувшись, Карин увидела брата.
— Ичи-нии! – закричала она, бросаясь к брату на шею.
— Йо, сестренка, — улыбаясь в лучших традициях Гримма, сказал Ичиго.
— А что ты тут делаешь? – отпустив Ичи, спросила девушка.
— Мы с Рукией доложили о выполненном задании, и я решил зайти к тебе, — проведя рукой по её макушке, ответил ей он.
— А как ты узнал, где я? – удивилась Карин.
— Йороучи сказала, что ты можешь быть на этом полигоне, — Ичиго огляделся, — я здесь тоже тренировался. Вон там, — он неопределенно махнул рукой в сторону, — должен быть горячий источник.
— Действительно, — вдруг на её лице тоже расползлась улыбка, — может быть, ты меня потренируешь?
— Я не против, — согласился Ичи и кинулся первым.
Их тренировка продолжалась около часа, после Карин начала уставать, рана ещё давала знать о себе.
— Все, — сказал Ичиго, — закончили на сегодня.
— Будто ты и завтра собираешься со мной сражаться, — съязвила та.
— Нет, мне через час уходить назад, Рукия сейчас у Уноханы должна быть на обследовании, — рассказал ей брат, не обращая внимания на её подколки.
— Что готовишься к роли папаши? – продолжала улыбаться Карин, — ты только не переборщи, как некие бородатые личности.
— Хорошо, не переборщу, — заверил её Ичи, — пойдем?
— Да, — схватив его за руку, девушка пошла с ним.
Битва с братом и их разговор помогли немного забыть о том, что произошло в кабинете. Но как только она проводила брата с женой, то все проблемы навалились на неё снова. Ей совершенно не хотелось спать, в голову лезли мысли, от которых хотелось повеситься. Под утро она, наконец-то, смогла задремать. Ей опять приснился сон, где она стояла у обрыва. Снова чувство отчаянья, снова истерический смех, снова слезы и она снова проснулась от пощечины. Пусть она была во сне, но она была словно реальной.
Прикоснувшись к щеке, Карин поняла, что она плакала по настоящему. Н-да, опять у неё вид, как у утопленницы. Собравшись, она пошла к кабинету капитана, задание-то получать надо. По дороге она встретила Мацумото.
— О, Карин-тян, — улыбнулась ей та, — как спалось?
— Да, нормально, — осторожно ответила ей девушка. Хитрая улыбка лейтенанта не внушала доверия.
— Тогда хорошо! – протянула Рангику, — я пошла, меня ждут в третьем отряде.
— Может тебе туда сразу же перевестись? Или капитан Ичимару думает, что ты будешь бегать к нам в отряд? – съязвила девушка. Стресс стрессом, а натура берет свое.
— Не смешно, — послышалось в пространстве.
Дойдя до дверей кабинета, Карин остановилась. Рука, державшая ручку двери, тоже замерла. Вздохнув пару раз, девушка зашла внутрь. Хицугая сидел за своим столом и не отрывал глаз от документов, лежащих перед ним.
— Доброе утро, капитан, — поздоровалась Куросаки.
— Доброе утро, — по его лицу было понятно, что он с ней не согласен, для него утро было далеко недобрым, — сегодня ты помогаешь мне с отчетами.
— Поняла, — коротко ответила та и подошла ко второму столу.
После часа тишины, Карин хотела взвыть или порвать эти отчеты, или хоть что-нибудь уже сделать, только бы нарушить эту тишину.
— Куросаки, можешь идти на обед, — вдруг сказал Тоширо. Карин же чуть не поперхнулась.
— Простите, капитан, но тут осталось ещё немного документов, поэтому сначала я закончу, — решила поспорить та.
— Куросаки, почему ты всегда со мной споришь? – устало спросил Хицугая, наливая себе воды.
— Ну, вы же сами сказали, что мы оба упрямые, уверенные в своей правоте, — сказала девушка.
— ЧТО?! – графин и стакан с глухим стуком упали на пол.
А Карин только поняла, что процитировала слова Тоширо из вчерашнего разговора.

Глава двадцать девятая.
До Карин начало потихоньку доходить, что язык за зубами она держать так и не научилась. Все-таки Широ болтун в неё. Ну, а что вы хотите, какая хозяйка таков и зампакто. Также она поняла, что у капитана очень большие глаза, когда он удивлен или в шоке, хотя сейчас у него это одно и тоже состояние.
— Ой, капитан, — театрально всплеснула руками девушка, — вы же меня на обед отпустили. Я тогда пойду, а отчеты потом доделаю, как-нибудь.
— Стоять! – холодный голос раздался тогда, когда Карин уже взялась за ручку двери. Причем прозвучало это далеко не как просьба, а четкий приказ.
Обернувшись, девушка увидела, как Хицугая поставил стул посреди кабинета и, указав рукой на него, сказал.
— Сидеть! – от этого у Карин аж в глазах потемнело, потому что ей слышались приказы, которые отдают собакам.
— А дальше что? Лежать? Или может, дай лапу? – сарказм здесь явно был лишний, но гордости у Куросаки было много. Даже больше, чем у Кучики. Правда, пользовались они ей не тогда, когда это было нужно, как, например, сейчас.
— Не беси меня, а лучше сядь, — попытался спокойно отреагировать Тоширо.
— А ты мне не приказывай, как карманной собачке! – взъелась девушка.
— Волкодавы карманными собачками не бывают, — тут же с иронией заметил парень.
— Да пошел ты, кусок льда! – не выдержала Карин и пулей вынеслась из кабинета, практически выломав дверь.
— Что!? – крикнул ей в след Хицугая. — Блин! Ну, вот и поговорили! – при этих словах, он врезал ладонью по столешнице.
— Капитан, а что у вас тут произошло? – немного растягивая гласные, спросила Мацумото, неизвестно откуда появившаяся.
— Ничего хорошего, — тихо пробурчал тот. Его настроение, которое и так с утра было, грубо говоря, хреновым, стало ещё хуже. Хотя, казалось, куда уж хуже.
— А я бы на вашем месте пошла за ней, — вдруг заявила Рангику.
— С какого перепуга я должен идти за ней? – нахохлился парень, понимая, что с Куросаки это был бы единственно верный вариант. Но, опять же – гордость! Это слово можно было бы высечь у обоих на лбу, чтобы они каждый раз как встречаются выясняли, а чья же больше.
— Ну, вы же были рады, узнав, что она слышала наш разговор, — Мацумото не спрашивала, она утверждала.
— А ты везде успеешь, — хмыкнул Тоширо, — не удивлюсь, если ты все так и подстроила, чтобы она его услышала.
— Капитан, да о чем вы говорите? Разве я на такое способна? – с невинным выражением лица спросила Рангику. Вопрос был риторическим, потому что тут так и напрашивался ответ: да.
— Мацумото, я отойду, — вдруг скрылся за не доломанной дверью Хицугая.
— Удачно вам поговорить, капитан! – радостно крикнула ему та.
— А, кстати, — беловолосая макушку вернулась в кабинет, — отчеты на тебе. Не сделаешь, переведу в третий отряд. А оттуда тебе к Ичимару от отчетов бегать будет сложно.
— Вот, блин! – подвела итог рыжеволосая.

Тоширо, конечно, понял, что ему надо найти Карин. Вот только где её искать, юное дарование не знало. Быстро просчитывая в уме варианты, он понял, что к себе в комнату она не заявиться, к нему тем более, а у Мацумото слишком много хлама, чтобы спрятаться. По капитанам она тоже навряд ли пойдет, особенно в пятый. Можно рискнуть и наведаться в одиннадцатый, но если бы Куросаки пришла туда, то Общество Душ давно бы было оповещено боевым кличем Зараки, так что не вариант.
Пока Тоширо решал, то пришел к своему любимому месту, где увидел Карин.
«А ларчик просто открывался», — пролетело в голове у капитана, самое очевидно место было оставлено на последний вариант.
— Карин, — тихо позвал он.
Тишина. Хицугая решил, что обижаться глупо, но все равно обиделся.
— Карин, — чуть громче повторил он.
Опять тишина. «Она издевается?» — возмущался парень в своих мыслях.
«Конечно, я издеваюсь. А ты как думал?» — мысленно хихикнула Куросаки.
— Карин! – уже вскрикнул Тоширо.
— А, это ты, — безразлично кинула она ему, — и что тебе надо, собачник недоделанный?
— Может уже хватит? – устало спросил её капитан.
— Ну, уж извини, у меня такой характер, — Карин отвернулась, показывая всем своим видом, что разговор можно не продолжать.
Вдруг она почувствовала на своей талии руки, а в волосах чужое дыхание.
— Что ты делаешь? – возмутилась девушка. Но будем честными, возмущение было для виду.
— Давай просто помолчим, просто постоим молча, — попросил её Хицугая.
— Ты думаешь, поможет? – усмехнулась та.
— Не знаю, но мне так спокойнее. Я точно на тебя кричать не буду, — в таком же тоне ответил ей Тоширо.
— Это ясно, мы же молчим, — прошептала девушка, — слушай, но мы же не можем с тобой всю жизнь молчать. Как мы встречаться будем?
— А вот это уже проблема, — согласился Хицугая, — только вот от твоих истерик у меня есть лекарство.
— Я не истеричка! – возмутилась Карин, похоже, для неё это было важнее того, что они признали себя парой. Пусть вскользь, но признали.
— Конечно не истеричка, просто иногда истеришь, — резонно заметил парень.
— А может уже хватит? – попыталась успокоиться Куросаки.
— Ух, ты, даже у тебя есть тормоза, — усмехнулся Тоширо.
— Все, ты меня достал, — но договорить ей не дали.
После долгого поцелуя, Карин, наконец, смогла собрать мысли в кучку.
— Знаешь, это не лекарство, это гуманный способ меня заткнуть, — усмехнулась она.
— Выбирай сама, — тихо сказал парень, прежде чем опять поцеловать девушку.
После этого прошел месяц, уже почти все знали, что Карин и Тоширо встречаются. Но они не вели себя, как типичные парочки. Нет, у них, конечно, были встречи, поцелуи, прогулки, но вот ссоры тоже были. Причем такие, что весь десятый отряд замолкал, чтобы не попасть под горячую руку или ледяной зампакто. Но это как-то быстро сводилось на нет, обычно благодаря стараниям капитана.

Карин возвращалась с недельной миссии. Она была довольная, как кот, дорвавшийся и до сметаны, и до валерьянки, может ещё и до рыбы. В руке у неё был отчет о проделанной работе. Также девушка знала, что Тоширо сейчас занят отчетами, поэтому можно его немного подоставать. Ей нравилось, как он краснел от гнева. Это заставляло её смеяться, правда, она не всегда успевала вовремя остановиться.
Хотя в последнее время Хицугая стал какой-то замкнутый, вечно о чем-то думал и не слушал девушку. Это не раздражало Куросаки, это её пугало. Дойдя до кабинета, Карин дернула дверь и вошла без стука.
— Капитан, я принесла, — тут она остановилась, — отчет. Простите, капитан, я зайду попозже.
Она пулей вынеслась из кабинета, а пред глазами до сих пор стояла четкая картинка: Тоширо, держащий в руках коробочку с кольцом, и Хинамори, обнимающая его за шею.

0

16

Классно!!!!!!!!!!!!!! http://smayly.net.ru/gallery/anime/pictures/WhiteCat_1/1.gif  http://smayly.net.ru/gallery/anime/pictures/WhiteCat_1/1.gif Очень сильно жду проду!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! http://smayly.net.ru/gallery/anime/pictures/MarGi_1/15.gif

0

17

Уже все... http://smayly.net.ru/gallery/anime/pictures/AniDog_1/1.gif
Проду!!!!!!!  http://smayly.net.ru/gallery/anime/pictures/HumanShare_1/11.gif Пожалуйста!....
Я буду всегда ждать проду,автор-сама... http://smayly.net.ru/gallery/anime/pictures/Beards_1/17.gif

0


Вы здесь » [Аниме это жизнь] » Блич » Тоширо/Карин


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC